Сны призрака - Якименко Константин Николаевич - Страница 17

– Я учился в Мельтекупском университете. Моя специальность – психотехника. Могу представить вам диплом и все необходимые документы. – Тут Хаймс положил на колени черный кейс и распахнул его – Бентиэн заметил, что в основном он заполнен всякими бумажками.

– Да погодите вы с документами! – повысил голос начальник. – Мельтекуп – знаю, конечно-конечно. Прошу простить меня, но на вашей планете это единственное приличное заведение. Психотехник, говорите… так-так. Ну и какую работу вы хотите?

– Вы ведь сейчас набираете группу исследователей для «Призрака»? Вот туда я и хочу – именно поэтому пришел прямо к вам, а не на сто двенадцатый этаж, как вы заметили.

«Откуда он знает, что я ее набираю сейчас? Что-то тут не так», – подумал Бентиэн.

– И какими конкретно исследованиями вы предполагаете заниматься на «Призраке»?

– Меня интересует его влияние на человеческую психику.

Хиорс заговорил неторопливо:

– Видите ли, Хаймс… я не спорю – возможно, в Мельтекупе вы выучились на отличного специалиста. Вы знаете свое дело, владеете всем и так далее… все это замечательно, и еще как. Но представьте, что все желающие исследовать «Призрак» придут ко мне с просьбой взять их на работу. Великий Дух, да здесь такая очередь выстроится! По правде говоря, Хаймс, я трачу на вас время только потому, что мне все равно надо было сделать небольшую передышку. Но тем но менее… у меня есть список кандидатов в группу – все это люди, работающие в «Хейгорне» не один год и хорошо себя зарекомендовавшие. Ну так вот, Кейвон Хаймс… назовите мне хоть одну причину, почему я должен вычеркнуть кого-то из них и вписать вас. А если не можете – вот дверь, не растягивайте мое время по веревочке.

– Такая причина есть, – сказал Хаймс.

– Так-так… ну, я слушаю? Назовите же ее!

– Я думаю, Бентиэн, вы сами назовете ее мне.

– Значит, я сам? Думаете, это звучит остроумно?

– Думаю, что это чистая правда. Вы назовете причину завтра, а сейчас я и в самом деле пойду и не буду отнимать ваше время.

– То есть вы рассчитываете еще раз явиться ко мне? Сожалею, но завтра я никого не буду принимать. Так что если хотите сказать что-то еще – говорите сейчас. У вас есть пара минут – используйте их.

– В этом нет необходимости. Я совершенно уверен, что завтра вы меня примете.

– Тогда что ж, удачи вам, Хаймс! – с легкой усмешкой проговорил Бентиэн.

– Спасибо, но свою порцию удачи на сегодня я уже получил, – непонятно ответил тот и покинул кабинет.

Некоторое время Хиорс сидел в прострации – в состоянии, когда мысли текут вяло и заниматься ничем не хочется. Потом вздохнул: все-таки хотя бы примерный состав группы надо бы набросать сегодня. Строители там уже заканчивают – значит, через несколько дней можно будет отправлять первую «волну». Да, но все-таки: откуда этот Хаймс столько знает о группе? Поговорить с Канехом, что ли…

Он уже собрался запросить внутреннюю связь, когда заметил, что на стуле, где только что сидел посетитель, что-то лежит. Собственно, это была обыкновенная одноразовая карточка на предъявителя – такую можно было получить в маркете во время какой-нибудь акции, а потом, использовав, преспокойно выкинуть. Наверное, она случайно выпала из кейса, когда Хаймс собирался показать свои документы. Скорее всего, уже отработанная – иначе она бы не валялась у него как попало. Хотя – кто знает…

Хиорс поднял карту – теперь он заметил на ней символику банка «Астомп». Впрочем, это не имело значения. Сунул в щель – его комп позволял читать такие карты, хотя сделать что-то с ее содержимым он не смог бы, для такого оборудования надо было иметь лицензию, которая выдавалась только банкам. Итак, Бентиэн щелкнул на запрос, глянул на экран, а потом не меньше минуты сидел, тупо уставившись в одну точку.

Если верить тому, что он видел перед собой – а не верить этому не было ни единой причины, – то сумма, которую мог получить в любом отделении «Астомпа» предъявитель карточки, равнялась ста тысячам худанов.

