Зверь из бездны - Корепанов Алексей Яковлевич - Страница 77

– Никого, – с тяжелым вздохом подтвердил Отшельник.

– Я ищу девушку по имени Славия, – сказал я на всякий случай. – Возможно, теперь ее зовут как-то иначе. Я видел ее здесь, на этом самом месте. Вот тут, у колонны, где вы стоите. Вы не застали ее здесь?

– Нет, к сожалению, не застал. – Последовал еще один тяжелый вздох. – Разве кого-нибудь можно где-то застать?

В общем-то, следовало считать, что разговор состоялся: я получил ответ на свой вопрос и мог незамедлительно пускаться в дальнейшие поиски, потому что вступать в длительную беседу с Отшельником было, по-моему, занятием бесперспективным. И все-таки я подал реплику, просто в силу своей привычки добиваться точности от собеседников (а собеседниками моими зачастую бывали граждане, подозреваемые в нарушении закона):

– Но я-то вас здесь застал, не так ли?

Отшельник растянул бледные губы в слабом подобии грустной улыбки и кивнул.

– Да, вы застали меня здесь. Но не я вас застал, а вы меня. Я никого и нигде не могу застать. Пытаюсь – и не могу. Я брожу, я скитаюсь… Где я только не бываю… И никогда и нигде никого нет. Никого…

Он все-таки изменился, он был не таким, как при нашей первой встрече. И дело было не в одежде и не во внешности, хотя и в этом тоже. Теперь он вполне вразумительно беседовал со мной… только, к сожалению, мне этот разговор ничем не мог помочь.

– Вы застали меня здесь, – продолжал Отшельник после очередного тяжелого вздоха, – потому что похожи на меня… Подобны мне… Вы не из этого мира, я чувствую. Вы ищете девушку, ради нее вы пришли сюда… переступили порог… Я тоже когда-то пришел сюда… Пришел сам, чтобы найти здесь кого-то… уже не помню, кого… Найти и увести отсюда… Или мне это только кажется?.. Не знаю…

Я смотрел на Отшельника во все глаза, я не верил собственным ушам. Он живым попал в Преддверие? Он тоже живым попал в Преддверие?.. Уже не помнит, когда, уже не помнит, кого собирался вызволить отсюда… У меня мурашки побежали по спине при мысли о том, что, возможно, передо мной стоит тот самый мифический Орфей, некогда пришедший сюда за несчастной Эвридикой. В том древнем мифе Орфей вернулся в свой мир, в наш мир… а вдруг на самом деле не вернулся, навсегда оставшись в Преддверии? И что если и мне предстоит, подобно Отшельнику-Орфею, тоже остаться здесь навсегда и забыть о том, кто я и зачем когда-то шагнул с обрыва на Альбатросе? И я, и Стан будем вечно скитаться по пространствам Преддверия, постепенно забывая обо всем… Навсегда забывая обо всем…

– Вы ничего не помните? – потрясенно спросил я. – Не помните, зачем пришли сюда? Не помните, как вас зовут?

– Нет, не помню, – тихо ответил Отшельник. – Я ничего не помню. Я брожу, я скитаюсь, меня постоянно тянет в путь… Но я нигде никого не встречаю… Ничего не помню… Только иногда мне кажется… я вижу чье-то лицо… Тот человек… я что-то сделал ему, что-то недоброе… Я вижу его глаза… Он что-то сказал мне… И вот я иду… я иду по бесконечным дорогам… я постоянно в пути… Иногда словно чей-то голос шепчет вот здесь, – Отшельник медленно поднял руку и коснулся длинных седых спутанных волос, свисающих на плечи, – вот здесь, в голове… «Агасфер, – шепчет мне голос. – Агасфер…» Может быть, это и есть мое имя? Но мне ничего не говорит это имя – я не помню, кем был… А вы еще помните свое имя?

– Да, – сказал я. Имя Агасфер было мне совершенно незнакомо. – Меня зовут Леонардо. Леонардо-Валентин Грег.

Отшельник окинул меня печальным взглядом и опустил голову. Ни единого движения не происходило вокруг, все было застывшим, окаменевшим, навсегда изъятым из времени. Славия покинула эти края и искать ее нужно было в другом месте.

– Леонардо… – задумчиво произнес Отшельник и вновь посмотрел на меня. – Леонардо… Что-то… Когда-то… Леонардо… Никак не могу вспомнить… Мне кажется, что-то… Картины?.. – Он опять погрузился в молчание.

Я не решался тревожить его. Мне было как-то неловко тревожить его…

– Нет, не помню, – наконец со вздохом сказан он. – Мне снова нужно идти, Леонардо… Мне всегда нужно идти… Прощайте, Леонардо…

Он медленно повернулся ко мне спиной и, придерживаясь рукой за колонну, спустился с невысокого постамента. И, ссутулившись, побрел по негнущейся неподвижной траве.

– А вы не пробовали попросить помощи у Голоса? – громко сказал я в его сгорбленную спину.

– Он не поможет мне, – не оборачиваясь, ответил он. – Не в его силах помочь мне. У меня есть только один голос: тот, что шепчет мне: «Агасфер… Агасфер…» Мы еще когда-нибудь встретимся, Леонардо.

Я стоял и смотрел ему вслед. И вновь невольно представлял себе, что вот так и я… и я, и Стан… Вот так и мы будем вечно скитаться по Преддверию…

– Попробуйте еще раз! – крикнул я. – Голос может помочь!

Он не обернулся. Он удалялся по негнущейся траве, вечный скиталец Преддверия, так и не нашедший того, зачем пришел сюда, и забывший собственную жизнь.

«Надо разыскать Стана», – подумал я.

Я закрыл глаза и постарался отчетливо представить долину, окаймленную холмами, представить такой, какой она была до вторжения пустоты, с ее лугами, и рощами, с тихим озером и каменным обломком, возвышающимся над травой. Я представил стоящего у воды Стана в распахнутой серой куртке. Сосредоточиться на всем сразу было занятием не из легких, но я повторял и повторял попытки, я старался изо всех сил, полностью отрешившись от окружающего.

Кто-то тронул меня за плечо и я мгновенно открыл глаза.

– Порядок! – удовлетворенно сказал Стан. – Нашелся, дружище!

– Это еще как посмотреть, кто из нас нашелся, – заметил я и огляделся.

Да, несомненно, мы находились в Биерре, на берегу озера, возле той же черной коряги. Пустота, всосавшая долину, извергла ее назад, ничуть не изменив облик Биерры. Все вокруг было таким же, как раньше, только…

– А где же Вергилий? – спросил я.

– Не знаю, – ответил Стан. – Ничего, он здешний, не пропадет! А когда и где ты успел меня искать? Ты что, разве не растворялся в этом вакууме? – Он поежился, – Оч-чень странное ощущение, скажу тебе, когда все соображаешь, когда чувствуешь себя нормальным гомо сапиенсом, а вот тела-то у тебя и нет. Весьма специфическое ощущеньице, не приведи Господь еще раз такое испытать!