Обрученные - Эллиот Элизабет - Страница 61

– На всю твою красоту.

Клаудия попыталась отвести его настойчивые руки, но Гай лишь отмахнулся, словно не заметив этого. Оставив бесплодные попытки отодвинуться, она сжала его лицо руками.

– Неужели то, что я рассказала, не играет никакой роли?

– Конечно, – заверил ее Гай, с удовлетворением оглядывая распутанный узел. Их взгляды снова встретились, и, пока он ослаблял шнуровку, какой-то особый блеск промелькнул в его глазах. – Я готов осушить все твои слезы, если это в моих силах, но не собираюсь заставлять тебя отвечать за не зависевшие от твоей воли обстоятельства. История твоей семьи лишь заставила меня оценить по достоинству дар твоей любви. Долгие годы ты подавляла в себе все чувства и теперь сопротивляешься, опасаясь меня потерять, как была потеряна семья, оставившая тебя.

– Никто меня не оставлял!

– Ты права, они умерли, – мягко согласился Гай. – Но результат оказался тем же. Неужели ты станешь спорить, что все эти годы чувствовала себя заброшенной и одинокой?

Губы Клаудии пытались сложиться в слова, но наружу вырвался лишь слабый шепот.

– Нет.

– Теперь одиночества больше не будет, – Гай запечатлел на ее ладони страстный поцелуй. – У меня нет завистливых родственников, а угрозы твоего дяди скорее помеха, нежели серьезная опасность. Я взял бы тебя в жены, будь ты незаконной дочерью рыбака или королевой Англии – неважно, кем. Скоро у нас появятся дети, и ты будешь заботиться о них так же нежно, как я о тебе. Я не оставлю тебя, Клаудия. Что бы ни случилось, одиночеству пришел конец.

Клаудия покачала головой, не в силах поверить в его слова, опасаясь, что Гай воспользуется тем, что она рассказала.

– Ну же, Клаудия. Ты моя и, значит, находишься под моей защитой. Наши дети не узнают страха, с которым ты жила все это время. – Он провел рукой по ее губам. – Со временем ты тоже забудешь об этом. Я хочу, чтобы каждое утро меня встречала твоя замечательная улыбка.

Гай целовал ее глаза, губы, уголки рта, и эти мягкие, нежные поцелуи неуклонно подтачивали ее недоверчивость.

– Вот одна из причин, по которой ты должна стать моей, любимая. Твоя улыбка, терпкая и пряная, как старинное вино, пробуждает чувства, о которых я и не подозревал. Ты нужна мне.

Прежде чем Клаудия успела что-либо ответить, их губы уже слились в глубоком и страстном поцелуе. Она чувствовала таящуюся в нем силу, обволакивающую ее со всех сторон. Клаудия вновь испытала то странное чувство покоя и защищенности, которое каждый раз охватывало ее в объятиях Гая. Он обвил руками ее шею. Каким блаженством отзывались в Клаудии его прикосновения!

– Не так быстро на этот раз, – прошептал Гай, когда смог оторваться от манящих его губ. – Медленно и осторожно.

Потянув за платье, он помог Клаудии высвободиться из тесного тканого кокона. Она, не отрываясь, смотрела ему в глаза, пока взгляд Гая не опустился ниже, словно лаская ее обнаженное тело. Испытав внезапный прилив стыдливости, Клаудия попыталась прикрыться, но Гай поймал ее руки и прижал их к постели.

– Я хочу полностью насладиться тобой, – проговорил он, окидывая Клаудию страстным взглядом. – Каждой восхитительной, роскошной частичкой твоего тела.

Он поцеловал ложбинку, пролегшую между ее грудями. Клаудия почувствовала, как внутри с новой силой разгорается пламя, ей хотелось самой ласкать его, и она беспокойно задвигалась.

– Не торопись, я должен научить тебя еще очень многому. – Губы Гая путешествовали по ее груди, потом он приник к соскам, слегка покусывая их.

Клаудия попыталась вздохнуть, но что-то словно сковало все ее тело. Прикосновения Гая жгли ее, и теперь хотелось лишь одного – ощутить напор его страсти сполна. Внезапно его уже не было рядом с ней, и, открыв глаза, Клаудия увидела, что Гай стоит перед кроватью, стягивая с себя одежду.

На этот раз она не отвернулась, а, наоборот, приподнялась, чтобы получше рассмотреть его. Одним взглядом Клаудия охватила широкие плечи, мускулистые руки и, наконец, его возбужденную плоть. Выпрямившись, Гай застыл в неподвижности.

– А теперь твои волосы. – Казалось, он играет с ней своим мягким, полным соблазна голосом.

Потянувшись к лентам, стягивающим косы, Клаудия увидела, какое наслаждение ему доставляет следить за каждым движением ее тела. Она принялась было расплетать косы, но Гай покачал головой.

– Платье, – проговорил он чуть хрипло. – Сними его совсем.

На щеках Клаудии заиграл стыдливый румянец, но она все же повиновалась. Отложив платье в сторону, так, чтобы не поддаться соблазну прикрыть им свою наготу, она замерла. Гай хотел видеть ее тело. Это чувство было ей понятно. Ведь зрелище обнаженного тела Гая доставляло Клаудии особое удовольствие. Пусть и у Гая будет такая же возможность. И все же ей не терпелось ощутить тело Гая рядом со своим.

Гай не смел двинуться с места, и лишь его взгляд выдавал восхищение – ведь он лицезрел самое прекрасное из всего, что могла создать природа, – обнаженную любимую женщину. Грудь Клаудии, казалось, просилась ему в руки, тонкая талия поражала совершенством. Нежные округлости ее бедер притягивали Гая, как магнит, и все же он застыл, завороженный ее поистине неземной красотой. Да, в эту минуту Клаудия была похожа на Еву, стоящую у самых врат Эдема.

Он сделал шаг, другой, ноги Гая отяжелели. Глаза Клаудии словно молили его не медлить долее. Знай она, каких усилий стоит ему сдерживать обуревавшее его желание, Клаудия, вероятно, давно уже выбежала бы из комнаты.

Спокойней, не торопись, уговаривал себя Гай, одним коленом уже стоя на кровати. Ласкай ее, дай возможность дотронуться до тебя.

Он взял Клаудию за руку, заставив сесть лицом к себе, легонько поглаживая ее бедра.

– Прикоснись ко мне.

Пальцы Клаудии скользнули по груди, сжали его сильные плечи. Она прикусила нижнюю губу, и Гай почувствовал, что не может больше сдерживаться. Прижавшись к ее лицу, он разомкнул ее сжатые губы и впился в них долгим поцелуем. Клаудия легонько застонала.

– Ласкай меня еще, ниже, ниже, – хрипло бормотал Гай, стараясь сосредоточиться на движениях ее рук.

Он сошел с ума – еще немного, и он потеряет над собой контроль. Рука Клаудии опустилась, и Гай вздрогнул всем телом. Резкое движение почти испугало ее.