Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна - Страница 49

Дэймон допел песню, не сводя глаз с Соланж. Он просто смотрел на нее и улыбался. И этого ей было довольно.

Соколята были совсем маленькие. Они умели только пищать да разевать клювики, требуя корма. Тельца их были покрыты забавным пухом, и трудно было поверить, что эти пушистые комочки вырастут в могучих птиц.

– Здесь тепло, так что, думаю, они не погибнут, – сказал Дэймон, осторожно протягивая малышам кусочки сырого мяса. Один из соколят ухитрился-таки ущипнуть его за палец.

– Уже больно шустрые, – сердито заметила Соланж, осматривая ранку.

– Не беда. Я рад, что они голодны. Это добрый знак.

Он скормил птенцам последний кусочек и вытер руки влажной тряпкой, которую они прихватили с собой для этой цели.

– Подумать только, что с этих малышей начнется соколиный род Вульфхавена, – заметила Соланж.

? Надо будет только дождаться, пока они подрастут и начать обучение. Оказывается, что среди моих людей полно знатоков соколиной охоты.

Они примолкли, глядя, как соколята возятся в устроенном для них гнезде. Наконец все трое сбились в пушистый шарик и угомонились, сытые и довольные жизнью.

Соланж выглянула в окошко. По вечернему небу неслись серебристые тучи. Было уже поздно, в замке все улеглись, но она хотела перед сном еще раз взглянуть на небо.

– Тебе понравился праздник? – спросила она.

– Если ты имеешь в виду количество выпитого вина, то можно сказать, что праздник удался на славу.

– Нет, в самом деле...

– В самом деле. – Дэймон обвил рукой ее плечи. – Праздник был великолепен. Все в восторге. Единственное критическое замечание я услышал из уст пятилетнего крохи. Кажется, ему не хватало медвежьих плясок.

– Это, должно быть, Бертрам. Он был весьма разочарован тем, что я не согласилась привести на праздник ручного медведя.

– И, слава богу. Где бы мы стали его держать?

– О, я присмотрела одну чудную комнатку рядом с главным залом, – с невинным видом начала Соланж.

– Даже и не думай об этом. Мне пришлось бы поставить возле медведя стражу.

– Хотя бы медвежонка! – взмолилась Соланж, лукаво блестя глазами.

– Никаких медведей, любовь моя!

Они дружно рассмеялись. Затем Дэймон привлек Соланж к себе и жадно поцеловал. Весь вечер он лишь издали любовался красавицей-женой, изнывая от неутоленного желания, понимая, что они не вправе удалиться к себе, пока не закончится праздник.

Дэймон терпеливо ждал, предоставив Соланж наслаждаться плодами своего труда. Но теперь, когда праздник завершился, он хотел лишь одного – увести ее в спальню и любить, любить...

– Пойдем, дорогая, – сказал он, взяв Соланж под руку. Она не стала возражать, лишь склонила голову на плечо мужа, и они вышли в коридор.

Едва оказавшись в спальне, Дэймон принялся крепко целовать жену, наслаждаясь мягким жаром ее губ, гладя в шелковистые волосы, плечи, грудь... Соланж с пылом отвечала на его ласки, но вдруг отстранилась.

? Совсем забыла! – воскликнула она. – Погоди минутку, я сейчас вернусь.

Дэймон нетерпеливо привлек ее к себе.

– Потом, потом...

– О нет, – сказала она, улыбаясь, – именно сей час. Я быстро, обещаю.

Тогда он разжал руки, и Соланж убежала в свою спальню. Дэймон принялся расхаживать по комнате, потом провел рукой по волосам, изнывая от нетерпения. Он уговаривал себя не злиться. Сегодня Рождество, и Соланж через несколько минут снова окажется в его жарких объятиях.

Она появилась в проеме двери, держа обе руки за спиной. Вид у нее был загадочный и крайне соблазни тельный.

– Ты готов? – спросила она.

? О да!

Соланж шагнула к нему, протянув вперед руки.

? Счастливого Рождества, – негромко проговорила она.

В ладонях ее лежала резная миниатюра, изображавшая пару волков. Звери сидели бок о бок, склонив голову к другу, и вырезаны были так искусно, что, казалось вот-вот шевельнутся.

Дэймон бережно принял подарок.

? Откуда у тебя это? ? Соланж счастливо улыбнулась.

