100 великих любовников - Муромов Игорь Анатольевич - Страница 191

Она была сногсшибательной красавицей с почти мистической способностью превращать мужчин в слабых и беспомощных. Одна английская газета назвала ее даже «самой опасной женщиной в Америке». Дженнифер нечего было скрывать!

Флауэрс начала записывать свои разговоры с Клинтоном после того, как ее имя прозвучало во время его борьбы за губернаторское кресло штата Арканзас. «Так, на всякий случай. Я готовилась к самому худшему…» – говорила она. После того как он победил, слухи поутихли. Но тут стало известно о претензиях Клинтона на Белый дом, и тон национальных средств массовой информации сразу приобрел скандальный оттенок.

Сначала Флауэрс все отрицала, пока подобная известность не обошлась ей потерей государственной службы. Как писали газеты, Клинтон помог найти ей работу, на которую претендовали более достойные кандидатуры. Реакция была незамедлительной: бульварная пресса начала делать ей заманчивые предложения одно за другим. Она решила сотрудничать с еженедельным изданием «Стар», во-первых, потому, что ей дали понять, что все детали этой истории станут достоянием гласности и без ее согласия, и, во-вторых, чересчур уж заманчивой была эта сделка, чтобы так легко можно было от нее отказаться.

Держа медицинскую карту в руках, она заявила: «Я сделала аборт в феврале 1978 года, вскоре после встречи с Клинтоном осенью предыдущего года». В то время она была начинающим очаровательным телерепортером на станции Литл-Рока, Клинтон же – энергичным и деятельным прокурором штата. По словам Дженнифер, он усиленно добивался ее, несмотря на ревнивую жену.

Но ее мать, Мэри Херст, вспоминала: «Она сразу рассказала мне об аборте, признавшись, что забеременела от Билла Клинтона. Другой парень, с которым она тогда встречалась, не мог быть виновником ее беременности, поскольку перенес операцию вазектомии». Флауэрс говорила, что этот другой – арканзасский бизнесмен, тоже женатый и тоже Билл. В телефонном интервью он отрицал связь с ней, а также факт операции вазектомии. Но, по свидетельству очевидцев, ее связь с этим Биллом ни для кого не была секретом.

«Какой ей смысл выдумывать все это?» – говорила ее мать, набожная католичка, откровенно осуждавшая Дженнифер за ее связь с женатыми мужчинами. Но при этом она одобряла ее признания: «Ей необходимо было кому-нибудь выговориться, и я – ее лучший друг. Я верю ей».

Дженнифер утверждала, что придание гласности этому делу не имеет ничего общего с банальным сведением счетов. «Мне больно об этом говорить, – призналась Дженнифер, – несмотря ни на что, я хочу, чтобы Билл любил свою дочь и заботился о своей жене. Мне всегда хотелось быть для него чем-то особенным. И, вспоминая все то, через что мне пришлось пройти в одиночку, я переполнялась негодованием».

Флауэрс, оценивая Клинтона как любовника, присудила ему 9 из возможных 10 баллов.

Дженнифер олицетворяла собой необычный образ: крашеные светлые волосы, утонченные черты лица, правда, не без вмешательства хирурга-косметолога, грудь, которой ее с лихвой наградил Господь. Соблазнительная легкость сочетается в ней с завидной твердостью – сладкая приманка, чреватая опасностью и интригами. В памяти тут же всплывал образ Мэрилин Монро. Что же это? Перевоплощение? Соблазнительница кандидата в президенты, подражающего герою Дж.Ф.К.? Или мифотворчество любовниц в своем продолжении?

Одно дело – сексуальные отношения. История знает немало примеров, когда президенты находили в них усладу и при этом прекрасно управляли страной. На это еще можно закрыть глаза. Другое дело – любовные, какими Дженнифер представляет свои отношения с Клинтоном.

В то время как Клинтон усиленно старался переместить центр внимания прессы со спальни на кабинет и экономические проблемы, его мозговой трест целенаправленно отбивал атаки людей, подобных Флауэрс, и предотвращал нечистоплотные уловки республиканцев.

