Время Чёрной Луны - Корепанов Алексей Яковлевич - Страница 16

Мне снились горы, снился город в котловине, обрамленной зубчатыми каменными стенами, созданными природой и достроенными людьми. В темной воде бассейнов отражались колючие звезды, застыли в безветрии деревья, окна ажурных зданий источали мягкий свет. Внезапно звезды померкли, небо покрылось трещинами, вспучилось, как вспучивается асфальт под напором прорастающих молодых побегов, беззвучно раскололось – и в пустоте, поглотившей небо, возник мертвый лик Черной Луны. Чернота хлынула на город Тола-Уо, меняя его застывшие контуры. В последнее мгновение перед тем как исчезнуть, город превратился в очень знакомые улицы и строения – и все пропало, захлебнувшись этой чернотой.

Я открыл глаза и ничего не увидел. По-прежнему слегка пахло сеном и мое тело продолжало покачиваться в такт с неторопливой поступью Ледокола-беджа.

Неужели история Плодов Смерти – не более чем сон, приснившийся в пути к горам? Но кто прилежно выложил в мозаичный узор подробности сна, кто придумал эти странные имена и названия? Темерши… Баодд… Клыки Дуггуна… Уо… Соор… Элинре… Мое недремлющее воображение? А если нет – то кто?

«Я. Я дал тебе исходное знание».

Странно было ощущать, как нечто говорит внутри тебя, не говорит даже, а беззвучно сообщает, потому что не раздавалось вокруг никаких звуков, кроме монотонного клокотания под кожей моего Ледокола. Кто-то общался со мной, в этом не было никакого сомнения.

«Кто ты?» – задал я мысленный вопрос, решив не отступать от правил игры. Хотя была ли это игра – или что-то другое?

«Сю», – незамедлительно последовал короткий ответ. Вероятно, так звали того, с кем я общался. Он мог находиться где угодно: рядом со мной, в темном «кармане» беджа, а может быть даже на том самом месте, где находился я, – это если мы существовали в разных пространственных измерениях, но сознания наши проецировались друг на друга; он мог с такой же вероятностью пребывать на другом краю Вселенной, а то и вовсе в другой Вселенной – расстояния и разница структур тут, само собой разумеется, значения не имели, потому что не могли быть помехой для общения. Подтверждений тому всегда было предостаточно.

«Кто ты по своей сущности?» – продолжал я, старательно мысленно проговаривая слова, пытаясь, так сказать, идентифицировать собеседника, как будто это было столь уж важно. Но такова, наверное, натура человеческая.

«Творение. Отражение. Творец», – последовал лаконичный и, пожалуй, исчерпывающий ответ.

«Где ты находишься?» – не сдавался я, постепенно начиная чувствовать себя следователем райотдела при исполнении служебных обязанностей.

«Везде», – сразу же отозвался мой далекий или близкий собеседник.

Что ж, если верна хотя бы в самом первом приближении волновая теория Вселенной, то каждый из нас, равно как и каждый предмет, действительно находится везде, только где-то нас больше, а где-то

– меньше, хотя все это, конечно, весьма и весьма относительно, как относительно и все сущее. В общем-то, вся эта скупая и в то же время всеобъемлющая информация, любезно предоставленная мне собеседником, вполне могла являться информацией и обо мне: я ведь тоже – творение, отражение и творец, я триедин (вот она – истинная Триада!), и я тоже – везде. Так может быть, со мной общается «я сам»?

Нужно было менять вопросы – и я поменял.

«Что значит твое имя – Сю? – мысленно выговорил я. – Ты человек?»

«Я – Сю. Наименование выбрано для удобства в общении и отличия от подобных».

Что ж, вполне логично.

«Кто выбрал наименование?»

«Я».

Сю либо не хотел раскрываться, либо действительно не понимал, чего я от него добиваюсь. Нужно было попробовать подойти с другой стороны.

«Откуда у тебя исходное знание о Плодах Смерти?»

«Знание везде. Отбор и использование».

Ага… Туманно, на первый взгляд, но я, кажется, начинал приспосабливаться к манере общения собеседника. Вероятно, Сю имеет в виду единый информационный океан, хранящий все сведения о прошлом, настоящем и, возможно, о вариантном будущем. Действительно, забрасывай сеть, перебирай улов и вари уху на свой вкус. Если, конечно, знаешь, где искать сей океан, если располагаешь соответствующими плавсредствами и снаряжением, умеешь закидывать сеть, имеешь представление о том, что именно выбрать из улова, и сколько соли и лаврового листа положить в варево. И как съесть, не обжегшись и не подавившись. Мой собеседник, видимо, все это знал и умел.

«Каков принцип действия Плодов Смерти? Кто их создал?»

«Принцип действия состоит в соответствующем действии, – пояснил Сю. – Создание – результат сканы неопределенностей».

Мда-а… Наверное, как-то не так я задавал вопросы. Или Сю уклонялся от ответов. Или все-таки давал единственно возможный ответ, и дело тут не в его манере объяснения, а в ограниченности моего понимания. А ну-ка, попробуем еще.

«Была ли безотлагательная необходимость в создании Плодов Смерти? Почему их нашли во времена державы красноликих гигантов, а не раньше или позже? Это ведь все равно, что атомная бомба в период Римской империи».

«Плоды Смерти были созданы, потому что были созданы, – последовал ответ. – Их нашли воины Баодда, потому что их нашли именно воины Баодда. Случившееся объясняется только тем, что оно случилось. Если бы данное случившееся не случилось, то случилось бы другое, что случилось бы».

Вот так. Коротко и ясно. «Потому что потому…» Неведомый Сю (неведомое? неведомая?) в нескольких словах исчерпал тему. Кто же (что же) он такой и где все-таки находится? И зачем обрисовал мне историческую и современную ситуацию относительно Плодов Смерти? А ведь спросишь: «Зачем?» – ответит: обрисовал, мол, чтобы ситуация была обрисована. И будет, конечно, по-своему прав. Все мы по-своему правы, с нашей точки зрения. Абстрактной-то точки зрения, равноудаленной ото всех и ни от кого не зависящей, просто не существует. Воистину, все сущее относительно, и нет ни в одной Вселенной абсолютной истины – идеала и мечты земных мудрецов. Небось, и про беджей то же самое скажет, спроси я: почему их яйца лежали там, в пещере? Лежали, потому что лежали.