Исс и Старая Земля - Вэнс Джек Холбрук - Страница 95

Глауен и Уэйнесс сидели в салоне, поглядывая на звездное небо.

— Значит, нам остается только одно — еще раз потревожить мамашу Чилк, — вздохнул Глауен. — Представляю, как все это осточертело ей.

— Я думаю, она изменит свое мнение, как только узнает, какой ценности бумаги остались в ее владении.

— Может быть, конечно, она и умилостивится. Причем, документы, скорее всего, находятся чуть ли не на самом виду, где никому даже не приходит в голову искать их.

— Прекрасная идея. Вот только на ранчо Чилка и так все на самом виду.

— Нет, я имел в виду другое. Возможно, они находятся где-нибудь среди игрушек Чилка, среди школьных учебников или старых писем и тому подобной ерунды. Представь себе, вдруг нам в руки попадется какой-нибудь невзрачный конвертик с надписью «Меморандум» или что-нибудь в этом духе. На самом деле… — но тут Глауен вдруг осекся.

— Что на самом деле? Что ты хотел сказать?

— То, что я уже знаю, где именно надо искать. Они находятся отнюдь не в чучелах.

Уэйнесс и Глауен совершили посадку в космопорте Таммеола в мутном свете раннего утра. На первом же поезде оба отправились в Дивизионный город, а оттуда местным вертолетом в Ларго на реке Сиппевиса. Там, как и в прошлый раз, Глауен арендовал флиттер, и молодые люди полетели на северо-восток, в самое сердце Больших Прерий. Затем, миновав Айдолу и Фоско Крик, окаймленные хлопковыми и пшеничными полями, сделали разворот и приземлились прямо на ферме Чилка.

На этот раз мать Чилка оказалась совсем одна; внуков не было. Еще вылезая из флиттера молодые люди обратили внимание на то, что мадам Чилк стоит на пороге своего домика, уперев руки в бока. Впрочем, женщина поздоровалась с Глауеном вполне приветливо, на Уэйнес же уставилась с подозрением, на что девушка постаралась не обращать внимания.

— Кажется вместо того, чтобы заниматься делом и искать Мело Киблеса, вы где-то подцепили молодую особу.

— Я сейчас все расскажу, если только вам это действительно интересно, — усмехнулся Глауен.

— Не стоит беспокойства, — остановила его мадам Чилк. — Я и так все прекрасно понимаю. Может быть, вы хотя бы представите нас друг другу.

— Госпожа Чилк — Уэйнесс Тамм.

— Рада познакомиться, — мамаша Чилк распахнула двери пошире. — Заходите быстрее. Не то налетит много мух, пока я держу так двери нараспашку.

Госпожа Чилк провела гостей через кухню в гостиную, где Глауен уселся рядом с Уэйнесс на кушетку. Хозяйка стала откровенно разглядывать их без всякого стеснения.

— Ну, что теперь? Нашли Мело Киблеса?

— Да. Однако на это пришлось потратить немало сил и времени. Он оказался в одном из отдаленных миров, очень далеко от дома.

Мамаша Чилк неодобрительно покачала головой.

— Никак не могу понять этих путешественников. Барану понятно, что дома лучше, чем где бы то ни было. А какие безобразия творятся во всех этих отдаленных мирах! Я слыхала, что есть такие места, где за ночь, пока ты спишь, тебя всего покрывает черная корка. Разве это дело?

— Да что вы, — рассмеялась Уэйнесс. — Это все выдумки.

Но женщина продолжала.

— Я совсем не хочу, однажды выглянув из окна, вдруг уткнуться в какую-нибудь змеюгу шести футов длиной. И не вижу в этом ничего смешного.

— Да, до сих пор никто еще нам так и не объяснил, почему люди любят забираться в такую даль, — со вздохом сказал Глауен. — Иногда из любопытства, иногда из жажды приключений или богатства. А порой люди просто хотят жить по своим собственным правилам, то ли они мизантропы, то ли просто устроят себе такую жизнь на Старой Земле, что впору только сбежать отсюда.

— Как, например, случилось с Адрианом Монкурио, — вставила Уэйнесс.

— Какой-какой Адриан? — нахмурилась мамаша Чилк.

— Монкурио. Вы, должно быть, слышали это имя; ведь он был приятелем и деда Сванера, и Мелвиша Киблеса.

