Безрассудство - Эриксон Линн - Страница 43

Они прошли через автостоянку в сторону дорожки, ведущей к реке. В душе Джейка полыхал пожар. Приближался заветный момент.

За щитом «Мототрасса Рио-Гранде» начинался лесопарк. По обе стороны дорожки зеленела трава, на тополях уже набухли почки.

Сара что-то рассказывала о пути, который проходил вдоль старой железной дороги.

– Денвер – Рио-Гранде, по этому маршруту сто лет назад перевозили серебро.

– Интересно. – Джейк оглядывал велосипедистов, бегунов и совершавших моцион дам. Рядом с хозяевами бежали собаки. Ничего себе укромное местечко. Полно народу, гораздо больше, чем он ожидал.

«Если Сара задумает сбежать, то запросто затеряется в этой толпе. Смогу ли я ее догнать?»

– ...братья и сестры? – услышал он окончание вопроса.

– Что?

– У вас есть братья или сестры?

– А... да, сестра.

– Она живет в Денвере?

– Да.

– А родители?

– После смерти отца мать переехала во Флориду. Бридж и теннис – ее любимые занятия.

– И часто вы видитесь?

– Не очень.

К Саре подбежала собака и завиляла хвостом. Мокрая, видно, успела искупаться в реке. Сара остановилась поиграть с ней.

Сара всем нравится. Даже собакам.

Странно, но прежде такое ему в голову не приходило. Он знал о ней очень многое, но, несмотря на это, его только сейчас осенило: а ведь она особенная. Не в смысле внешности, хотя и ее вряд ли можно назвать ординарной. Но Сара оказалась удивительно доброй, нежной, способной проявлять искреннюю любовь и заботу.

Как это соотносится с тем, что она была любовницей Скотта?

Он не мог представить себе женщину, которая играла сейчас с собакой, в номере отеля в постели женатого мужчины.

Что же за отношения были у нее с Тейлором?

– А где вы учились? – спросила она.

Джейк очнулся от размышлений.

– В Денверском университете, на юридическом. Затем получил работу в хорошей адвокатской конторе, отдал долг за обучение. Вот, собственно, и все.

– А зачем вы приехали в пансионат?

– Это была идея одного из руководителей фирмы, – на ходу придумал он. – Я никак не мог оправиться после развода и проигрыша дела, о котором вам рассказывал. Шеф даже нашел, как оплатить расходы через медицинскую страховку.

– Пребывание в пансионате вам помогает?

Он сделал секундную паузу.

– Нет.

«Скажи ей сейчас».

– Жаль.

– Я все равно с этим справлюсь.

– Не сомневаюсь. Обычно людям это удается.

– Вы говорите так, как будто знаете, о чем идет речь.

– О, нет. Просто философствую. Наверное, это глупо с моей стороны.

– Нет, не глупо. Вы, конечно, правы. Но хочется побыстрее прийти в себя. Признаюсь, я страдал. И это продолжается до сих пор.

– Но с каждым днем становится все легче. Верно?

– Конечно, боль рассеивается, но совсем забыть об этом, по-видимому, не удастся.

Она замолкла. Шагая рядом, Джейк был уверен, что читает ее мысли: «Да, мне тоже никогда не забыть этот номер отеля. То, что я там увидела, пугает меня до сих пор. Я буду жить здесь, у Скалистых гор, до скончания века, чтобы больше никогда, никогда об этом не вспоминать».

Он бросил взгляд на Сару.

«Не пойму, когда же для меня ее чувства начали значить больше, чем правда? В тот момент, когда мы катались на лыжах и я остановился под деревом полюбоваться на нее, спускающуюся вниз, смеющуюся, полную восторга? Или после пикника, когда она вытаскивала меня из ямы и я задержал ее руку на мгновение дольше, чем следовало? Или это случилось, когда она шутила по поводу кошмарного шведского фильма и я впервые заметил у нее на щеках ямочки?»

Он попытался отогнать непрошеные мысли. Эмоции только мешают делу – это известно любому опытному адвокату. Нужно раскрыть убийство, и сейчас для этого представился удобный момент.

– А в суде вы проводите много времени? – спросила она.

Он резко остановился и взял ее руку. Затем повернул к себе.

– Послушайте, Сара, я вовсе не тот, за кого вы меня принимаете. Сейчас расскажу, и вы пойме...

– Говорите что угодно, – тихо проронила она. – Я все равно не стану вас осуждать.

«Боже мой».

– Вы не поняли.

Откинув голову, она смотрела ему прямо в глаза.

– Я знаю, вы по-прежнему состоите в браке. Верно?

– Да нет же, Господи. – Джейк продолжал держать ее руку, но момент был упущен. Решимость пропала. Он почувствовал огромную усталость, как будто нес тяжелую ношу. Отпустил ее руку, и они пошли дальше. Молча.

За ужином он был странно молчалив, погруженный в невеселые мысли. Соседи по столу пытались вызвать его на разговор, но он отделывался односложными репликами.

Джейк ощущал себя волкодавом, который сдавил зубами горло Сары, но оказался бессилен действовать дальше. Было время, когда он гордился своей хваткой, теперь же, сидя за ужином, под озадаченным, ищущим взглядом Сары, он был растерян, не знал, что делать, как поступить. И презирал себя за глупое упорство, болезненную манию, которая всем приносила одни неприятности и никому – счастья.

«Оставь ее в покое, не приставай. Зачем тебе это нужно? Ради какой правды? Кому она нужна, кроме тебя?»

Наконец он притворился, что ест, притворился, что получает удовольствие от общения с другими отдыхающими, даже шутил с Биллом Ловиттом и флиртовал с Мюриел. Потом заставил себя заговорить с Сарой. Слова были фальшивыми, но чувства подлинными. Если бы он встретил эту женщину при любых других обстоятельствах, их отношения сложились бы совершенно иначе. В этом он был уверен.

– Выйдем на воздух, – предложила Сара после ужина. – Я хочу вам кое-что показать.

– Что?

– Пошли. – Она потянула его за руку. – Всего на минуту. Куртку надевать не нужно, обойдетесь без нее.

– И что же это? – спросил он, выпустив изо рта облачко пара.

– Посмотрите.

Джейк поднял глаза. В небе поднималась луна, неторопливо вылезая из-за горной вершины. Огромная, яркая.

– Сегодня полнолуние, – сказала Сара. – Вы только взгляните на нее.

Но он не мог. Вместо этого Джейк пристально посмотрел на Сару, на ее лицо, залитое серебряным светом.

А потом позорно бежал, сославшись на сильную головную боль. Несмотря на уговоры пройтись вместе со всеми на лыжах при лунном свете.