Взрослые тайны - Пирс Энтони - Страница 69

– Буду рад, – объявил Че.

– Дженни, – напомнила Годива. – Расскажи, зачем ты пришла.

– Че, твоя мама сказала, что Гвенни могла бы вместе с тобой пожить у вас дома. При этом ты будешь с родителями, останешься ее спутником и никому не придется нарушать никаких обязательства.

– О-о-о! – только и смогла вымолвить от восторга Гвендолин.

– Очень хорошо, Дженни, – сказал Че. – Похоже, это и вправду разумное решение всех наших проблем.

Если, конечно, госпожа Годива не против…

– Я уже согласилась, – промолвила Годива, – Разумеется, твои родители тоже должны будут хранить тайну.

– Ну, на маму с папой положиться можно, – заверил Че. – А тебе, Гвенни, эта идея нравится? Хочешь посмотреть, как живут на поверхности?

– С тобой – да, очень, – ответила девочка. – Одной мне, конечно, было бы боязно, но ты уже начал помогать мне, а если твои папа и мама такие же, как ты…

– Они никогда не пригласили бы тебя к нам, не будь они готовы принять на себя все сопутствующие обязательства. Мама с папой встретят тебя прекрасно, и о беде твоей никому не скажут ни слова. Ты можешь положиться на них так же, как на меня. Они кентавры.

Должно быть, Гвендолин взглянула на мать, поскольку та сочла нужным подтвердить:

– Да, доченька. С ними ты будешь в полной безопасности.

– Но тебе, мамочка, разве не будет одиноко?

– Конечно, но будет гораздо хуже, если с тобой что-то случится. Думаю, пока ты не подрастешь и не наберешься опыта в обращении с волшебной палочкой, тебе безопаснее жить с кентаврами, чем с собственной родней.

К тому же, вы сможете меня навещать.

– Конечно, мамочка! – воскликнула Гвенни. – Мы будем навещать тебя, как навещал бы своих родителей Че. – Как все здорово! Сейчас начну собирать платья.

– Не уверена, что на это есть время, – сказала Дженни, – мы должны выйти на поверхность в течение часа, иначе атака возобновится.

– Платья я доставлю попозже, – пообещала Годива. – Как только вы с Че выйдете наружу, осада будет снята и с этим не возникнет никаких сложностей.

– Прекрасно. Значит, отправимся прямо сейчас.

– Дженни, ты должна передать еще кое-что, – напомнила Годива.

– Ой, какая же я забывчивая! Че, твоя мама велела передать, чтобы ты помнил «Правило ночного жеребца».

Повисло молчание.

– Об этом я даже и не подумал, – сказал через некоторое время Че.

– А что это значит? – поинтересовалась Гвендолин.

– Нечто, имеющее отношение к царству снов, но применимое и в нашем мире. Думаю, мама решила, что я этого не учту.., что, возможно, и случилось бы. Для того и потребовалось напоминание.

Столкнувшись с очередной загадкой, Дженни испытала досаду, но не стала давать ей волю. Во-первых, раз он не хочет рассказывать, тут ничего не поделаешь, а, во-вторых, есть дела поважнее. Надо выбираться из Горба, пока Черион не возобновил штурм.

– Я выведу тебя, Гвендолин, а Че выведет Дженни, – сказала Годива.

– Да, мама.

Рядом с Дженни появилась смутная фигура. Маленький крылатый кентавр взял ее за руку.

Пушистый шар потерся о ее ноги. Она наклонилась и подняла кота.

Они вышли в туннель. Дженни шла спокойно, ибо полностью полагалась на Че. Теперь она с особой ясностью поняла, как важно было для Гвендолин обзавестись таким спутником. Тому, кто плохо видит, необходим надежный поводырь.

***

Когда они вышли на свет, Дженни заморгала: ведь плохое зрение вовсе не означает невосприимчивость к свету. Просто все очертания кажутся размытыми.

– Думаю, мы понимаем суть нашего соглашения, – сказала Годива.

– Да, – донесся голос Чериона.

Дженни поняла, почему они ограничились этими. скупыми словами: и гоблины, и крылатые чудовища находились в пределах слышимости. О слабом зрении Дженни могли знать все, но недостаток Гвендолин надлежало сохранить в тайне.

– Гвендолин поедет на мне, – сказал Черион. – Мы поскачем, потому что Че летать еще не умеет, но твоей дочери незачем утруждать ноги.

