Исс и Старая Земля - Вэнс Джек Холбрук - Страница 96

— Вы очень добры.

— Всегда приятно помочь хорошему человеку.

— Да, а с тем другим господином-то вы встретились?

— С Джулианом Бохостом? — уточнил Глауен. — Нет. Но нам довелось столкнуться с его приятелем, который оказался намного ужаснее.

Затем Уэйнесс и Глауен покинули дом. Вскоре их флиттер поднялся в воздух и ферма Чилка скрылась в полуденной дымке.

Наконец, они снова остались вдвоем. Глауен достал конверт и торжественно вручил его Уэйнесс.

— Посмотри ты. Я боюсь.

Уэйнес вскрыла конверт и достала оттуда три бумаги.

— Вот Хартия, — тихо сказала девушка, — Оригинал Хартии.

— Слава Богу.

— А вот и бессрочный грант. Судя по всему, тоже подлинник. — Девушка быстро просмотрела документ. — Все очень просто. Документ, удостоверяющий право собственности на планету Кадвол, со всеми ее астрографическими координатами. Владельцем является Общество натуралистов, освобожденное от всех налогов. Передача права на владение может быть произведена самым простым образом. Но, судя по всему, ни Фронс Нисфит, и никто другой не производил такого трансфера.

— Превосходные новости.

— Воистину. Третий документ — письмо, адресованное Эустасу Чилку и подписанное Флойдом Сванером.

— Прочти.

— «Дорогой Эустас!

К моему большому удивлению я обнаружил эти бумаги среди всякого хлама, который валялся у меня без всякой практической пользы. Однако эти документы представляются мне бесценными, поскольку фактически содержат полное право владения планетой Кадвол.

Номинально владельцем является Общество натуралистов. И мне, конечно, следовало бы сразу же вернуть эти бумаги их истинному хозяину. Однако я навел справки и пришел к выводу, что сейчас этот шаг оказался бы самым неразумным делом. Оказалось, что Общество уже при смерти, количество членов день ото дня все уменьшается, а большинство оставшихся чиновников в лучшем случае настоящие дилетанты. В общем, если Общество еще и не умерло, то существует давно уже лишь формально.

Консервация Кадвола есть установление, которое мне весьма по душе. Но, увы, смерть подбирается и ко мне не менее решительно, чем к Обществу натуралистов. Таким образом, я передаю тебе право на владение этими документами до тех пор, пока они не будут затребованы обновленным Обществом или же законным наследником его прав. Но передай их только при обязательном условии полного сохранения Консервации на Кадволе.

Мои же советы тебе таковы. Не позволяй никому брать над собой верх, особенно разумным, но непрактичным теоретикам. Всегда будь уверенным только в тех твоих соратниках, которые вполне компетентны, опытны и терпимы, а также являются людьми без всяких идеологических заморочек. Если же ты вдруг почувствуешь, что возложенное мной на твои плечи дело тебе не по силам, тщательно выбери человека, для которого интересы Консервации вне подозрений и передай эти бумаги ему (или ей).

Я предпринимаю столь строгие меры при передаче тебе этих документов по многим причинам. Одной из них является то, что когда я умру, тебя, конечно же, не будет рядом со мной, и все завещанное тебе имущество тут же расхитят многочисленные тетки, дядьки, кузены, отец и мать. Или же все просто-напросто будет погребено в сарае вместе со старыми линялыми чучелами. Поэтому я написал несколько писем на твое имя и оставил их в разных местах, где ты можешь однажды оказаться и обнаружить все эти инструкции. Хотя бы одно из них тебя обязательно однажды найдет. И ты сможешь овладеть этими ценными бумагами. А теперь, боюсь, мне остается только навсегда попрощаться с тобой, Эустас. Я не боюсь смерти, но думаю, что она все же не совсем понравится мне.

Флойд Сванер».

Уэйнес посмотрела на Глауена.

— Это все.

— Идеи старика прямо-таки совпадают с нашими. Поэтому мы просто не вправе проигнорировать их.

— К тому же, так будет проще для всех. Включая даже Чилка. Поскольку теперь мы можем на вполне законных основаниях показать все Чилку и убедить его передать все эти бумаги нам.

