Украденные чары - Эшуорт (Эшворт) Адель - Страница 27

Взяв под локоть, Джонатан провел ее в танцевальную комнату, где они сразу попали в оживленную и праздничную атмосферу. Натали стала внимательно осматривать гостей, переводя взгляд с одного мужчины на другого и оценивая их возраст, положение, внешность. Она пыталась таким способом угадать, был ли среди приглашенных Черный рыцарь. Джонатан с любопытством наблюдал за ней.

Чуть позже, когда они приблизились к графу и его жене, Джонатан наклонился к Натали и прошептал ей на ухо.

— Теперь наша очередь поздороваться с графом, моя дорогая жена.

Он почувствовал, как Натали тут же напряглась, возможно, от его слов, а может быть, оттого, что игра началась. Пытаясь ее успокоить, Джонатан осторожно потер ее локоть своим большим пальцем

— Месье и мадам Дрейк, — объявил человек, стоявший права от графа. — Англичанин, — пробормотал он чуть позже, намеренно забыв добавить «который покупает недвижимость», что было не слишком вежливо, но, без сомнения, обе стороны поняли друг друга

— Месье Дрейк, — проговорил граф по-английски с сильным акцентом. — Как мило с вашей стороны удостоить нас своим присутствием на празднике в честь дня рождения моей дочери Аннет-Элизы. Надеюсь, у нас будет возможность познакомиться с вами поближе за время вашего пребывания во Франции. Мадам Дюмэ с большим уважением рассказывала мне о вас.

Джонатан быстро и незаметно оглядел графа Среднего роста, начинающий лысеть, с волосами необычного цвета — не совсем каштановыми, не совсем седыми, с легким желтоватым оттенком. Его челюсть, вероятно, квадратная и крепкая в молодости, сейчас превратилась в мясистую и обвисшую, что он безуспешно пытался скрыть большими бакенбардами. На щеках графа лежал густой румянец, а нос выглядел покрасневшим, словно его светлость уже пропустил изрядное количество вина. Его рот, широкий и крупный, казался инородной деталью на лице. Он резко контрастировал со всем его внешним видом и особенно с глазами, почти черными, глубоко посаженными, излучающими ум Они хитро поблескивали из-под нависших темных бровей.

Граф отличался плотным телосложением, но его нельзя было назвать толстым. Его внешний вид говорил о том, что он с удовольствием предавался всем радостям жизни и умел угождать женщинам, которые, вероятно, находили его еще весьма привлекательным мужчиной. Он очень неплохо смотрелся в своем безупречно скроенном темно-синем фраке, черных брюках, голубом шелковом жилете и черном галстуке Его наряд вполне соответствовал обстановке, но выглядел несколько консервативным, хотя его политические связи и пристрастия оправдывали это.

Джонатан улыбнулся и слегка поклонился, но его глаза, излучающие обаяние, продолжали пристально смотреть в глаза француза.

— Граф Арль, благодарим вас за любезное приглашение Почту за честь обсудить с вами некоторые вопросы сегодня вечером.

— С нетерпением жду этого, — с готовностью ответил хозяин дома. Повернувшись в сторону, он с гордостью добавил: — Моя жена, графиня Арль.

Взгляд Джонатана скользнул влево, где стояла жена графа Клодин, очень прямая и худая женщина двадцати шести лет. В наряде из светло-розовой тафты с крупными белыми бантами она выглядела значительно старше своих лет, а ее загорелая кожа имела неестественно желтый оттенок. Она была довольно привлекательной, но совершенно лишенной женственности. Ее светлые волосы стали сухими и выцвели от долгого пребывания на солнце. Вероятно, именно по этой же причине на ее коже уже появились ранние морщины. Глаза Клодин, карие и пронзительные, являлись весьма привлекательной деталью на ее лице, но в них недоставало живости и ума. Когда взгляд женщины остановился на Джонатане, ее губы растянулись в тонкую розовую полоску.

С обезоруживающей улыбкой молодой человек взял руку Клодин, затянутую в перчатку, и поднес к губам.

— Очарован, мадам.

— Месье Дрейк, — сухо произнесла она.

Граф оценивающе посмотрел на Натали, и Джонатан, заметив это, произнес:

— Позвольте вам представить мою жену.

— Моя дорогая леди, — обратился к Натали граф, его глаза совершенно неприлично заскользили по ее шее и груди. — Как мило. Ваш муж — настоящий счастливчик. Добро пожаловать во Францию и в мой дом.

