Синеглазая ведьма - Эйби Шэна - Страница 39

– Это на зиму, – сказала служанка, неохотно передавая девушке наряды, которые, наверное, раньше должны были достаться ей, и тут же скрылась за дверью.

Видимо, это была награда. Или подкуп. Мысли Нанвин лежали на поверхности. Но Сара решила не отказываться от подарка. Платья послушницы были явно не рассчитаны на зиму, и Сара постоянно мерзла.

Поэтому сегодня Сара впервые в своей взрослой жизни надела красивое платье. Оно было сшито из тонкой шерсти приятного голубого цвета, напоминавшего ей о незабудках. Длинные рукава закрывали руки, капюшон грел спину. Широкие летящие юбки поверх нижней юбки из кремового шелка довершали картину.

Разбирая платья, Сара обнаружила пурпурную ленту, попавшую туда случайно или положенную намеренно – ей было все равно. Сара вплела ленту в волосы и завязала на конце косы. Монахини не носили ни лент, ни таких элегантных платьев, но Сара помнила, как в детстве Морвена причесывала ее таким образом. Брошь с лунным камнем переливалась серебром и золотом на голубом фоне, рубины ярко сверкали.

Закончив переодеваться и причесываться, Сара застыла посреди комнаты, не уставая поражаться красоте таких простых и в то же время таких чудесных вещей.

– Господин наш говорит с теми, кто умеет слушать, дети мои. Не бойтесь слова божьего в эти тяжелые времена. Потому что его вера в вас…

Застонав, Сара опустилась на свое глиняное ложе.

Проповедь Зибедии вдруг резко оборвалась на полуслове.

Дверь хижины открылась. На пороге стоял Райфл, заканчивая разговор с кем-то, кого не могла видеть Сара. Развернувшись, он с рассеянным видом зашел в комнату, оставив дверь открытой, затем поднял глаза и посмотрел на Сару.

Девушка поднялась с лежанки. Ей сразу захотелось поправить волосы, но она запретила себе делать это.

Райфл молча смотрел на Сару, ни один мускул не дрогнул на его лице, словно высеченном из камня. Но девушка заглянула ему в глаза и тут же поняла, что не может быть сделан из камня человек, на лице которого горели серебристым пламенем эти глаза, полные страсти.

У нее вдруг закружилась голова, стало жарко.

Райфл с трудом заставил себя оторвать взгляд от Сары. На лице его появилось властное, жестокое выражение, но прежде чем Сара успела понять, в чем дело, лицо его вновь стало непроницаемым.

– Миледи, – церемонно начал Райфл. – Ваше присутствие требуется снаружи.

Столь же церемонно подобрав юбки, Сара направилась к двери. Ее бросало то в жар, то в холод, охватывала то тревога, то радостное возбуждение. Она чувствовала за спиной присутствие Райфла, и при мысли об этом ей хотелось петь.

Дневной свет ослепил ее, и девушке пришлось зажмуриться. Открыв глаза, Сара увидела, что стоящий рядом Райфл показывает на столпившихся возле палаток солдат и крестьян. Все они выжидающе смотрели на Сару. Сара покорно подошла к группе людей.

Райфл не пытался взять ее за руку, как всегда делал раньше. Он остался в тени, но Сара чувствовала исходившую от него угрозу. Она наступила на шатающийся камень и чуть не потеряла равновесие. Райфл быстро поддержал ее, схватив за плечо, но тут же поспешно отпустил ее.

Они прошли к краю деревни, и, взглянув на поле, Сара увидела то здесь, то там черные точки – всадников, посланных Райфлом охранять поля. Их было много, этих рыцарей из Леонхарта.

Солдаты расступились, давая дорогу Саре, и, когда девушка неуверенно остановилась, Райфл тихонько подтолкнул ее.

На земле прямо перед ней лежал большой лист пергамента, прижатый по углам камнями. На нем различались рисунки – черные линии, круги и квадраты, а также стрелки, указывающие в разные стороны.

«Сторожевая башня», – прочла Сара в одном из квадратов.

«Большой зал», – было написано в другом.

Кладовая, зимний сад, башни.

Это была карта замка Фьонлах.

Солдаты и крестьяне столпились за спиной Сары. Девушка смотрела на карту, упорно делая вид, будто не понимает, что все это означает.

