Прогулка под луной - Знаменская Алина - Страница 54

И вдруг, сверкнув на нее своим безумным взглядом, коренастый прошипел:

— Вот ты мне все и вернешь, крошка. Компенсируешь.

— Но у меня ничего нет! — искренне воскликнула Маша.

Она с ужасом наблюдала, как коренастый вытягивает ремень из джинсов. Что он собирается делать? Отвращение и страх парализовали тело.

Он заметил это и криво усмехнулся:

— Ты меня неправильно поняла, козочка. Хорошо бы… но не теперь. — Он схватил ее за локоть, завернул руку назад.

Маша вскрикнула от боли.

Он стянул ей руки сзади ремнем. Развязал пояс ее сарафана, и Маша поняла, что ее просто-напросто сейчас за руки привяжут к дереву. Она попала в жертвы к сумасшедшему. Вероятно, от пережитого стресса у продюсера поехала крыша.

И ей предстоит глупейшая смерть от руки психа.

— Зачем я вам? — Маша как за соломинку цеплялась за возможность оттянуть время. Может быть, Денис уже проснулся и ищет ее? Если он покричит с тропинки, здесь наверняка будет слышно.

— Правильный вопрос, — усмехнулся продюсер, довольный своей работой.

Девушка накрепко была привязана к сосне. Малейшее движение причиняло боль.

— У тебя, крошка, нет денег, это верно. Но у фраера твоего из фирмы «Альтаир» денег куры не клюют.

— Но мы больше не встречаемся! — горячо возразила Маша, начиная догадываться, куда клонит сумасшедший. — Каким образом…

— А таким! — перебил коренастый, опускаясь на корточки. Он принялся привязывать друг к дружке ее босоножки. — Когда я пришлю ему бандероль с твоей косичкой да с просьбой о денежной компенсации за все остальное, я почему-то думаю, он растрогается. Ведь он был тебе почти муж… А если ему будет мало твоей косы, то… — Продюсер провел пальцем по Машиной ноге до коленки, выше, выше… Вернулся назад и внезапно резко уцепил ее за мизинец.

— То мы пошлем ему вот это! Неужели он не пожалеет бывшую невесту?

И коренастый захохотал визгливо, по-бабьи. Тогда Маша набрала в легкие воздуха и заорала что было сил:

— Ма-а-ма-а…

«А-а-а-а» прокатилось по лесу неожиданно громко.

Продюсер подпрыгнул и с размаха ударил ее по лицу. Боль обожгла голову.

Он быстро вытащил из кармана носовой платок и завязал ей рот.

— Твоя беда в том, что ты открываешь рот, когда надо молчать, — прошипел он ей в лицо, брызгая слюной. — Или ты захотела отправиться туда, куда мы отправили твоего дружка-юриста? Тоже лез не в свое дело. Ну что ж, за что боролся, на то и напоролся…

Коренастый полюбовался делом своих рук и отошел.

— Ты пока тут постой, а я подгоню машину. Потом мы с ветерком прокатимся. Обещаю тебе вояж, полный впечатлений. Не скучай, крошка, я скоро.

И, то и дело оглядываясь на свою жертву, продюсер двинулся через лес в сторону кемпинга.

Зверев проснулся от чего-то неприятного во сне. Но сейчас, созерцая белое море ромашек, убей, не мог вспомнить, что ему снилось. Он нашарил в бардачке бутылку с минералкой, отхлебнул.

— Э-эй! — позвал он. — Ма-ша…

Ромашковое сообщество безмолвствовало. Тогда он посигналил раз, другой. Природа вокруг продолжала равнодушно смотреть на него и его «форд». Невдалеке гудело шоссе. Он бросил взгляд на часы: прошло полтора часа, как он лег.

Где она? Заблудиться тут невозможно — не тайга. Вон она, московская трасса, прекрасный ориентир. Скорее всего она отправилась к кемпингу — услышала музыку и пошла. На пути из Москвы в Нелидово он останавливался там перекусить и заправиться. Это недалеко. Так, строя догадки, Денис обошел поляну, дошел до тропинки, покричал и вернулся назад.

Лучше всего сгонять до кемпинга, посмотреть, там ли Маша, забрать и заодно заправиться. Бензин на пределе.

Садясь в машину, он отметил, что беспокойство все же ужалило его в области груди и ужаленное место начинает неприятно зудеть. Он выехал на трассу и вскоре уже сворачивал на асфальтовую дорожку, ведущую к кемпингу.

