Сны призрака - Якименко Константин Николаевич - Страница 85

– Ну во-от… – протянул разведчик. – Приехали!

– А что – лучше, если он достанется Хейгорну?

– Ни Хейгорну, ни тебе. Никому вообще.

– Это было бы глупо.

– Еще глупее – стать жертвами того, что мы не понимаем.

– Мы научимся понимать. Михаил, я сказала: я не отступлюсь! Я только хочу… хочу не потерять саму себя, когда буду там.

– А ты уверена, что это возможно?

– Но ведь я смогла сейчас. И ты смог…

– Там, на «Призраке», все намного сложнее.

– Но ты смог! – повторила Мэри.

– Я поставил только два ключа.

– Но теперь, когда мы знаем, будет легче. А если мы будем вместе…

– Вместе? – переспросил Квалин. – Думаешь, ты открыла мне свою тайну, поплакалась в жилетку, и теперь все изменится?

– Нет, Михаил, ничего такого я не думаю, – сказала девушка обиженным тоном. – Какой же ты все-таки отвратительный тип, герой!

– Уж какой есть… И, кстати, как с Диранстом? Он тоже будет с нами вместе? Или, как говорится, третий лишний?

– Диранст еще более отвратительный, чем ты. Даже хуже Хейгорна. Врет на каждом шагу и не краснеет. А если не врет, так говорит полуправду.

– А ты у нас, значит, исключительно честная?

– Все мы хороши, – подытожила Мэри. – Ну вот смотри: мы летим к «Призраку». Отправляемся туда… то есть отправляется моя команда. А у тебя есть выбор: пойти или остаться. И что ты сделаешь?

Квалин хмыкнул:

– Ты меня поймала. Пойду, куда я денусь?

– Так я и думала.

– Нет, ты погоди! – взвился он. – Вы отправляетесь на «Призрак»? Это, знаешь ли, нарушение закона! Да ладно бы закона… Хейгорн объявит нам войну! Ты знаешь, что такое война? Когда истребитель летит на малом над селением и дает беглый рассеянный огонь – знаешь, как это? А если над Кантровском? Над Токио?

– Войны не будет, – возразила Мэри. – Хейгорна отстранят.

– Ага. Мечтать не вредно.

– Когда мы подлетали сюда, пришло сообщение от следователя. Он собрал материалы и готов передать их в Галактический совет. Когда их покажут кумбиэнцам, те сами с радостью избавятся от Хейгорна.

– Кто-то из нас двоих очень наивный, – сказал Квалин. – И мне кажется, что не я.

– Нет, Михаил, почему же? Во-первых, твоя запись пошла в дело. Когда кумбиэнцы увидят, что Хейгорн стрелял в человека, у многих отношение к нему изменится. Во-вторых, Совет поставит условие: если Хейгорн останется, то договор будет пересмотрен не в пользу Кумбиэна.

– Это все только на словах так складно.

– На деле тоже вполне осуществимо.

– Да, но не за день и не за два! У тебя хватит терпения?

– Терпеть и не нужно.

– То есть? – Квалин посмотрел Мэри в глаза.

– Я жду сигнала. Следователь должен подтвердить, что документы переданы и делу дан ход. После этого можно больше не ждать.

– Да ты сумасшедшая! – выкрикнул Михаил. – Я-то подумал, что ты… А ты так ничего и не поняла!

– Это ты ничего не понял, герой, – сказала Мэри.

Она склонилась над вещами в углу и несколько секунд рылась в сумках. Потом поднялась и обернулась к Квалину. В ее руках был ключ.

– Вот он, третий! – произнесла девушка торжествующе.

– Убери! – закричал разведчик.

– Ну почему же? – Она повела плечом. Квалин схватил ее за запястья и крепко сжал.

Мэри вскрикнула, едва не выронила ключ. Внезапно разведчик ощутил слабость в руках – его подвело собственное усталое тело. Взгляд сам собой сосредоточился на красной полоске: она мигнула и погасла. Потом вспыхнула два раза подряд и снова померкла. Пальцы Михаила разжались и осторожно передвинулись повыше. Он накрыл ими ладони Мэри, ощущая фалангами ее теплую кожу, а кончиками – холодную поверхность ключа. Дыхание участилось; взгляд встретился со взглядом девушки.

– Нравится? – спросила она.

– Да, – сказал Квалин. Он вспомнил: ведь это мой ключ! Тот, который я нашел на «Призраке», а она похитила у меня. Я не должен упустить его снова!