– Мы начертили это со слов крестьян, – сказал Райфл, внимательно изучая карту. – Но крестьян обычно не пускали выше первого этажа, туда, где жила семья, да и в башни ход им был закрыт. А те, кому все же удалось там побывать, не помнят точно, что за чем следует.

– И что же вы хотите от меня? – Сара почувствовала, как вдруг пересохло у нее во рту.

– Расскажите нам все, что помните, миледи, – сказал стоявший рядом с картой мужчина. Сара помнила этого человека. Его звали Абрам, и он был правой рукой Леонхарта.

Оглядевшись, Сара увидела за спиной солдат и несколько любопытных крестьян, рискнувших подойти поближе.

– Я мало что помню, – сказала она. – Прошло столько времени.

– Но вы все равно должны помнить хоть что-то, – возразил Абрам. – Ведь это ваш дом.

– Я… – Сара смотрела на бумагу, изображая неуверенность. – Я не знаю…

Абрам взглянул на Райфла тяжелым, полным недоверия взглядом.

– Вспомни хоть что-нибудь, – попросил человек-демон, подталкивая ее вперед. – Посмотри повнимательнее, Сара.

Склад оружия. Второй коридор. Северная башня.

– Но зачем вам эта карта? – вдруг спросила Сара.– Ведь скоро вам будет принадлежать весь замок. Почему бы не подождать и не нарисовать план, находясь внутри?

Никто не ответил. Со стороны деревни к ним подходило все больше крестьян, мужчин и женщин. Все они вопросительно смотрели на Сару. Девушка увидела в толпе Нанвин, бледную и встревоженную. Затем на глаза ей попались Калум и бродячий проповедник. Все смотрели нее.

Опустив глаза, Сара нашла на плане небольшую полукруглую комнату под одной из лестниц, когда-то служившую ей детской.

– Я действительно не помню, – тихо сказала она. – Мне очень жаль.

– Она лжет! – воскликнул Абрам. – И ты прекрасно знаешь это, Райфл.

Леонхарт поднял руку почти небрежным жестом, и говоривший тут же замолчал, но Сара чувствовала исходящую от него злость. Абрам смотрел на нее с откровенной враждебностью. Сара услышала за спиной гул возбужденных голосов, который вдруг резко затих.

– Посмотри еще раз, Сара. – Девушка почувствовала на локте руку Райфла, который тянул ее вниз и сам опускался вместе с ней, пока они оба не оказались на коленях перед картой. – Постарайся вспомнить. Это важно.

– Нет. Не помню. Наверное, все начерчено как надо. Я не знаю.

Райфл наклонился к ней, и Сара почувствовала, как ее охватывает паника. Конечно, человек-демон сразу поймет, что она лжет. И заставит рассказать ему, что не так с картой – некоторые комнаты слишком маленькие, другие получились чересчур длинными, некоторых же не было вообще. Большая часть второго этажа оставалась белым пятном, а Сара помнила, как будто это было вчера, как бродила девочкой по этим залам и комнатам, среди которых были потайные помещения, где можно разместить солдат.

– Никто не хочет резни. – Сейчас с Сарой разговаривал воин, спокойный и безжалостный. – Я не люблю крови, Сара, и особенно удручает меня бессмысленное кровопролитие.

– Вы хотите захватить замок, без всякого выражения произнесла девушка.

– Если до этого дойдет дело. Если меня вынудят. Воин должен быть готов ко всему, миледи. Можешь сомневаться – именно это ожидает твоего деда, если не захочет отдать Олдрич добровольно.

Сара нервно сглотнула, во рту по-прежнему было с Контуры, нанесенные на карту, расплывались перед глазами.

Сколько же людей падет жертвой штурма, если Сара позволит этому случиться? Сколько людей убьет дьявол из Леонхарта с ее помощью?

Он стоял так близко, Сара чувствовала исходящую от него силу и тепло. Она отчаянно боялась, что этот человек снова сумеет прочесть ее мысли.

– Я не могу помочь вам, – решилась она.

– Чем больше я буду знать о замке, тем быстрее и бескровнее все произойдет, тем меньше людей погибнет, – спокойно объяснил Райфл.

– Но ты не можешь захватить замок до наступления нового года, – возразила Сара. – До этого времени он не твой.

Райфл кивнул, внимательно разглядывая девушку. Глаза цвета стали не выдавали владевших им мыслей.