Пропустил белую «ауди», выезжающую к трассе, и остановился.

Во дворе кемпинга Маши видно не было. Он подошел поближе. За столиком открытого кафе сидели парень с девчонкой. Обедали. «Молодожены», — решил про себя Денис: глаза уж больно блестят, равно как новые кольца на безымянных пальцах.

— Ребята, извините, пожалуйста. Я ищу свою девушку. Вы, случайно, не заметили, у нее вот такая каштановая коса.

Девушка пожала плечами. Парень кивнул:

— Видели. Полчаса назад гуляла тут.

— Где? — удивилась девушка. — А почему я не видела?

— Не обратила внимания, — улыбнулся парень.

— А ты обратил, — поддела девушка.

Зверев почувствовал себя неловко: поругаются еще из-за него.

— Потому и обратил, что коса. Я такие косы только по телику видел, когда конкурс «Длинная коса» показывали. У нее еще букетище в руках был — ромашки. А мы вон там сидели, — парень показал, — в «дурака» играли.

— А куда она пошла, вы не заметили? Девушка фыркнула и отвернулась. «Ревнивая», — подумал Зверев.

— Кажется, к лесу пошла.

Зверев двинулся в направлении леса, где оставил свой «форд».

Он подошел, и сразу что-то нехорошее шевельнулось в душе. Через секунду он понял, что его смутило.

На развилке, где асфальтовая дорожка с тропинкой разбегаются в разные стороны, валялись свежие цветы. Еще несколько ромашек лежали на асфальте и тянулись белой линией к трассе. Она не могла просто выбросить такой красивый букет. Если уронила случайно — подобрала бы. Значит, ее что-то напугало. Она шла к тропинке, чего-то испугалась и свернула на дорожку, к трассе. По дороге теряла цветы потому, что бежала.

Зверев почувствовал, как кровь пульсирует у виска.

Он сел в машину и направился к трассе. Повинуясь интуиции, свернул на грунтовку, бегущую параллельно шоссе, и рванул, подняв за собой хвост пыли.

Белую «ауди» он увидел издалека. И какое-то движение возле машины. Он прибавил скорость и почти толкнул бампером белую. То, что он увидел, выбросило его из машины, как снаряд из пушки.

Коренастый коротышка заталкивал в «ауди» Машу. Руки ее были связаны ремнем, на лице какая-то грязная тряпка.

Девушка яростно мотала головой, била коренастого по икрам босыми ногами. На дороге валялись ее босоножки.

Денис все это сфотографировал в долю секунды, выпрыгнул и с размаха резанул коренастого ребром ладони по шее. Одновременно двинул ногой под коленку.

Мужик согнулся и сел на дороге, издав какой-то животный звук.

Зверев подхватил Машу. Сорвав тряпку с ее рта, он стал возиться с ремнем, стягивающим руки, и не заметил, как коренастый шевельнулся и на четвереньках двинулся к открытой дверце «ауди». Машина рванула.

Зверев выругался, втолкнул в «форд» Машу и прыгнул за руль.

«Ауди» метнулась в направлении Пскова. Денис держал ее в поле зрения, хотя отставал на пять-шесть машин.

Маша начала стучать зубами.

Зверев открыл бардачок и кинул ей минералку. Успокаивать было некогда.

— Ты его знаешь? — спросил он, не спуская глаз с «ауди».

Красная лампочка датчика неумолимо горела. Бензин был на исходе.

— Это Ничубай. Продюсер Игоря Золотова.

— Он угрожал тебе в Москве? Он и Альку украл? Маша мрачно кивнула и добавила:

— Он же и Влада убил.

— Ясненько.

Зверев прибавил скорость, обгоняя здоровенный «КамАЗ» с прицепом.

«Ауди» шмыгнула с основной трассы и помчалась по старой дороге.

Денис метнулся следом.

Когда уже догнал белую, прижал ее к кромке дороги, грозя столкнуть в кювет, «форд» стал капризничать, дернулся несколько раз и остановился.

Зверев в сердцах ударил по рулю. Бензин кончился.

Матерясь и скрипя зубами, он выскочил на дорогу в надежде стрельнуть бензина. Но здесь, на старой, разбитой дороге, движение было не ахти какое.

Только через полчаса ему удалось стрельнуть десять литров у «Запорожца». Бензин был 76-й. На таком топливе «форд» будет плясать как балерина.

Все. Упустил. Погоня бесполезна.

Но все же какая-то упрямая сила толкала Зверева вперед.