Кокон Кастанеды - Брикер Мария - Страница 44

– А вот и дама. Ну-ну, – мстительно сверкнув глазами, прошептала Лиза.

– Оставь своего отца в покое, Лиза. Он не маленький мальчик, – неожиданно подала голос Варвара. – Я буду в номере, – сказала она и быстро поплыла к бортику.

– Варь, подожди! – крикнула Лиза.

– Ее зовут Варя? – приподнял брови Барышев. – Надо же, какое редкое русское имя!

– Даже не смотри в ее сторону, бабник чертов! Она девушка приличная, тебе не чета, кувыркайся со своими куклами силиконовыми, – хлопнула рукой по воде Лиза и поплыла за Варварой.

– Как с отцом говоришь! – в свою очередь со всей силы хлопнул по воде Барышев, случайно притопив Ларису, которая вынырнула как раз под его ладонью.

– Какой вы неловкий, Степа, – игриво сказала Ларочка, потирая макушку и одновременно демонстрируя ему свой пышный бюст.

– Какой я тебе Степа! – рявкнул Барышев, заигрывания сотрудницы его уже порядком утомили. – Степан Сергеевич, поняла? Ты что – сюда отдыхать приехала? Ты работать сюда приехала! Иди доклад зубри, плохо выступишь – уволю! Не посмотрю, что у тебя красный диплом МГУ и MBА.

Бросив ошарашенную сотрудницу, Барышев кролем проплыл бассейн туда и обратно и направился в душ. Настроение у него было хуже некуда. В роковые совпадения Степан Барышев не верил: приглашение на конференцию пришло совершенно неожиданно. Степа даже подготовиться толком не успел, но было приятно, поэтому он и согласился. Девочку с образованием нанял, чтобы она ему задним ходом технологии продвижения его кафе-кондитерских расписала, по-научному все обосновала. Он ведь не силен был в научных терминах. Выходит, это Варламов все подстроил? Подставил за его же собственные деньги! Барышев сжал кулаки: в данную минуту ему страстно хотелось придушить режиссера, и этим Степа собирался заняться сразу после конференции.

– Варь, ну что ты такая кислая? – потянула ее за рукав Лиза. – Плохо себя чувствуешь, да? – Подопечная лежала на кровати, уткнувшись носом в подушку, и Лиза никак не могла ее расшевелить.

– Твой папаша назвал меня лысой! – оторвав нос от подушки, эмоционально выкликнула Варя и вернулась в исходное положение.

Лиза кашлянула.

– Варь, как бы тебе это… Но ты ведь… Это самое, и есть… лысая, – тактично напомнила Лизавета.

– Все равно твой отец… он… хам, – буркнула Варвара.

– Интересное дело, – возмутилась Лиза, – если ты лысая, то почему тебя нельзя так называть?

– Потому что… потому что… тебя ведь никто не называет волосатой. – Варвара шмыгнула носом.

– Ну хорошо, я ему скажу, чтобы он тебя больше так не называл. Если он здесь еще, а не сбежал со своей подружкой. Ты, главное, не расстраивайся так сильно, – мягко попросила Лиза. Она слышала, что беременные очень впечатлительны, но не думала, что настолько. – Варь, может, пойдем перекусим? Ты со вчерашнего дня ничего не ела.

– Не хочу, – упрямо заявила Варвара.

– Так, вставай, и пошли.

– Не пойду. Иди одна.

– Пойдешь.

– Нет.

– Эгоистка! – заорала Барышева. – Разлеглась тут, понимаешь, а ребенок голодает и безотцовщиной растет. Быстро встала, привела себя в порядок и пошла жрать!

Жуткое дело – исполнять роль Ангела, подумала Лизавета Степановна и вытряхнула из дорожной сумки короткое темно-красное платье с высоким лифом и широкой юбочкой, туфли а-ля школьница, тоже красные, и длинные полосатые гольфы. Видно, в детстве она не наигралась в куклы, потому что наряжать подопечную Лизе очень нравилось.

– Алеша будет доволен, – поправив Варваре макияж и оценив ее внешний вид, сообщила Лиза. – Настала пора вступать с ним в тесный контакт.

– Я уже в тесный контакт с ним вступала, – мрачно сообщила Варя. Несмотря на все Лизины усилия, подопечная по-прежнему пребывала в унынии и сама не предпринимала никаких действий, чтобы стать счастливой. Клуша бестолковая. К тому же куда-то испарился Муська, гад такой.

Дверь распахнулась, и в номер ворвался возбужденный Романов.

