Голос Рыка - Мамаев Сайфулла А. - Страница 52

Так, двигаясь по направлению к ФАЗМО и задерживая только мужчин, Толик обеспечил защитникам преступного предприятия веселую ночку. Последнего киборга он обработал чуть ли не на проходной.

Турникеты уже работали. Это был неприятный сюрприз, но дело можно было легко поправить. Воспользовавшись своим пропуском, Толик юркнул в отдел, там, знаком попросив Филипенко молчать, вошел на сервер и удалил запись о своем появлении. Все, теперь его здесь нет!

– Анатолий Викторович, здесь можно говорить нормально? – ультразвуком спросил Рыков. Филипенко отрицательно мотнул головой.

– Вы хотите мне помочь разобраться с тем, что здесь происходит? – спросил Толик. – Без этого мы не узнаем, что они с нами сделали.

Бородач утвердительно кивнул.

– Они похитили моих родителей, – сообщил Толик. – Вы случайно не знаете, где их могут держать?

Филипенко вновь кивнул, его взгляд заметался по столу. Он поднял руку, призывая к молчанию, и вывел на дисплее строку текста: «В изоляторе. Больше негде».

– Неужели их тоже сделают киборгами? – в ужасе вскричал Толик и тут же заметил гримасу боли на лице Филипенко.

– Извините, Анатолий Викторович, я не хотел, – мягко произнес Толик. – Мне страшно за родителей, только поэтому я и закричал.

«Программу сегодня не запускали, – набрал Филипенко. – Я могу сделать так, чтобы и завтра у них были проблемы. Но это чревато…»

– Спасибо! – Рыков прижал руку к груди. – Если этой ночью… Если я завтра утром не позвоню…

«Все понял, – Анатолий Викторович понимающе усмехнулся. – Если у тебя получится, то я и так все узнаю».

Толик благодарно улыбнулся.

«Мне пора, – сообщил Филипенко. – Должанский собирает».

Толик кивнул.

– Удачи!

«Это тебе удачи! Она тебе нужнее, – вывел Филипенко. – Пока все не разойдутся, в сеть не входи. Потом можешь, я завтра с утра все за тобой подчищу. Да, и надеюсь, ты помнишь, серверы мы на ночь не отключаем и все привыкли, что у нас есть легкое свечение сквозь жалюзи. Так что не мельтеши перед окнами, вдруг тень бросишь! Прошу, будь осторожен!»

Толик улыбнулся. Знал бы его бывший шеф, чем охранники будут заняты ночью, не беспокоился бы так. Бывший… а почему бывший? Удастся вылечить Лену, и за Анатолия Викторовича возьмемся! Ничего еще не потеряно, может, еще доведется вместе поработать.

Рыков твердо пожал руку Филипенко и проводил его до дверей. Вот уходит человек, которому ты можешь приказать все, что угодно, ведь он сейчас и не человек вовсе, а… Черт, как же не хотелось даже в мыслях произносить слово «раб», но факт оставался фактом, сейчас этот прекрасный, умный и порядочный человек был лишен своей воли, своей свободы, своего "я". И знает его Толик всего несколько дней, а вот уходит он, а душа как будто что-то теряет.

Программист со злостью посмотрел на дорогие, бывшие совсем недавно такими желанными компьютеры. И даже вас негодяи поставили себе на службу! Ну ничего, теперь недолго осталось… Что бы ни случилось, Рык все равно одолеет эту нечисть!

Первым делом он забрался в программу отдела кадров. Его интересовали данные на тех, кто работал в дирекции и больнице. Особенно в изоляторе. Хорошо, что продвинутые кадровики внесли в каждый файл даже фотографию сотрудника. Чтива хватило надолго. Если бы не модифицированная память, Толик не мог бы и надеяться, что запомнит всю информацию. Одних только управленцев тридцать два человека. А уж в ведомстве Зырянова…

ГЛАВА 15

Знал бы Толик, что Зырянов, как и другие руководители завода, сейчас тоже готовился к предстоящим событиям. Особое внимание было уделено людям Николая Николаевича. Узнав от тех, кто был послан на помощь Артюхе, о побеге Рыкова, Должанский окончательно убедился в том, что ему противостоит серьезная организация. А иначе кто еще мог отбить пацана у этого качка? А из этого следовал другой вывод: сегодня ночью противник предпримет ответный ход. Почему сегодня ночью? Да потому, что, по их расчетам, именно сегодня их никто не ждет, так как самый легкопрогнозируемый ход – это сегодняшнее нападение. Отсюда следует, что проникнуть на ФАЗМО проще всего будет как раз сегодня.