Клинтон с блеском доказал справедливость поговорки «нет худа без добра». Он ухитрился приурочить свое телевизионное интервью в программе Си-Эн-Эн «Шестьдесят минут» к окончанию репортажа о битве за Суперкубок, что гарантировало ему огромную благодушно настроенную аудиторию. Прямо в присутствии жены он признал, что у них «были трудности», но теперь все уже позади.

На вопрос, можно ли толковать «трудности» как супружескую измену, Хиллари уклончиво ответила: «Тот, кто давно женат, знает, что это такое».

Клинтон не отрицал то, что он курил марихуану. Но объявил, что не нарушил американский закон, потому что занимался этим во время учебы в Англии. И потом, он «не затягивался». Все это плюс обвинения в том, что он уклонился от службы в армии во время вьетнамской войны, не помешало ему стать президентом.

Вместе с тем обвинения в сексуальных злоупотреблениях еще не сняты. Уже во время президентства Клинтона агенты спецслужб, охранявшие его все двенадцать лет на посту губернатора штата Арканзас, засвидетельствовали его вопиющую безнравственность. Он развлекался в губернаторском дворце с девицами легкого поведения, в то время как жена была совсем рядом – на лужайке. По прикидкам одного охранника, у Клинтона были интимные отношения не с одной сотней женщин.

«Он никогда не упускал своего», – заключил этот охранник.

Среди предполагаемых любовниц Клинтона – жена известного судьи, провинциальный репортер, бывшая государственная служащая, продавщица из универмага в Литл-Роке и темнокожая проститутка по имени Бобби Энн Уильямс, которая утверждала, будто Клинтон – отец ее ребенка-мулата, которого она зачала во время одного из тринадцати свиданий.

Поступили также сведения о том, что Клинтон появлялся с девицами в общественных местах, брал шлюх, что называется, на ходу и даже совершил любовный акт в машине на стоянке возле школы, где училась его дочь.

Бывшая «мисс Арканзас», Салли Пердью, призналась, что состояла с Клинтоном в интимной связи в 1983 году, когда она была ведущей радиошоу в Литл-Роке. Салли поведала о том, как губернатор Арканзаса резвился, нацепив ее нижнее белье. На прощание он предложил ей работу с окладом сорок тысяч долларов в год – в награду за молчание.

Один чиновник из руководства Демократической партии предупредил: она должна быть «паинькой», иначе ей переломают ноги.

Примерно в то же время участница рок-группы Конни Хэмзи рассказала, что однажды, увидев ее загорающей возле бассейна в более чем откровенном купальнике, к ней обратился один из ближайших помощников Клинтона с предложением совершить любовный акт с его шефом. В интервью для журнала «Пентхаус» она похвасталась, что была близка с будущим президентом.

Белокурая служащая электрической компании по имени Джо Дженкинс отрицала близость с Клинтоном, но данные телефонной станции свидетельствуют о том, что он звонил ей по одиннадцати раз в день. Один ночной звонок длился более полутора часов.

По признанию Дженнифер Флауэрс, Клинтон любил заниматься мастурбацией во время телефонного разговора. Правда, саму Дженнифер это не прельщало, и она только изображала оргазм.

Потом настала очередь Полы Джонс. Она вчинила тогдашнему хозяину Белого дома иск, обвинив его в сексуальных домогательствах по отношению к ней в бытность Клинтона губернатором штата Арканзас. И, естественно, потребовала компенсации.

Президент и его окружение с самого начала пытались заблокировать или по меньшей мере отложить рассмотрение иска Джонс Однако это им не удалось сделать. В январе 1997 года окружной апелляционный суд постановил, что пост президента не защищает Билла Клинтона от судебного разбирательства по гражданским искам. И дело было перенесено в Верховный суд.

Конечно, это дело не что иное, как очередное сражение «сексуальных» войн 1990-х годов. Юридически же его можно представить следующим образом: Джонс требует от Клинтона компенсацию в сумме 700 тысяч долларов за диффамацию и попрание ее гражданских прав. Вместе с тем дело «Клинтон против Джонс» ставит несколько серьезных вопросов конституционного характера, в том числе главный – дано ли президенту право быть выше закона.