Зимний сад - Эшуорт (Эшворт) Адель - Страница 22

– О... Томас, конечно же, барон Ротбери, сочтет ее общество приятным и найдет ее очаровательной. Вы только взгляните на нее, и вам самому все станет ясно.

Мадлен едва не задохнулась от гнева. Усилием воли она тотчас же взяла себя в руки. Что же с ней такое? Раньше подобное заявление не вывело бы ее из себя. Наверное, она просто боится, что Томас поверит этой гнусной особе. Но Томас не поверил. И доказал это через несколько секунд. Причем роль свою сыграл безукоризненно. Улыбнувшись хозяйке, он проговорил:

– Леди Клер, уверяю вас, миссис Дюмэ происходит из хорошей семьи...

– А я в этом не уверена, Томас. И она – не для вас.

Тут уж Мадлен не выдержала. Взглянув на хозяйку, она приготовилась ответить на оскорбление, однако Томас ее опередил.

– Вы правы, леди Клер. Видите ли, ее мать была актрисой.

Ошеломленная заявлением гостя, надменная англичанка, казалось, лишилась дара речи. Взглянув на нее, Мадлен едва не расхохоталась. Уже в следующую секунду ей стало не до смеха – рука Томаса легла ей на бедро.

Мадлен замерла. У нее перехватило дыхание. Томас с невозмутимым видом потянулся к своему бокалу. Сделав глоток, поставил бокал на стол. Леди Клер тоже сделала глоток вина. Затем посмотрела на гостью и с насмешливой улыбкой проговорила:

– А ваш отец, миссис Дюмэ, также был актером?

Мадлен почувствовала, как рука Томаса легонько сжала под столом ее колено. И, судя по всему, он не собирался убирать руку. Стараясь не выдать своих эмоций, Мадлен сказала:

– Я не знала отца, леди Клер. – Это была явная ложь. Воспоминание об отце Мадлен считала единственным светлым пятном в своей жизни, но она не собиралась делиться столь дорогими воспоминаниями с этой чванливой аристократкой.

– Понятно, – удовлетворенно кивнула леди Клер. – Так, значит, ваши, родители не были женаты?

Мадлен вдруг почувствовала, как пальцы Томаса снова заскользили по ее ноге. Она понимала, что надо как-то ответить на вопрос хозяйки, однако не могла вымолвить ни слова. Тут рука Томаса скользнула еще выше, и Мадлен чуть не вскрикнула. «А может, он таким образом хочет испытать меня? – подумала она. – Может, хочет проверить, сумею ли я совладать с собой?» К счастью, он не смотрел на нее, иначе она не смогла бы сдержать своих эмоций.

Стараясь выглядеть невозмутимой, Мадлен осторожно опустила одну руку и накрыла ею под столом ладонь Томаса.

Он словно окаменел – очевидно, не ожидал от нее ничего подобного.

Мадлен, наконец-то собравшись с мыслями, проговорила:

– Нет-нет, леди Клер, вы ошибаетесь. Мои родители, разумеется, были женаты. Мой отец был англичанином, морским офицером. Он умер в Вест-Индии еще до моего рождения.

Леди Клер поморщилась и снова потянулась к своему бокалу. Осушив его одним глотком, она повернулась к Томасу и спросила:

– А вы знали об этом, когда нанимали эту женщину? Томас тяжело вздохнул:

– Знал. Но я решил, что при выборе переводчика главное не происхождение, а знания и опыт.

Леди Клер со стуком поставила бокал на стол и выпалила:

– Хорошее воспитание – вот что главное!

– И все-таки знания и опыт совершенно необходимы, – уклончиво ответил Томас.

Мадлен мысленно улыбнулась – Томас ее защищал! Леди Клер с ненавистью взглянула на гостью и пробормотала:

– Похоже, она вас околдовала, Томас. Он покачал головой:

– Меня не так-то легко околдовать, леди Клер. К тому же я знал, что нанимаю прекрасную переводчицу, а это для меня самое главное.

Мадлен поняла, что Томас вот-вот поссорится с хозяйкой. Но этого ни в коем случае нельзя было допускать, поэтому она решила вмешаться.

– Видите ли, леди Клер, моя мать стала актрисой только потому, что у нее не было другого выхода, – сказала Мадлен с грустью в голосе. – И я всегда буду ей благодарна за то, что она скопила достаточно денег и я смогла учиться в Швейцарии, а потом удачно вышла замуж. Мой покойный муж был весьма уважаемым человеком.

Томас наконец-то повернулся к ней лицом, однако у Мадлен не хватило духу взглянуть ему в глаза. Она чувствовала на себе его взгляд и понимала: он заметил, что она покраснела, и догадался, что ее смущает его прикосновение.

– А где сейчас ваша мать, миссис Дюмэ? – спросила леди Клер, в очередной раз дотронувшись до хрустального стаканчика с настойкой опия. – Она все еще в театре? – Последнее слово хозяйка произнесла с язвительной усмешкой.

Мадлен уже хотела ответить, но в этот момент рука Томаса переместилась еще выше – теперь его ладонь оказалась между ее ног.

Мадлен замерла, ее бросило в жар. Взяв себя в руки, она наконец-то взглянула Томасу в глаза и поняла: он прекрасно знает, что делает, и не собирается убирать руку. Более того, было очевидно, что он нисколько не опасается хозяйки, хотя она в любой момент могла заметить, чем он занимается.

Мадлен нахмурилась. Ее ужасно раздражало поведение Томаса – ведь дома он вел себя совсем по-другому... Может, он решил поиздеваться над ней. Он же заявил, что они никогда не станут любовниками...

– Миссис Дюмэ...

Голос хозяйки дома вернул Мадлен к действительности – она вспомнила, что леди Чайлдресс ждет ответа.

– Видите ли, дело в том... – Мадлен попыталась собраться с мыслями. – Дело в том, что я уже давно не видела свою мать. К несчастью, она лет десять назад пристрастилась к опиуму, и я сейчас даже не знаю, жива ли она.

Томас почувствовал, что его желание с каждым мгновением усиливается. Мадлен была просто великолепна – красива, умна, сообразительна и прекрасно владеет собой, умеет скрывать свои чувства. Хотя ей, должно быть, нелегко притворяться равнодушной к его прикосновениям... Разумеется, Томас понимал, что смущает Мадлен своим поведением, однако ничего не мог с собой поделать, не мог заставить себя убрать руку.

Взглянув на гостью, леди Клер снова усмехнулась:

– Говорите, пристрастилась к опиуму? Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Когда женщина ведет такой беспорядочный образ жизни, подобное неизбежно. Ведь она курила опиум, не так ли?

Мадлен утвердительно кивнула:

– Да, вы правы, мать курила... Но пристраститься к опиуму не так уж сложно, леди Клер. Даже если принимать его в виде настойки, как вы, например. Уверяю вас, подобная привычка губительна.