Суд над Роксаной - Пирс Энтони - Страница 95

Но хватит ли на это сил?

Собрав всю волю, птица постаралась не поддаваться отчаянию и рассуждать здраво. А рассуждая здраво, пришла к следующим выводам. Во-первых, если магия не вернется, все ее потуги тщетны, ибо это означает неминуемый конец и для нее, и для яйца, и для всего Ксанфа. Во-вторых, исходя из первого, ей стоит предпринимать какие-либо действия в расчете на возвращение магии. В-третьих, она не сможет как следует позаботиться о яйце, пока не восстановит силы, в-четвертых, исходя из третьего, ей необходимо заняться собственным исцелением.

Для этого следовало отыскать целебный источник, который, как она помнила, имелся в окрестностях. То был один из ключей, питавших озеро Поцелуй-Ка, недаром поцелуи обладали целительной силой.

Порывшись в памяти, Роксана пришла к выводу, что источник находится от нее примерно на том же расстоянии, что и замок, но в другой стороне. Тяжело вздохнув, она поплелась в противоположном направлении, к источнику. Конечно, если магия не вернется, источник ей не поможет, но тогда так и так все будет потеряно. А вот в случае восстановления магии и ее исцеления появится надежда на спасение яйца.

Добравшись до нужного места, она с удовлетворением обнаружила, что родник не иссяк. Разумеется, вода в нем в настоящий момент не имела никаких целебных свойств, но должна была обрести их с восстановлением магии. Причем ждать этого события возле источника вовсе не требовалось, достаточно набрать воды в какую-нибудь емкость и унести с собой.

Правда, емкости у Роксаны не было, но она и тут нашла выход: используя исконное, более древнее, чем любая магия умение птиц лепить гнезда, она свила из прутьев корзину, проложила листьями и обмазала глиной, сделав ее водонепроницаемой. Покончив с этой работой, птица пристроилась на краю пруда, чтобы перевести дух, но тут от усталости голова ее закружилась, и она плюхнулась прямо в воду. Последние ее силы ушли на изготовление корзины, и она в отчаянии поняла, что выплыть не сможет.

Но тут случилось нечто совершенно неожиданное. Боль во всем теле унялась, раны затянулись, усталость как рукой сняло. Даже вырванные перья отросли заново.

Магия вернулась!

Волшебная сила целительного источника не позволяла ей даже утонуть, ибо содержащийся в воде эликсир мгновенно восстанавливал любые повреждения организма. Не исключено, что она уже успела захлебнуться, однако магия вернулась вовремя, чтобы восстановить ее силы и здоровье. Так или иначе, даже сломанное крыло срослось, и теперь ничто не мешало птице вернуться к выполнению ее миссии.

Подхватив корзину с эликсиром — он еще очень даже мог пригодиться, — она со всех длинных ног припустила к замку и спустя пару мгновений прибыла на место. Стены уже заметно уплотнились, восстановившаяся магия придавала им прочность. Однако на том месте, где дракон вырвал из облака огромный кусок, зияла брешь, которая могла стать источником опасности. Если облако начнет подниматься, не будучи уравновешенным со всех сторон, замок может накренить его и в итоге перевернуться.

Но Роксана не зря тащила с собой корзину: она надеялась, что облачная субстанция в достаточной степени живая, чтобы поддаться действию эликсира. Ее надежда оправдалась. Стоило ей смочить целительной влагой края разрыва, как брешь начала затягиваться. Приободрившись, птица обошла весь остров, устраняя повреждения, полученные как им, так и самим замком. Наконец приведя все в порядок, она подошла к яйцу, которое уже дрожало от холода. Последняя капелька живительной воды упала на хрусталь, и дрожь мигом унялась.

Роксана уселась на гнездо и тут почувствовала, как облако сдвинулось с места. Оно оторвалось от земли и сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее начало набирать высоту. Целебный эликсир ускорил воздействие возвратившийся магии и помог, восстановлению волшебных свойств замка.

В любом случае значение имело только одно: дело было сделано. Она не дала яйцу погибнуть.

— Защита больше вопросов не имеет, — заключила Яне, когда иллюзия развеялась. — Если у обвинения они есть, свидетель к его услугам.

Обвинение от вопросов отказалось.

— Пусть представители обеих сторон подведут итоги, — промолвил Балломут. — Первым слово предоставляется обвинителю.

— Вам предстоит вынести вердикт о виновности или невиновности обвиняемой, — начал речь Грей Мэрфи, обращаясь к присяжным. — Повторяю, о виновности или невиновности. Стратегия защиты строится на том, что подсудимая являет собой образец честности, самоотверженности и преданности делу. Это чистая правда, и обвинение никоим образом не отрицает высоких личных достоинств обвиняемой, равно как и того, что вменяемое ей деяние было совершено ненамеренно, без злого умысла. Однако факт произнесения недопустимого слова подтвержден в ходе настоящего разбирательства заслуживающими доверия показаниями, и вы, вынося свое суждение, должны принимать во внимание именно этот факт, а не эмоциональные оценки. Приведенные доказательства не отставляют вам иного выбора, кроме как признать подсудимую виновной.

Мэрфи сел, и слово взяла Яне:

— Все не так просто. Отсутствие злоумышления, возможно, и не является основанием для полного оправдания, но должно быть принято во внимание как смягчающее вину обстоятельство. По убеждению защиты, вам следует оценить не только упомянутый обвинением факт, но взвесить все сделанное Роксаной в связи с выполнением порученного ей задания. Рассуждая об ущербе, нанесенном яйцу ее неосторожным словом, вы должны задуматься о том, какова была бы судьба яйца без нее. Было ли бы ему лучше? Очевидно, что всякий суд обязан в первую очередь печься об интересах неспособных самостоятельно позаботиться о себе малолетних, но прежде нужно уяснить, в чем именно состоят эти интересы. Именно такой подход позволит вам вынести справедливое и обоснованное решение.

Она сделала паузу, подбирая дополнительные аргументы, и луна замедлила вращение, чтобы не отвлекать ее от раздумий.

— Представьте себе, — продолжила Яне, — что вы, ни сном ни духом о том не ведая, попали в запретную зону, за этот невольный, ненамеренный проступок были наказаны лишением жизненно важной способности, а когда попросили о снисхождении, вам пообещали прощение по отбытии наказания в виде шестисотлетнего высиживания чужого яйца. Согласитесь, явная несправедливость и несоразмерность проступка и наказания могла бы вызвать негодование!