Взрослые тайны - Пирс Энтони - Страница 68

Глава 14

РАЗУМНОЕ РЕШЕНИЕ

Подходя к горе с Сэмми на руках, Дженни дрожала от страха. Раньше она проникала туда в компании, а теперь, если не считать кота, была одна. К тому же теперь идти мешали многочисленные выбоины и каменные обломки. В воздухе висело естественное для военной поры напряжение. А ну, как гоблины примут ее за вражеского лазутчика и забросают камнями? И тут ее пришла в голову неплохая идея.

– Сэмми, – сказала она, опуская кота на землю, – найди-ка безопасный путь внутрь.

Сэмми, хотя и выглядел несколько раздосадованным, что его вырвали из дремоты, тут же направился к одному из небольших отверстий и нырнул внутрь. Дженни пришлось встать на четвереньки, ее (на самом деле – Гвендолин) замечательное платьице перепачкалось, но протиснуться внутрь ей удалось.

Там было ужасающе темно, а девочка даже не подумала о том, чтобы захватить факел. И как в такой темнотище поспеть за котом? Сам-то он, безусловно, найдет безопасный путь, но много ли будет от этого проку, если она отстанет. Дома они с Сэмми просто обменялись бы посылами, но тут, в Ксанфе, все гораздо сложнее.

Вперед послышалось тихое мяуканье. Дженни двинулась на звук, чуть было не упала, споткнувшись о камень, а сделав следующий шаг, провалилась в какую-то яму и с пронзительным криком заскользила вниз.

Правда, спустя мгновение девочка сообразила, что она вовсе не падает в пропасть, а съезжает по дну крутого, наклонного желоба, который, надо полагать, и предназначался для быстрого спуска. Пожалуй, это и впрямь был самый безопасный путь внутрь.

Через некоторое время скольжение замедлилось. О том, в каком состоянии ее платьице, Дженни не хотелось и думать, но с ней все было в порядке. К тому же впереди показался свет и скоро она остановилась у одного из остывших факелов. Сэмми ждал девочку, вылизывая запачкавшуюся шкурку.

– Надо найти Годиву, – сказала ему Дженни. – Но не спеши.

Она вынула факел из гнезда и пошла за котом.

– Стой! – окликнул ее неожиданно оказавшийся на пути гоблин. – Куда тебя несет?

Дженни поправила очки и присмотрелась к нему.

Он оказался незнакомым.

– Ты кто? – спросила она.

– С чего это я стану отвечать всяким девчонкам? – надулся гоблин. – Здесь я спрашиваю. Куда ты прешься, буркалы стеклянные?

– К Годиве, – ответила Дженни. – А теперь сойди с дороги и дай мне пройти. У меня важное дело.

– И зачем тебе, эльфийская твоя морда, видеть эту… собачью тетку?

По его словам Дженни сообразила, что гоблин еще юнец и не знает слов, составляющих в этом мире часть Тайн Взрослой Жизни.

– Я не обязана отвечать кому попало.

– Это еще почему, дылда остроухая? – воинственно воскликнул гоблин, бывший, по малолетству, ниже ее ростом. – Я, между прочим, не Кто Попал какой-то, а Горбач, сын самого гоблинатора Грыжи.

Выходит, она столкнулась с тем самым десятилетним скверным сквернавцем, о котором рассказывала Гвенни.

Мальчишка и впрямь выглядел паршивцем: не хватало еще, чтобы этакий хлыщ сделался вождем вместо такой славной девочки!

Обычно Дженни старалась быть вежливой, но она спешила, да и Горбач явно не стоил того, чтобы рассыпаться перед ним в любезностях.

– Проваливай, поганец! – С этими словами девочка оттолкнула гоблина и попыталась проскочить мимо.

– Ничего не выйдет, морда в крапинку! – крикнул он и сорвал с нее очки. Дженни практически лишилась зрения.

– Отдай сейчас же! – закричала она, пытаясь схватить обидчика.

– А ну, отними! – послышался его насмешливый голос. Дженни бросилась на звук, но с разбегу больно ударилась щекой о каменную стену.

Горбач оглушительно расхохотался.

– Эй, остроухая, у тебя на морде крапинок не добавилось? Может, и второй щечкой приложишься?

Дженни душили гнев и обида, но гораздо хуже было то, что она понимала: без очков ей не только не поймать гадкого мальчишку, но и не найти дорогу к Годиве, а значит, не выполнить задания. Ей хотелось плакать, и если она сдерживала слезы, то только чтобы не порадовать ими этого стервеца.