? Хотела бы я сказать, что вырезала их сама. Но, увы, ты слишком хорошо знаешь мои таланты. В деревне есть один резчик. Мне рассказал о нем Годвин. У него-то я и заказала эту миниатюру.

Чем дольше Дэймон рассматривал волков, тем больше они нравились ему. Вместо глаз у них были крохотные кусочки черного дерева. Ему почудилось даже, что звери улыбаются.

– Спасибо, – сказал он. – Какой чудесный пода рок!

– Я не очень надеялась, что тебе понравится. Это, конечно, не меч, не палица. Пользы от нее мало, но я... мне так хотелось подарить тебе именно эту миниатюру.

– Соланж, – сказал Дэймон, – я всегда буду хранить ее.

– Это еще не все. – Она исчезла в своей спальне, прежде чем он успел возразить, и вернулась через минуту, снова пряча руки за спиной. – Я случайно обнаружила ее и сразу поняла, что ты ей обрадуешься...

С этими словами Соланж протянула мужу толстый манускрипт, переплетенный в кожу. Дэймон отложил на стол миниатюру и взял у нее книгу.

– Книга трав, – вслух прочел он заглавие и перелистал несколько страниц, дивясь точности рисунков, красоте рукописных строчек. Дэймон был потрясен до глубины души. – Господи, Соланж, где ты это нашла?

– В монастыре, – гордо сообщила она. – Я выиграла эту книгу у отца Игнатия.

Дэймону показалось, что он ослышался.

– Выиграла?!

– Ну да... то есть, мне, конечно, пришлось за нее заплатить. Но вначале я должна была выиграть право купить ее.

? Когда это ты ездила в монастырь?

Соланж сделала вид, что не слышит грозных ноток в голосе мужа.

? Не тревожься, милорд, я ездила не одна. Будь уверен, со мной был целый отряд.

? Кто именно? – быстро спросил Дэймон.

? Ох, да не будь ты занудой! Ничего страшного не случилось. Я сказала солдатам, что хочу устроить тебе сюрприз, так что они ни в чем не виноваты. И потом, ездила я только один раз, чтобы забрать книгу. Разве ты ей не рад?

Она приподнялась на цыпочки и поцеловала мужа в щеку, затем перевернула страницу. Там был искусно рас крашенный рисунок с подписью: «Мать-и-мачеха. Помогает от кашля».

Дэймон взглянул на Соланж.

– Книга замечательная. Но я не могу понять, как тебе удалось уговорить отца Игнатия с ней расстаться.

– Это было нелегко. Первым делом я написала в монастырь и поинтересовалась, есть ли у них травники и, если есть, можно ли купить хоть один.

– И отец Игнатий, конечно, тебе отказал.

– Да, наотрез. Правда, он не скрывал, что в монастыре и вправду есть несколько превосходных книг о травах, но все они не для продажи.

? Мне с трудом верится, что он вообще прочел твое послание, – сказал Дэймон.

? Я помнила, что ты мне рассказывал, а потому приложила к письму травку из твоей коллекции. Извини, совсем маленькую. И велела спросить у отца Игнатия, сумеет ли он определить эту травку.

Дэймон с книгой в руках отошел к кровати и сел.

– Значит, ты воззвала к его тщеславию. Весьма умно.

– Спасибо. Через несколько дней я послала новое письмо и опять получила отказ. Но, наконец, мне удалось кое-чего добиться. Я вызвалась ответить на любые его вопросы об ангелах с условием – если отвечу и если отвечу верно, он продаст мне книгу.

– И отец Игнатий не устоял перед искушением посадить тебя в лужу.

– Вот именно! Я поехала в монастырь, ответила на все вопросы и купила книгу.

– И много вопросов он тебе задал?

Соланж закатила глаза к потолку.

– Целый список! Мне пришлось неделю сидеть над Священным Писанием.

Дэймон рассмеялся.

– Бедная Соланж, сколько же тебе пришлось пережить из-за меня!

– Рада, что ты это ценишь, – чопорно ответила Соланж и тоже расхохоталась.

Дэймон бережно отложил книгу и подошел к сундуку.

– У меня тоже для тебя кое-что есть.

Соланж оборвала смех, и в глазах ее появилось странное, беззащитное выражение. Дэймону стало не по себе. Она словно страшилась, что для нее приготовили нечто отвратительное, пугающее. Он отогнал эту мысль и, подойдя к Соланж, положил в ее ладони ожерелье.