— По моему, Чилк будет просто счастлив с такой легкостью свалить со своих плеч столь тяжелый груз ответственности. И все же было бы замечательно, если бы в память обо всем этом его именем назвали какое-нибудь болото, птичку, гору или хотя бы новую исправительную колонию на мысе Журнал. Представляешь, как здорово будет звучать, например, Мемориальное пенитенциарное учреждение имени Эустаса Б. Чилка.

— А может быть, лучше все же без «Мемориальное»?

— Может, и лучше.

В Ларго молодые люди сняли номер, выходящий окнами на широкое пространство реки Сиппевисса. Уэйнесс немедленно позвонила в «Волшебные ветры» Пири Тамму.

— Уэйнес! Вот сюрприз! Где ты?! — закричал Пири.

— Возвращаюсь из Бангалора. Мои штудии прошли успешно. Мне удалось открыть семь новых вибраций.

— Надеюсь, все прошло благополучно? — осторожно спросил ее Пири Тамм.

— Пандит очень доволен моими успехами. Он говорит, что я продвигаюсь к вершине семимильными шагами.

— Хорошо зная Пандита, могу подтвердить, что это очень высокая оценка, — сухо ответил старый секретарь. — Так ты возвращаешься в «Ветры»?

— И не одна, а с другом. Я подумала, что следует предупредить тебя об этом. Вдруг это неудобно?

— Разумеется, все удобно. Но кто этот друг?

— О, это долгая история. Я расскажу тебе все при встрече. А что происходит в «Ветрах»?

Пири немного помолчал, словно тщательно что-то обдумывая. Затем начал очень осторожно:

— Здоровье мое в порядке. Бедро, похоже, решительно идет на поправку. В этом году необычайно пышно расцвели рододендроны; Шалис даже позеленела от злости, поскольку всегда считала, что ее кусты значительно лучше. Джулиана Бохоста мне больше видеть не привелось, и слава Богу. Этот молодой человек оказался чрезвычайно нудным и отвратительным субъектом. Так. Что еще? Погоди-ка. Да. По каким-то странным причинам к нашему Обществу вдруг возгорелся просто неслыханный интерес. За истекший месяц я принял в наши ряды двадцать пять новых членов.

Лицо Пири горело неподдельным энтузиазмом.

— Вот это действительно прекрасные новости, дядюшка, — воскликнула Уэйнесс. — Остается только надеяться, что так будет продолжаться и далее.

— Да, да, — озабоченно поддакнул старик. — Однако все происходящее настолько необычно, что мне необходимо свериться по паре вопросов с подзаконными актами. Когда ты вернешься?

— Подожди минутку. Мне нужно посоветоваться с моим другом. Нам еще необходимо на обратном пути закончить кое-какие дела. — В следующее мгновение лицо девушки исчезло с экрана, и до Пири Тамма доносились лишь неразборчивые приглушенные голоса. Затем вновь появилось улыбающееся лицо Уэйнесс. — Мы решили на пару дней задержаться в Шеллави и очень хотели бы, чтобы ты подъехал к нам туда.

— Это не представляет никаких сложностей, друзья мои. Наоборот, я буду только рад совершить такой небольшой вояж. Когда и где мы должны встретиться с вами?

— Мы выезжаем завтра, и, значит, послезавтра утром будем на месте. Мы остановимся в твоем любимом отеле. Я не могу вспомнить сейчас, как именно он называется, но непременно вспомню, когда окажусь на месте. Словом, до послезавтра.

— До послезавтра. Жажду услышать твои последние новости.

Уэйнесс и Глауен прибыли в Шеллави ближе к ночи и сразу же направились в отель Шелдон. Там молодые люди спокойно проспали до девяти часов утра. Именно в это время их разбудил звонок Пири.

— Быть может, еще рано? А может быть, уже и поздно? Не знаю толком, как там обстоят дела. Однако, я в полной боевой готовности.

— Вот и отлично, дядя! — радостно воскликнула Уэйнесс. — Нам нужно очень о многом поговорить и очень многое сделать. Но прежде всего, конечно же, ты просто сгораешь от нетерпения и хочешь, наконец, узнать, преуспели ли мы в своих поисках? Отвечаю сразу же — да, да, да — мы нашли все, что искали.

— Какие прекрасные новости! Но кто это — мы?