— Припоминаю, припоминаю, хотя и не слышала уже лет сто этого имени. Он, кажется, занимался пурпурными вазами и этими зелеными жадеитовыми штуковинами.

— Кстати, это и является одной из причин, по которой мы снова здесь, — пояснил Глауен. — Эти пурпурные вазы являются погребальными урнами и очень ценятся среди коллекционеров.

— Это же касается и жадеитовых амулетов. Они еще называются «путанками». И прежде чем мы уедем отсюда я познакомлю вас с человеком, который купит их у вас по вполне приличной цене.

— Будет очень мило с вашей стороны. На самом-то деле они, конечно же, принадлежат Эустасу. Но я думаю, что он не обидится, если я продам несколько. А уж деньги-то я сумею потратить с толком.

— В таком случае для начала приберите их в какое-нибудь укромное место и не позволяйте внукам играть с ними.

— Вот это добрый совет, — мамаша Чилк явно становилась все более дружелюбной. — Быть может, вы выпьете чаю? Или вы предпочитаете по стакану холодного лимонада?

— Холодный лимонад — это было бы великолепно, — воскликнула Уэйнесс. — Вам помочь?

— Нет, спасибо. Это займет не более пары минут.

— А пока можно посмотреть «Атлас Далеких Миров», который ваш отец подарил Эустасу?

— Берите. Вон он валяется, там, на нижней полке, такая большая красная книга, — проговорила, выходя из комнаты, мамаша Чилк.

Глауен достал книгу и положил ее на диван.

— Итак, сначала заглянем на Кадвол.

Молодой Клаттук нашел индекс и распахнул «Атлас» на нужной странице. Карты всех планет были даны в системе Меркатора на вклейках и занимали полный разворот. На страницах справочника помещались все основные данные: краткий исторический очерк, физические и статистические таблицы, странные, уникальные или просто достойные упоминания факты. Ко множеству этих фактов, где Эустасом, где еще его дедом, было сделано от руки множество всяких приписок.

Наконец, Глауен развернул страницу с наименованием «Кадвол» и под левым разворотом оба сразу же увидели затертый приклеенный конверт. Глауен поднял глаза, мамаша Чилк была все еще в кухне. Он ощупал конверт, затем вскрыл его, заглянул внутрь, после чего быстро оторвал и положил в карман куртки.

— Действительно? — шепотом спросила Уэйнесс.

— Действительно.

В следующий момент в комнате появилась мамаша Чилк с тремя стаканами лимонада на подносе. Протягивая поднос Глауену, женщина краем глаза заглянула в «Атлас».

— А что это там за мир?

— Кадвол, — ответил Глауен. — Это очень далеко отсюда. — С этими словами он ткнул пальцем в маленький красный квадратик на восточном побережье континента Деукас. — А вот и станция Араминта, наша родина и место, где находится сейчас ваш Эустас. Теперь он там важная персона.

— Ну и дела, — удивилась мамаша Чилк. — А ведь пока он рос, никто не называл его Эустас, а все только и звали Бесполезный. А он был невероятно упрямым мальчишкой и всегда непременно тащился на север, когда все устремлялись на юг. Впрочем. У него было одно очень замечательное качество, он всегда умел рассмешить меня. Даже когда я собиралась наказать его. А дед вечно заступался за него, и они, в конце концов, стали большими друзьями. Странные дела творятся на белом свете. Теперь Эустас — важная персона. — Затем, растроганно шмыгнув носом, мамаша Чилк снова посмотрела на карту. — А где же тут города и дороги?

— Ни того, ни другого вы не найдете на Кадволе, — ответила Уэйнесс. — Те, кто открыл этот мир, решили, что он слишком красив для того, чтобы быть испорченным человеческими поселениями. Поэтому его превратили в Консервацию. Люди могут приезжать туда и сколько угодно наслаждаться его естественными условиями, но никому не дано менять их. Там нельзя производить раскопки, охотиться на животных, сколь бы хищными и опасными они ни оказались.

— Ну и возитесь со своими хищниками сами, — воскликнула мамаша Чилк. — А мне хватает забот и с обыкновенными сусликами.

Уэйнесс поднялась.

— Значит, я позвоню своей подруге Альвине в Триест. Она как раз занимается такими амулетами и непременно свяжется с вами. Она человек порядочный, и вы можете смело ссылаться на меня.