О разговоре с президентом Хейгорном Хиорс Бентиэн в тот день уже не думал – теперь его занимали совсем другие мысли.

Высветив на нескольких проекциях вокруг себя документы Чанхиуна и изучая их попеременно, начальник группы «Призрака» услышал сигнал, за которым последовало сообщение: пришел Кейвон Хаймс.

Сто тысяч, думал Бентиэн. Сто тысяч – это, конечно, достаточная причина, чтобы внести в список имя, которого в нем ни при каких других условиях быть не должно. Конечно, остаются вопросы… Во-первых: откуда у простого ученого с Фидуха столько денег? Хотя карта на предъявителя – такая штука, по которой ничего не проверишь и не докажешь. Ладно, другой вопрос: зачем? То есть платить такие деньги за право участвовать в исследовании «Призрака» – не перебор ли это? Хотя, конечно, если учесть, какую сумму выложил сам «Хейгорн»… Не замешаны ли здесь какие-нибудь спецслужбы, интересы других планет – вот что беспокоило Бентиэна. Да, он был охоч до денег, и он, именем Духа, даже готов был поверить, что Хаймс как исследователь может принести пользу компании. Вот только не обернулась бы потом эта временная польза против них… и в первую очередь – против него, Хиорса, начальника группы, которому президент лично доверил столь ответственное дело.

Впрочем, подумал он тут же, глупости все это. Слишком грязная работа для спецслужбы. Вводить своего агента таким образом, чтобы ему с первых же минут не доверяли и следили за каждым шагом – а уж я буду следить за Хаймсом более чем внимательно, пусть никто в этом не сомневается, – это нонсенс, в этом нет никакого смысла. Значит, вариант со шпионом отбрасываем… и возвращаемся к первоначальному вопросу: откуда у ученого столько денег, что ему не жалко отдать сто тысяч за место в группе?

– Входите, – сказал Бентиэн вслух.

– Как видите, я вернулся, и вы меня приняли, – констатировал Хаймс, усаживаясь на тот же стул, что и вчера. Он был в том же костюме и с тем же кейсом, словно и не выходил отсюда.

– Да, это так. И у меня есть к вам один вопрос.

– Конечно. Я готов ответить на любые вопросы.

– Видите ли, Хаймс… Зачем вам на «Призрак»?

– О, это очень просто. Как вы сами вчера заметили, я прибыл с планеты, на которой есть всего один приличный университет. Мои родители умерли и оставили мне не самое лучшее наследство, хотя у нас сохранились некоторые запасы… Однако, останься я на Фидухе, мне, прямо скажем, было бы не на что рассчитывать. Здесь же, работая на «Хейгорн», а тем более участвуя в проекте галактического масштаба – это я о «Призраке», разумеется, – я могу получить больше… гораздо больше. Вы, Бентиэн, разве не считаете так же?

– Так-так… – протянул Хиорс.

– Вы удовлетворены моим ответом?

– Да… Пожалуй, да, вполне удовлетворен.

– И вы берете меня на работу?

Бентиэн провел рукой по карману рубашки, где лежала карта «Астомпа».

– Я все-таки хочу ознакомиться с вашими документами.

– Конечно! Я ведь предлагал вам сделать это еще вчера. Вот, здесь все, что вас может заинтересовать…

– И, значит, вот что еще. Когда я закончу формирование группы, мне нужно будет утвердить ее состав у президента. И он может спросить меня: кто такой этот Кейвон Хаймс, откуда взялся и что здесь делает? Я, конечно, все ему объясню… То есть я, к примеру, скажу, что он – лучший в Мельтекупе специалист по психотехнике и что такой человек очень нужен нашей компании… Ведь если я скажу так, то буду не очень далек от истины?

– Не очень, – подтвердил Хаймс.

– Но наш президент – он такой человек, особенно после смерти Чанхиуна… Видите ли… он может выслушать все это, а потом сказать «нет», взять ручку и вычеркнуть ваше имя из списка. Просто взять и вычеркнуть, потому что он – Канех Хейгорн. И тогда я уже ничего не смогу поделать. Я бы хотел, чтобы вы понимали это, Хаймс.

– Не беспокойтесь на этот счет! Я все прекрасно понимаю. И я постараюсь максимально облегчить вам задачу.