Украденные чары - Эшуорт (Эшворт) Адель - Страница 29

— Наконец мы встретились, мадам Дрейк. — Она обратилась к Натали по-английски с сильным французским акцентом. — Ваш муж так много о вас рассказывал, что мне кажется, я вас уже знаю, хотя, — Мадлен бросила оценивающий взгляд на Натали, — надо признать, мужья всегда скупы на комплименты для своих жен. Вы настоящая красавица! — Мадлен посмотрела на Джонатана и с притворным видом покачала головой. — Мой последний муж был точно таким же. Он всегда меня описывал другим людям как «высокую, с темными волосами». И ничего больше. Какая жалость, мы тратим столько денег на свою внешность — дорогие платья, духи, драгоценности, — и никто этого не замечает, кроме других леди.

Натали улыбнулась. Ей сразу понравилась Мадлен, хотя девушка не могла точно сказать почему при ближайшем рассмотрении она заметила следы искусственной краски на лице у миссис Дюмэ — ее губы выглядели неестественно красными, веки она подчернила углем, чтобы придать своим глазам большую выразительность, на щеках лежали розовые румяна. В приятные мысли Натали мгновенно ворвался сердитый голос ее матери: «Настоящая леди не раскрашивает свое лицо. Чтобы слегка улучшить вид того, чем Господь Бог наградил ее, она может лишь ущипнуть себя за щеки и осторожно укусить за губу для придания ей более мягкого цвета». Да, эта дама вряд ли понравилась бы ее матери, и за это Натали с еще большей симпатией отнеслась к Мадлен.

Вскоре к Натали вернулась ее уверенность, и она сразу успокоилась.

— Вы совершенно правы, мадам Дюмэ. Я очень хорошо вас понимаю. Мой шкаф полон всевозможных нарядов, но, полагаю, мой муж описал меня как «невысокую, довольно бледную, но из хорошей семьи». — Она стукнула веером по ладони. — Типично английский взгляд на вещи или, точнее, мужской.

Сложив руки за спиной, Джонатан с интересом наблюдал за дамами и улыбался.

— Полагаю, я действительно забыл упомянуть о многих твоих достоинствах, дорогая, — проговорил он, глядя Натали в глаза. — Об изумительных вьющихся волосах цвета меда, глазах, напоминающих драгоценные камни, об улыбке, способной залить светом целую комнату. — Джонатан сдвинул брови и с серьезным видом добавил: — Но, разумеется, сказал, что ты из хорошей семьи. Это веская причина для того, чтобы жениться на девушке.

Натали вспыхнула от грубоватого комплимента и прямого взгляда, но с сияющими от удовольствия глазами театрально объявила:

— Если не принимать во внимание хорошее воспитание то могу сказать, что я вышла за тебя замуж из-за твоих денег Джонатан.

Он низко поклонился, и Мадлен, закинув голову, весело рассмеялась

— О Боже, как вы честны по отношению друг к другу. И, моя дорогая Натали… Можно мне вас так называть? А вы называйте меня Мадлен. Я вышла замуж за своего последнего супруга по той же причине и, смею заметить, от души радовалась его смерти.

Натали не удержалась и засмеялась, глядя на Джонатана который очень внимательно слушал их разговор.

— Я воспользуюсь вашим добрым советом, Мадлен, — радостно заметила она. — Возможно, и мне повезет.

— Будем надеяться. — Мадам Дюмэ улыбнулась и взяла Натали за руку. — Полагаю, теперь ваш муж хотел бы пройти в курительную комнату или сделать что-то еще, что полагается делать мужчинам на таких вечерах. — Она посмотрел на Джонатана. — Если вы не возражаете, месье Дрейк, я уведу вашу жену и представлю ее своим друзьям. И я уверена, мы найдем общие темы для разговора.

— Без сомнения, — сухо ответил Джонатан. — Но прошу, не заставляйте ее сомневаться в том, что он обожает меня.

Мадлен широко ему улыбнулась:

— Уверена, это сделать невозможно.

Натали вдруг почувствовала необъяснимое беспокойство, когда увидела, как Джонатан и миссис Дюмэ посмотрели друг на друга. Этот взгляд явно предполагал, что между ними была какая-то связь — не близость, а скорее, понимание. Будто они знали какой-то секрет, а она нет.

