Исцеление любовью - Эшли Энн - Страница 19

– Каролина Вестбридж показалась мне очень приятной леди, – заметила Джейн, усаживаясь в карете напротив супругов Найтли. – Если мне не изменяет память, она вдова, у нее есть сын, который учится в Оксфорде. К тому же она ваша ближайшая соседка.

– Какая великолепная у тебя память! – восхищенно воскликнула Элизабет. – Скольким соседям я тебя представила, а ты помнишь все до мелочей!

– У меня большой опыт, кузина, – ответила Джейн с лукавой улыбкой. – Меня с самого раннего детства приучили быть внимательной к деталям. Мама требовала, чтобы я запоминала абсолютно все – эти сведения могли пригодиться для поддержания светской беседы. Иногда люди, с которыми меня знакомили, производили на меня благоприятное впечатление, и тогда сведения о них откладывались в голове сами собой, – добавила Джейн.

Она умолчала, что иногда были и такие, кто производил впечатление довольно неприятное. Перед ее мысленным взором предстало красивое, словно высеченное из камня, лицо с квадратным подбородком и ясными серыми глазами…

Джейн не видела доктора Кэррингтона с тех пор, как они встретились в Мелчеме, хотя частенько думала о нем, объясняя такое постоянство желанием помочь Перри. О друге детства она тоже часто вспоминала, сожалея, что во время последней беседы была недопустимо резка.

Но кто-то должен был сказать Перри правду, пусть и неприятную. Нельзя изо дня в день ничем не заниматься и позволять другим делать за него его работу. А чем она лучше его? Она сама в точно таком положении! Беспрекословно выполняет все пожелания своей семьи, которая считает себя вправе распоряжаться судьбой самой младшей сестры. Даже теперь, когда она всерьез подумывает о собственном доме, она не уверена, что желанная независимость сделает ее более счастливой.

В самом деле, она не имеет права критиковать бедного Перри, отчитывала себя Джейн. У него хотя бы есть оправдание своему поведению – пусть туманная, но опасность неизлечимой болезни. А какие оправдания у нее? Почему она ведет, пустую, лишенную всякого смысла жизнь? Почему не найдет себе достойное занятие, чтобы выбраться из этого сонного болота? Она должна попросить прощения у Перри за свое несправедливое отношение, иначе ее замучают угрызения совести…

Без сомнения, Перри будет в числе гостей миссис Вестбридж, и Джейн надеялась, что ей удастся поговорить с ним и загладить свою вину.

Войдя в великолепный дом миссис Вестбридж, Джейн с огорчением узнала, что Пентекостов не будет. Сначала Джейн немного расстроилась, но, увидев среди гостей Генриетту Дилби, воодушевилась в предвкушении приятного вечера.

Подойдя к ней, Джейн села на диван и после обычного обмена любезностями рассказала, что ей удалось сделать для Перри с тех пор, как они расстались с Генриеттой.

– Я совершенно согласна с вами, Джейн, что Перри пора встать на ноги. Будем надеяться, что он послушается вас и, набравшись храбрости, пригласит доктора Кэррингтона, – с грустью сказала Генриетта. – Хотя я ни на минуту не допускаю, что ему грозит опасность, все же должна признать, что иногда он ведет себя очень странно. Например, он уверен, что все люди шпионят за ним.

– Убеждена, у него есть на то веские основания, Генриетта. Дворецкий леди Пентекост – самый отвратительный слуга, каких я только видела. Наверняка он предан ей и готов исполнить любое ее желание. К тому же у него маленькие бегающие глазки и дерзкий язык. Я тоже не доверилась бы ему ни на минуту. Но вопреки обстоятельствам мы должны помочь Перри стать полновластным хозяином в собственном доме. Последовало неловкое молчание.

– Вы думаете, Перри боится показаться доктору? – неожиданно спросила Джейн.

– Похоже, что да. Он боится, что его самые худшие ожидания подтвердятся, – поделилась своими опасениями Генриетта. – Очень жаль, что он отказался приехать на этот званый ужин.

Вдруг у двери в гостиную возникло какое-то оживление, и Генриетта, посмотрев в ту сторону, воскликнула:

– О, какой сюрприз! Доктор Кэррингтон! А как он выглядит! Словно сошел с картинки модного журнала! Обычно он отказывается от приглашений на званые ужины, ссылаясь на занятость, но что сегодня заставило его изменить своему правилу и приехать на вечер к миссис Вестбридж? Наверное, это ваша кузина, леди Найтли, уговорила его отложить дела и выбраться из дома.

Мисс Дилби была не единственная, кто удивленно поднял брови, когда доктор Кэррингтон появился в дверях гостиной и направился к хозяйке вечера, – все знали о его крайней необщительности и замкнутости. Джейн же пришлось срочно прибегнуть к помощи веера, чтобы охладить пылающие щеки – такое сильное впечатление произвело на нее появление этого преуспевающего молодого человека в щегольских панталонах, обтягивающих длинные стройные ноги, и в сюртуке, безукоризненно сидевшем на его широкоплечей фигуре.

Сэр Ричард был одним из немногих, кого не удивило появление доктора – ведь он знал, что Том подружился с миссис Вестбридж и ее сыном сразу же после своего приезда из Бристоля. Но когда гости сели за стол и Ричард случайно перехватил направление взгляда прекрасных серых глаз, у него появилось подозрение, что причиной приезда доктора могла быть не только дружба с хозяйкой вечера. Леди, на которую так красноречиво посмотрел доктор, возможно, и поняла, что находится под его пристальным вниманием, но не подала вида.

– Джейн, ты сегодня необычайно притихшая, задумчивая. Чем ты так встревожена? – поинтересовался Ричард.

Если сказать честно, то у нее было несколько причин, чтобы быть в плохом настроении. Одна из них – ее странная реакция на неожиданное появление доктора Кэррингтона.

– Я надеялась, что увижусь здесь с Перри. Я была очень резка с ним во время нашей последней встречи и хотела извиниться, – вслух проговорила Джейн, и это не было ложью.

– Мне показалось, что вчера он был в отличном настроении. Я дал ему испробовать новое седло, которое потом подарил ему, – сказал Ричард.

– И Перри уехал домой на сером?

– Да. Я слышал также, что Саймон наконец уехал, но ненадолго. Он вернется через несколько недель, чтобы присутствовать на балу леди Пентекост. Сплетники утверждают, что отца Саймона, лорда Ферфакса, осаждают кредиторы и он занимается тем, что отгоняет их от своих дверей. Этот шестидесятилетний джентльмен до сих пор предпочитает удобное кресло у камина в своем поместье удовольствиям бурной светской жизни в Лондоне. Говорят, он возлагает большие надежды на своего красавца сына Саймона и рассчитывает женить его на богатой наследнице, чтобы поправить свои пошатнувшиеся дела, – заключил Ричард.