Охране в ночной операции была отведена особая роль, а потому неудивительно, что все, кого удалось найти, находились сейчас на своих местах. Кокакола, рвущийся восстановить пошатнувшийся авторитет, заинструктировал людей, что называется, до потери пульса. Каждый уголок завода был поделен на сектора, и к каждому сектору был приписан свой отряд. Каждому члену отряда отводилась своя роль на каждый отдельный случай. Предусмотрено, казалось, было все, вплоть до налета вооруженной мощным оружием команды диверсантов.

Сериков лично проверил все сектора и поговорил с командирами всех отрядов. Мало того, он дошел до каждого отдельного охранника и проверил, верно ли тот уяснил свои действия после той или иной команды. Затем Николай Николаевич обошел территорию завода и, удовлетворившись всем увиденным и услышанным, пошел докладывать Должанскому. Конечно, Кокаколе очень не хватало Васо и Артюхи, но первый угодил в милицию, болван, не успел уйти из чужой квартиры, да еще в чужом районе, где у ФАЗМО в милиции нет своих концов. Конечно, все можно будет решить и через городской отдел, но на это уйдет время, а его сейчас нет. Хорошо еще, что этот балбес находится в невменяемом состоянии и лишнего не наболтает. Зато и не узнаешь, что на самом деле произошло в квартире на Большой Тульской. И, главное, ведь у него не спросишь, куда после своего звонка делся Артюха. Тоже артист еще тот, сообщил, что все нормально, что беглеца упаковали… И вот на тебе. Такой провал. Хорошо еще големы не знают обо всех этих художествах, иначе бы… Что стояло за этим «иначе», лучше не думать! Одна надежда, что этой ночью удастся добраться до этого щенка и взять его. Тогда все спишется и никто не вспомнит о какой-то неудавшейся засаде.

Засада… Скорее всего, с ней они дали маху, нужно было там отряд посильнее оставить. Да кто же знал, что этого гаденыша так прикрывают? Видать, Должанский был прав, утверждая, что организация у противника тоже будь здоров и повоевать еще придется.

Ну что ж, пора уже и пообломать кое-кому ручонки. Такого конфуза, как сегодня ночью… или утром, не важно, с Сериковым никогда не случалось. За такое он обязан спросить! За такое головы сносят!

С этими мыслями Кокакола вошел в кабинет директора.

– А-а, вот и Николай Николаевич! – воскликнул генеральный. – Ну как, на этот раз не подведешь?

Кокакола засопел от обиды. Он не любил насмешек, а тут еще все в сборе. И Зырянов, и Лосев, и Филипенко, и даже Медведев, зам по сбыту.

– Вадим Александрович, да честное слово! – пробасил Сериков. – Вот думайте, как хотите, но убил я этих двоих! Ну мне что, самому застрелиться, чтобы вы поверили?

– Ну для начала не будем афишировать! – вмешался в разговор Лосев. – Трупов нет, а слух, что здесь людей убивают, пойдет! Зачем давать повод злопыхателям? Нет, нам нет никакого смысла кормить журналистов.

Зырянов согласно кивнул головой. Он тоже считал, что пора прекратить разговоры о вчерашнем, да вот только кто захочет спорить с генеральным, когда лично его самого критика не касается?

Должанский подшучивал над своим начальником охраны не со зла, а чтобы как-то заполнить паузу. Он старался и никак не мог найти ответа на один, самый главный вопрос: кто стоит против них? Кто враг? Что за организация осмелилась подняться против «Шаталовки»?

Конкуренты? Но ведь нет же ни одной фирмы, владеющей технологией «Авиценны»! Да и не может быть, он и сам с нею знаком только частично! А уж о том, чтобы ее скопировать, а тем более украсть и повторить?! Нет, нереально, а значит, и конкурентам так наезжать на ФАЗМО нет никакого смысла.

Тогда это могло означать одно: против них стали играть органы. ФСБ? Налоговая полиция? РУБОП?

Бред, они бы не дали своего агента в розыск объявлять, а Рыков уже в федеральном числится. Но если конкурентам смысла нет, а органы так не работают, то кто же стоит за всем этим?! Кто?!! Черт, голова кругом идет! Как ни крути, а все чушь какая-то выходит!