— А Натали?

Девушка, почувствовав себя неловко, покачала головой, а затем посмотрела на Джонатана

Его глаза сузились, когда он встретил ее взгляд.

— Мы потанцуем позже.

Это прозвучало просто и безобидно, но Натали вдруг ощутила необъяснимую тревогу из-за его взгляда — напряженного и многозначительного. Ей показалось, что они в комнате одни.

Она молча кивнула, затем Мадлен взяла ее под локоть, а Джонатан повернулся и вскоре исчез в толпе.

В течение двадцати минут француженка представляла Натали своим различным знакомым, которые приняли ее довольно равнодушно, если не сказать холодно. Девушка вела себя настолько учтиво, насколько позволяли данные обстоятельства, ее лицо и манера держаться показывали окружающим, что она с большим вниманием следит за разговором, но внутри ее все более нарастала тревога от смутного предчувствия. Натали предпочла бы отправиться вслед за своим спутником, вместо того чтобы обмениваться любезностями с представителями французской элиты. Ей хотелось увидеть тот момент, когда Джонатан встретится с Черным рыцарем, чтобы понаблюдать за легендой со стороны. Девушка с трудом сдерживала свои эмоции, зная, что знаменитый вор мог уже находиться на балу, что, возможно, он уже поговорил с Джонатаном, он уже мог знать о ее присутствии.

— Почему бы нам немного не поговорить? — предложила Мадлен и повела Натали к стульям с прямыми спинками, стоящим в дальнем конце танцевального зала.

— С удовольствием, — ответила несколько рассеянно девушка и окинула ищущим взглядом толпу.

После того как они расположились под большим портретом, изображавшим ребенка в цветущем розовом саду и тщательно расправили свои юбки, чтобы не помять, Мадлен прямо спросила:

— Что привело вас во Францию, Натали?

Этот вопрос удивил девушку и заставил снова сосредоточить свое внимание на собеседнице, вместо того чтобы рассматривать каждого темноволосого джентльмена, предполагая, что он может оказаться Черным рыцарем.

— Прошу прощения?

Мадлен открыла свой веер и начала обмахиваться им.

— Меня интересует, что привело вас во Францию, потому что я хорошо понимаю, какие отношения у вас с Джонатаном.

Натали удивило то, что ее фиктивный муж и эта женщина называли друг друга по именам. Но, впрочем, это вполне естественно. Похоже, они не просто знакомые, в конце концов, они провели какое-то время вместе в доме этой леди обсуждая свои дела. Но в целом это выглядело достаточно подозрительно.

Натали слегка выпрямилась на стуле и положила руки на колени. Она сердилась сама на себя за то, что беспокоится о том, как выглядит со стороны,

— Джонатан согласился представить меня другу. — Брови Мадлен удивленно поползли вверх.

— В самом деле?

Это замечание говорило о том, что миссис Дюмэ с некоторым недоверием отнеслась к ее словам. В зале стало довольно душно из-за постоянно растущего числа гостей, и Натали тоже открыла свой веер.

— Я могу быть откровенной с вами, Мадлен? — спросила она после небольшой паузы.

Француженка глубоко вздохнула и осторожно положила руки на бархатный подлокотник, ее глаза внимательно посмотрели на девушку.

— Разумеется. Поверь, Натали, я могу быть и твоим другом тоже.

Мадам Дюмэ сказала совсем мало, но тем не менее Натали почувствовала, что ее собеседница искренняя и честная женщина, и девушке сразу захотелось довериться ей. Она подвинулась на стуле поближе к Мадлен и. понизив голос, произнесла:

— Вы когда-нибудь слышали об английском воре, которого зовут Черный рыцарь?

Единственным признаком того, что миссис Дюмэ услышала слова Натали, была небольшая пауза в движении ее веера. Затем она пробормотала:

— Да.

Натали призвала на помощь все свое мужество.

— Я полагаю, что он здесь, в Марселе, и Джонатан лично с ним знаком. Он обещал представить нас друг другу.

Несколько молодых леди, стоявших справа от Натали и Мадлен, неожиданно рассмеялись. Но внимание мадам Дюмэ по-прежнему было приковано к собеседнице; выражение лица француженки сделалось несколько удивленным.

— Интересно, каким образом он собирается это сделать? — проговорила она с недоумением в голосе.