– Вспомнишь дурака… – покачала головой Лиза.

Муська расцеловал девушек и бросился в спальню, потом в ванную, опять в спальню и, наконец, предстал перед ними во всей красе и при полном параде – в свободной ярко-синей рубахе, небрежно расстегнутой на груди, и светлых льняных штанах. Волосы Романова, красиво уложенные, блестели от геля, голубые глаза сияли, на губах играла загадочная улыбка. По номеру расползлось ароматное облако изысканного парфюма и дорогого крема для бритья – Муська был неотразим. Похоже, посещение бассейна не осталось без последствий, Романов запал на кого-то из мускулистых атлантов и теперь мечтал произвести на него впечатление. Скоро Муся огребет по своей греческой сопатке, заранее посочувствовала другу Лиза. Когда Романов воспламенялся чувствами, то по каким-то непонятным причинам забывал брать в расчет, что далеко не все мужчины могут ответить ему взаимностью. Тем более когда предмет страсти отдыхает не в гей-клубе, а в элитном пансионате, где проходит деловая конференция. Били Романова довольно часто, но горбатого, что называется, могила исправит.

– Ну что, девочки, идем обедать? Что-то очень есть хочется, – нетерпеливо поинтересовался Муська и подмигнул Варваре. – Варь, ты восхитительна, красный цвет тебе идет. Глаза сразу такие зеленые-зеленые стали, как у ведьмы, – отвесил он ей комплимент по ходу дела.

– Спасибо, – сверкнула зелеными-зелеными глазами Варвара и взяла Муську под руку.

Блин, озадаченно подумала Лиза, как бы Варвара в Романова не перевлюбилась. Рассказать подопечной о нетрадиционной ориентации своего друга Барышева не догадалась. Совершенно вылетело из головы. В их компании все об этом знали, но Варя ведь была не из их компании. Очень оригинальный сценарий в этом случае получится, только без хеппи-энда – безответная любофф беременной бабы к гею, безответно влюбленному в менеджера по рекламе. Феллини отдыхает!

Дурдом, вздохнула Барышева, нацепила на нос темные очки и ногой захлопнула дверь в номер.

Обед уже начался. В ресторанчике, стилизованном под американское ранчо, народу было полно и царила атмосфера праздника. Между массивными столами из мореного дуба сновали радостные официанты в ковбойских шляпах, клетчатых сине-белых рубашках, красных платочках на шее, джинсах и «казаках». Звучали веселые мелодии банджо.

В центре зала располагался длинный шведский стол с массой самых разнообразных блюд. Божественно пахло жареным мясом, приготовленным на гриле, и чесночными гренками. От аппетитных запахов кружилась голова, кажется, даже у Варвары потекли слюнки.

Они наполнили тарелки изысканными салатиками и овощами, заняли один из столиков, заказали напитки.

– Может, он в баре квасит? – сунув в рот маринованный грибок, а следом за ним и рулетик из ветчины, предположила Лиза.

Варвара рассеянно пожала плечами, воткнула вилку в фаршированный помидор и отодвинула тарелку от себя.

– Ешь давай! У тебя анемия уже начинается, даже сквозь пудру и румяна бледность просвечивается, – разозлилась Лиза и снова придвинула тарелку к подопечной. – Не переживай. Никуда твой Алеша от нас не денется. Сейчас пожрем и отправимся на поиски твоего возлюбленного.

– А давно у вас с Алексеем Колышевским роман? – невзначай поинтересовался Муська.

– Ты его знаешь? – удивилась Варвара.

– Кто ж его не знает, – вздохнул Романов. – Он же звезда.

– Да, звезда мыльных опер первой величины, – хохотнула Лиза. – Кстати, вот он! Явился, не запылился. Офигенный какой! – добавила она с придыханием.

– Где? – обернулся Муська.

Синхронно с ним в сторону входа посмотрели все дамы, обедающие в ресторане. Смотреть было на что. Даже неотразимый Романов меркнул по сравнению с красотой мачо Алеши. Высокий, плечистый, ярко-синие рваные джинсы, белая рубашка, как и у Муськи, распахнута на груди, из расстегнутого ворота выглядывает темная поросль волос, на красивом загорелом лице легкая небритость, черная шевелюра в художественном беспорядке, загадочный, чуть рассеянный взгляд. Единственная дама, которая восприняла явление Алексея народу без восторгов, была Варвара. Она лишь втянула голову в плечи и принялась усиленно делать вид, что с аппетитом ест.