– Что здесь происходит? – послышался строгий голос, который Дженни тут же узнала. Голос Годивы! Должно быть, она наткнулась на Горбача поблизости от ее покоев.

– Ничего особенного, – лебезящим тоном ответил гоблин. – Мы просто играем.

– У тебя ее очки. Отдай сейчас же!

– Пожалуйста, больно мне нужны дурацкие стекляшки, – откликнулся мальчишка. – Вот они…

Послышался звон разбивающегося стекла.

– Ах, надо же! – воскликнул Горбач с деланным сожалением. – Уронил. А они кокнулись. Кто бы мог подумать?.. А я еще и наступил на них.., ненароком. Вот ведь обида!

Разумеется, Дженни понимала, что очки он разбил нарочно. И не понимала, как ей теперь ориентироваться.

– С тобой, Горбач, я потом разберусь, – сказала Годива таким тоном, что даже Дженни стало не по себе. – А ты, Дженни, иди со мной.

Взяв Дженни под локоток, она решительно направила девочку вперед, и та успокоилась: ей больше не было надобности искать дорогу. Кто-кто, а Годива знала, как помогать тем, кто плохо видит.

Вскоре они уже находились в уютных покоях Годивы, которая тут же принялась вытирать поцарапанное лицо девочки губкой. Пощипывало, но Дженни не пищала: Годива, как и Чекс, относилась к мамам, а мамы все делают как надо.

– Почему ты вернулась, Дженни? – спросила между делом гоблинша.

Девочка спохватилась: за всеми неприятностями она чуть не забыла о своем задании.

– Кентаврица Чекс говорит, что Гвенни могла бы пожить у них! – выпалила Дженни. – Она знает про…

Я ей не рассказывала, честно. Чекс сама догадалась.

– Понимаю. Она ведь мать.

– Если бы ты отпустила Гвенни к ней, то Че остался бы ее спутником, а они…

– Отдать мою дочь кентаврам? – испугалась Годива. – Но ведь она должна возглавить племя, иначе…

– Иначе его возглавит Горбач, – сморщилась Дженни. – Но Чекс вовсе не намерена мешать Гвенни сделаться вождем, совсем наоборот. Они хотят дать Че образование, какое принято у кентавров, а за это время и Гвенни сможет многому научиться. А когда настанет пора вернуться и встать во главе племени, она вернется.

И Че с ней. Его родители хотят, чтобы он рос с ними, но вовсе не думают запрещать ему быть спутником Гвенни.

Мне кажется, это разумное решение, которое устроит всех.

– Пожалуй, – кивнула Годива. – Им нужен их ребенок, мне – мой, но, пожалуй, мой у них будет располагать большей свободой, чем их у меня. Они кентавры, на них можно положиться. Да, так будет лучше всего.

– Так ты согласна? Ты их отпустишь?

– Отпущу. Это и вправду самое разумное решение.

Дженни бросилась ей на шею.

– Тебе надо будет раздобыть новые очки, – деловито промолвила Годива. – Кстати, а что будет с тобой?

– Со мной? – не поняла Дженни.

– Ну, ты ведь попала в Ксанф случайно и домой вернуться не можешь. Че и моей дочурке ты здорово помогла, так что у них, надо думать, все будет хорошо. А как сложится твоя жизнь?

– Ну, не знаю. Как-то не думала.

– А не пора ли подумать и о себе?

– Сначала я должна передать Че слова его мамы.

– Что за слова?

– Она велела сказать ему: «Помни правило ночного жеребца». Ой, может быть, мне не следовало говорить тебе. Я имею в виду…

– Все в порядке, Дженни, – ласково сказала Годива. – Сейчас я отведу тебя к ним.

Направляемая твердой рукой Годивы; Дженни вскоре оказалась у дверей другой комнаты. Годива подтолкнула ее внутрь.

– Че и Гвендолин вон там, а твой кот, похоже, снова спит на подушке, – сказала она.

Это помогло девочке сориентироваться: ведь сейчас комната виделась ей размытым пятном с какими-то неясными фигурами.

– Дженни, где твои очки? – послышался голос Че.

– Я наткнулась на Горбача, – ответила Дженни.

– Тогда все понятно, – прозвучал голос Гвенни. – Я и не видела, что их нет, пока Че не сказал. Теперь ему придется помогать нам обеим.