Время гарпии - Пирс Энтони - Страница 118

Видя общее замешательство, Велко решительно шагнул к краю пещеры и протянул правую руку Глохе.

— Беритесь за мои пальцы и держитесь крепко, — сказал он. — А ты, волшебник, превращай. Я постараюсь никого не придавить.

Это могло показаться смешным, ведь из всех присутствующих самые маленькие ручонки были именно у эльфа, однако всем было не до смеха. Глоха взяла Велко за крохотный мизинчик, Косто коснулся безымянного пальца, Велено, среднего, Метрия — указательного, а Трент большого. В следующий миг Велко исчез.

Но рука его — огромная, невидимая рука — осталась, придавая спутникам уверенности.

Правда, подняться наверх по толстенным пальцам было не так-то просто. Если Глоха просто вспорхнула, да и хваткий Косто вскарабкался без особых затруднений, то у Трента и Велено они возникли. Что, учитывая приближение алчно щелкающих клешнями хищников, сулило им немалые неприятности.

Но тут на выручку им поспешила Метрия. Растаяв в дыму, она материализовалась рядом с Велено в облике огрицы и с криком: «Держись, любимый!» зашвырнула его на великанскую ладонь. Супруг демонессы не успел даже удивиться.

— Теперь ты, волшебник! — воскликнула Метрия и отправила Трента следом за своим мужем за миг до того, как металлические клешни щелкнули у ее ног.

Рука осторожно сложилась в пригоршню. Все сбились на ладони в кучку, удерживаемые сжатыми пальцами.

Рука поднялась вверх. Устроившись поудобнее, Глоха принялась озираться, сама не зная, смотрит она сквозь невидимые пальцы или же между ними.

Они раскачивались в воздухе. С неба сыпался горячий пепел, но великанская плоть надежно ограждала их от обжигающего дождя. Посмотрев вниз, девушка увидела, как скалистый гребень вмялся под тяжестью чудовищной стопы. Первый же шаг унес их на значительное расстояние.

Однако вулкан тоже заметил великанский след. Взрыв его ярости был ужасен, выброс пепла и газов превзошел все, имевшее место доселе. По всей видимости, средней температуре в Ксанфе предстояло понизиться еще на градус. В том направлении, где появилась вмятина, полетели такие валуны, попадание любого из которых было бы весьма чувствительным даже для великана. Однако для попадания требовалась пристрелка, а за время, необходимое для пристрелки, Велко успел сделать еще пару шагов и вышел за пределы радиуса поражения. Они были спасены!

Возле живописного луга великан остановился и опустил руку, дав спутникам возможность сойти на землю.

— Какой облик ты хотел бы принять? — спросил Трент, с удовольствием осматриваясь.

— Я… я падаю! — донеслось с высоты.

Волшебник щелкнул пальцами, и все увидели падавшего ничком крылатого гоблина. Трент подхватил его. Запоздай волшебник с превращением, великан мог бы рухнуть прямо на своих друзей.

— Велко, что с тобой? — вскричала Глоха.

Обнаженное тело великана — то есть теперь крылатого гоблина — покрывали ужасные ожоги. Он бестрепетно сносил боль, укрывая друзей от обжигающего града, однако это испытание оказалось слишком тяжелым даже для великана. Тем паче для великана, еще не полностью восстановившего силы.

Глоха торопливо извлекла носовой платочек с остатком целительного бальзама: теперь он нужен был ей весь, до последней капельки. Там, где она прикасалась к ранам смоченным эликсиром платочком, они тут же заживали, а когда панацея закончилась, принялась целовать обожженные места. Как ни странно, этот способ лечения тоже оказался довольно действенным.

Трент продолжал поддерживать Велко, однако благодаря помощи Глохи последний восстанавливал силы довольно быстро. Неожиданно девушка сообразила, что на бывшем великане нет никакой одежды. Она попыталась прикрыть Велко собой от посторонних взоров — и оказалась в его объятиях. Они поцеловались…

Когда головокружение несколько ослабло, Глоха оторвалась от Велко и пролепетала:

— Если хочешь, ты можешь быть великаном или кем угодно. Я никогда не…

— С каждым мгновением я набираюсь сил и здоровья, — перебил ее Велко. — Так что сделай что-нибудь: либо раздобудь одежду для меня, либо сними свою.

Все покатились со смеху. Метрия скорехонько слетала за одеждой, и вскоре Велко обрел вполне пристойный вид. А вот Глоха чувствовала себя чуточку виноватой.

— Ты никогда не просил меня стать великаншей, — сказала она, — и с моей стороны, наверное, нехорошо заставлять тебя отказываться от истинного облика. Так что если ты передумал…

— Держи манжет уже! — рассмеялась Метрия и исчезла.

— Что она имела в виду? И что задумала? — не понял Трент.

— Моя жена хотела сказать — «держи карман шире», — пояснил Велено, видимо, уже успевший приспособиться к ее манере выражаться. — А замыслила она что-то очень хорошее. Разве от моей любимой можно ожидать чего-то другого?

Ответить на этот вопрос отрицательно никто не решился.

— Мне кажется, ни у кого нет сомнений, чем в ближайшее время займемся мы с Велко и Метрия с Велено. Косто вернется к Скелли, с которой они, на свой скелетский манер, надо думать, займутся тем же самым. Ну а ты, Трент? Ты по-прежнему собираешься сойти со сцены?

— Хм… — Волшебник почесал в затылке. — Я уж было совсем собрался, но поблуждав по Ксанфу в омоложенном состоянии я решил, что с этим можно и повременить. Пожалуй, стоит попридержать молодость еще на чуть-чуть да и жене посоветовать омолодиться. Сдается мне, мы с ней еще будем счастливы.

— Рада это слышать, — промолвила Глоха, воздержавшись от дополнительных комментариев.

Заклубился дымок. Возникшая из него Метрия протянула Велко зеркало.

— Что это? — спросил он.

— Волшебное зеркало из чешуек зеркальных карпов Чудского озера. Гоблины, Глохина родня, раздобыли его и просили передать тебе в качестве свадебного подарка. Подарочек ценный: оно будет рассказывать тебе все, что захочет скрыть от тебя любимая. Никаких секретов у нее не останется, тебе даже не придется ее ни о чем спрашивать. Спроси у зеркала, и оно безжалостно поделится с тобой всеми ее сомнениями, опасениями, увлечениями и чем угодно.

Велко невозмутимо принял у нее подарок и, повернувшись, вручил Глохе.