– Он дает мне силы. Когда кажется, что все валится из рук… что совсем ничего не получается… Я могу просто взглянуть на него и почувствовать себя увереннее.

– Вот так он это… – начал разведчик и сбился с мысли. Что он хотел сказать только что? Наверное, это было не очень важно, раз он тут же забыл.

– А ты чувствуешь? – спросила Мэри.

У Квалина закружилась голова. Сказывалось то, что ему так и не удалось отдохнуть. В мыслях крутились два непонятных, ни к чему не привязанных слова: эффект накопления.

– Мне бы сейчас силы не помешали, – сказал он.

Девушка придвинулась к нему ближе, не отпуская рук и не отводя глаз. Какое-то время они так и сидели, прижавшись друг к другу, загипнотизированные тем, что неожиданно почувствовали, и боясь это потерять.

– Мы можем вместе править Галактикой, – произнесла Мэри.

– Но я же отвратительный тип! – Квалин изобразил удивление.

– Отвратительный, – согласилась она. – Но ты лучший. Таких больше нет.

– Ерунда. В управлении много разведчиков ничем не хуже меня. Меня наградили этой дурацкой звездой, но это не значит, что я лучше их.

– Дело не в звезде. Ты справляешься там, где больше никто не справился.

– Ладно тебе… Я везучий.

– Тогда тебе снова повезло, герой…

Они медленно опустили ключ рядом и сжали друг друга в объятиях. Потом упали на пол палатки, а дальше руки делали все сами, без участия сознания. Перед глазами Квалина мелькало лицо Мэри, которое то и дело почему-то сменяла красная полоска ключа. На своем лице он чувствовал ее горячие губы и язык. Затем мыслей будто не осталось вовсе, бушующая лавина чувств накатила и погребла его под собой. Откуда-то взялись силы, которых еще минуту назад так не хватало. С этими силами Михаил в экстазе прижимал к себе тело девушки, а чуть позже – вводил в него влагу жизни. А еще позже просто лежал, крепко обхватив ее, словно опасаясь, что она может исчезнуть.

«Ты больше никогда не будешь один!» – произнес вдалеке чужой и одновременно знакомый голос.

«Посмотри на себя!» – добавил другой.

А третий подвел итог:

«Это ты ничего не понял».

Затем силы оставили Квалина, и он провалился во тьму.

Когда разведчик очнулся, вокруг по-прежнему было темно, только сбоку время от времени что-то подмигивало. Это ключ, его полоска – сообразил Квалин тут же. Ключ… мой ключ, подумал он. Был моим, и будет снова.

Мэри Уинслоу спала, обхватив Михаила руками. Он осторожно освободился от нее и чуть пододвинул девушку, чтобы ей было удобнее лежать. Она что-то пробормотала сквозь сон, но глаз не открыла. Квалин сунул ей в руки лежавшую рядом сумку – Мэри тут же прижала ее к себе, по-прежнему не просыпаясь. Михаил привстал над ней – теперь он мог увидеть и сам ключ. Выждав немного и убедившись, что президент «Интергалактик» крепко спит, он наклонился и схватил ключ. Потом поднял и сунул за пазуху. Тут же ощутил неприятный холод, но что поделаешь – нужно было перетерпеть. Еще раз оглянувшись на Мэри, Квалин подошел к выходу из палатки и осторожно выглянул.

Несколько бойцов стояли неподалеку – никто не смотрел в его сторону. Пододвинув ключ так, чтобы он не бросался в глаза под одеждой, Михаил вышел наружу. Головы ближайших к палатке солдат сразу повернулись к нему, но Квалин сделал вид, что они его нисколько не интересуют. Он отошел в сторонку, вдохнул полной грудью, глянул на звездное небо. Бойцы перестали обращать на него внимание – для них главное было, чтобы разведчик не пытался уйти с поляны.

Михаил осмотрелся вокруг, оценивая обстановку. Ну, допустим, подумал он, я доберусь до корабля Диранста. Дальше что? Он ведь запер дверь на код, так что внутрь я не попаду. Нужен сам Койтль, без него никак. Но где же он?

Квалин выделил из солдат того, который, судя по всему, был командиром, и решительно подошел к нему:

– А где мой товарищ? – спросил он.

– В той палатке. Но тебе туда нельзя.

– Почему?

– Приказ госпожи.

– Его держат как пленника?