Граф не только пользовался услугами любовниц, он также не отказывал себе в удовольствии пофлиртовать. Его жена вряд ли могла одобрить такое поведение мужа; она сжала губы и тяжелым взглядом оценивающе посмотрела на Натали. Мадлен ничего не сказала об отношениях графа и его жены, в то время как это могло оказаться весьма полезным. Джонатан с удивлением заметил, что Натали тоже поняла это и просияла от удовольствия.

— Я очарована, сэр, — ответила она, мило улыбнувшись грациозно сделав реверанс. — Мы с мужем польщены той честью, которую вы нам оказали.

— Очень рад, мадам. — Улыбка на лице графа стала еще шире. — Надеюсь, вы не откажетесь потанцевать со мной сегодня? — Затем он бросил рассеянный взгляд на Джонатана словно и не заметил, что тот все еще здесь. — Разумеется, если вы позволите, месье Дрейк. — Джонатан вежливо кивнул:

— А я воспользуюсь этой возможностью, чтобы потанцевать с вашей очаровательной женой.

Он ожидал, что Анри или Клодин что-нибудь ответят, но снова заговорила Натали, быстро сообразив, что следует сказать в такой обстановке:

— Какой у вас замечательный дом, мадам Лемьер. У вас превосходный вкус.

— Благодарю вас, — сухо ответила Клодин.

Натали продолжала говорить о безупречном вкусе мадам, обводя глазами танцевальный зал:

— Какое изысканное убранство. Как только мы с Джонатаном вошли в ваш сад, такой роскошный и ухоженный, я сразу поняла, что здесь нас ожидает нечто необыкновенное.

Клодин сдержанно улыбнулась:

— Разве у вас в Англии такой маленький дом, что даже нет сада, мадам Дрейк?

Это прозвучало как прямое оскорбление, без всяких претензий на ум или утонченность. Джонатану стало любопытно понять, проистекает ли это из ревности или причина просто кроется в нелюбви к англичанам в целом.

Натали сделала вид, что ничего не заметила, и широко раскрытыми глазами посмотрела на Клодин с выражением невинности на лице:

— О, у нас в Англии замечательные сады, но теплая погода, солнце и морской бриз придают неповторимое очарование вашему поместью. И если позволите, я замечу, что от постоянного пребывания на солнце ваша кожа приобрела здоровый вид, чего не скажешь о нас, всегда бледных из-за большого количества пасмурных дней.

Натали дотронулась до своей щеки, ее глаза сузились, в них заплясали озорные огоньки. Она наклонилась к француженке и доверительно, словно старой подруге, прошептала:

— Возможно, когда-нибудь мне удастся уговорить моего дорогого Джонатана купить нам дом на берегу, или, может быть, вы поможете мне убедить его в этом сегодня вечером Вам, наверное, очень нравится здесь. Как я завидую вам!

Она была великолепна, Джонатан с трудом сохранял серьезный вид. Клодин быстро-быстро захлопала глазами, не зная воспринимать ли слова Натали как комплимент или как некий хитрый ход. Анри вполуха прислушивался к разговору дам, считая его, независимо от темы, не важным, скучным и глупым.

— Мы очень счастливы здесь, — заявила француженка уверенным голосом. — Сегодня, как вы понимаете, мы заняты, но, возможно, вы посетите нас в конце недели. Тогда бы вы смогли осмотреть наш сад и дом днем, мадам Дрейк.

Натали одержала полную победу.

— Это великолепно. С нетерпением буду ждать нового визита к вам. — Она повернулась к Джонатану и взяла его под руку. — Пойдем же, дорогой. Мы задерживаем других гостей, которые хотят поздороваться с графом и графиней.

— Да, разумеется, — согласился Джонатан, кивнув головой. Они подошли к другим гостям и родственникам хозяев.

Молодой человек захотел поздороваться и немного побеседовать с несколькими мужчинами, являвшимися потомками старого дворянства из Анжу и Бретани, ведущими свою родословную с дореволюционных времен. В ожидании второй революции за кулисами происходила интенсивная подготовка, и у Джонатана возникла уверенность, что эти люди выступали застрельщиками стратегического планирования. Те, кто был в это вовлечен, собирались продать изумруды. Что ж, этим высокомерным аристократам не долго осталось радоваться, подумал Джонатан.