– Понятно, – сказала Годива и подсадила дочку на кентавра. Сделав это, она, как поняла Дженни, дала и чудовищам, и гоблинам понять, что девочка передана под защиту Чериона, спор разрешен и военные действия прекращаются. А Черион позаботился о том, чтобы Гвендолин не пришлось ковылять у всех на виду пешком, и никто не мог догадаться, что она плохо видит.

Итак, все разрешилось ко всеобщему удовольствию.

И именно в этот момент Дженни вдруг поняла, что ее роль исполнена и в ней больше никто не нуждается. К глазам ее подступили слезы, но она боролась с ними, не желая на прощание портить друзьям настроение.

И тут рядом с ней оказался Че.

– А ты, Дженни, поедешь на моей маме, – сказал он. – Тебе ведь, как я понимаю, уже доводилось.

– Я… Но ведь…

– Разве мы не остаемся друзьями?

– Конечно, Че. Но ты теперь в безопасности, и тебя ждет куча других дел.

– Но я не хотел бы расставаться с тобой, пока ты не найдешь способ вернуться домой.

– Но, Че, у тебя теперь есть спутница, и твои родители… , – У меня есть спутница и друг. Я не хочу терять друга.

– Да я вам мешать буду. Твои папа с мамой такие занятые…

– Когда в Сонном Царстве кто-то пытается оспорить решение ночного жеребца, жеребец признает взявшего на себя чужую роль соучастником того, за кого он вступается, и предписывает ему разделить его участь. Это правило соблюдается у него неукоснительно.

– Разделить участь?

– Ну, это так говорится. Никто, понятное дело, не делит участь на ломтики или порции. Просто если ты хочешь за кого-то вступиться, будь готов к тому, что с тобой обойдутся так же, как с ним. Дольф заступился за Скелли Скриппи, и они оба были оправданы, но могли бы и оба быть осуждены. Грей Мэрфи помог великану Жирару и тоже разделил его участь: довольно своеобразно.

Мама напомнила мне о правилах, действующих в сонном царстве, и поступила верно. Ситуация, несомненно, схожая: мне следовало бы додуматься до этого самому.

– Не понимаю, какое отношение эти жеребцовые правила соучастия имеют ко мне.

– Ты поддержала Гвенни, можно сказать, взяла на себя ее роль, причем в ущерб себе. Вышло так, что в результате всего этого Гвенни отправляется жить к нам. Я хочу, чтобы ты разделила ее участь.

Дженни растерялась.

– Но ведь Гвенни будет с тобой хорошо.

– А тебе разве нет?

Похоже, девочка только сейчас начала понимать, что именно стоит за всеми этими мудреными рассуждениями о жеребцах, соучастиях и разделах.

– Ты хочешь сказать.., что и я тоже…

– Именно это он и имеет в виду, – сказала Годива. – Конечно, у нас на Горбу тебе всегда будут рады, но мне кажется, что у кентавров ты будешь чувствовать себя лучше.

Дженни молчала: у нее не было ни слов, ни сил что-то сказать.

– Садись на меня, Дженни, – сказала Чекс. – Мы будем рады принять тебя у себя дома.

– Спасибо, – пролепетала девочка, проглотив комок в горле.

Годива подсадила ее на Чекс. Сэмми Дженни держала в руках.

– Рад, что удалось уладить дело без крови, – сказал Черион – Мы будем обмениваться весточками.

– Договорились, – ответила Годива.

Кентавры поскакали вниз по склону, прочь от горы.

Двигались не очень быстро, ибо всех ограничивали возможности Че. Правда, Дженни знала, что принц Дольф запросто мог обернуться кем-нибудь большущим и снести детеныша домой по воздуху, но взрослые кентавры почему-то предпочитали не лететь, а скакать по земле. Через некоторое время они сделали привал, чтобы нарвать плодов, перекусить и осмотреть окрестности. Похоже, они что-то искали, и скоро выяснилось, что именно. – Вот он, дорогой, – сказала Чекс.

– Отлично, – отозвался Черион. – Че, сынок, отведи девочек к очковому кусту.

Это было как раз то, чего не хватало Дженни. Она спустилась на землю и оперлась на маленькую, но крепкую, руку Че. А в другой его руке оказалась ладошка Гвенни.