Зимняя роза - Вудивисс Кэтлин - Страница 62

Яркая высоко стоящая луна серебрила облака, покрывая холмы причудливыми тенями. Родившийся над морем легкий бриз шелестел верхушками деревьев. В домиках давно погасли лампы, и ставни были плотно закрыты на ночь. Все замерло вокруг, и наступившая тишина навевала покой и сон. Никто не слышал стука копыт черного жеребца и не видел зловещей, укутанной в плащ фигуры всадника, который гнал лошадь во весь опор. Конь несся по узкой дороге через долину. В лунном свете его копыта сверкали серебряными искрами; он раздувал ноздри и сверкал глазами, словно дракон, летевший на смертный бой.

В одном из домиков толстая хозяйка встала с продавленной кровати — невозможно спать, когда муж так храпит. Она бросила в очаг несколько брикетов торфа и отрешенно смотрела, как разгорается пламя. Внезапно непонятная тревога охватила ее, она вздрогнула и оглянулась. Шаркая прилипающими к пяткам шлепанцами, она прошла через комнату, налила себе крепкого эля, потом вернулась к огню и села, положив дряблые руки на грубо обтесанный стол. Сделав добрый глоток, она снова уставилась на золотистые языки пламени.

Кружка уже опустела наполовину, когда женщина подняла голову и прислушалась, уловив вдалеке непонятный шум. Что-то стукнуло? Или это ветер?

Она поднесла кружку ко рту и замерла: звук становился все громче и походил на стук копыт.

Женщина поставила кружку и со всей скоростью, на какую было способно ее тучное тело, бросилась к окну. Негромкий крик вырвался из ее груди: она увидела силуэт всадника в черном плаще, который несся прямо к их домику. Она онемела от страха и так стояла с открытым ртом до тех пор, пока всадник не остановился у их двери. Конь сердито заржал и попятился, нетерпеливо перебирая ногами.

С перекошенным от ужаса лицом женщина отпрянула от окна. Капюшон плаща скрывал лицо всадника, но она была уверена, что видела оскал черепа ангела смерти.

— Тимми! Он пришел! Тимми, проснись! — крикнула она.

Тимми Сиарс с трудом оторвал голову от подушки, поморгал, и сон как рукой сняло. Он натянул на ноги бриджи, торопливо заправил в них ночную рубаху и бросился к окну посмотреть, что привело его жену в такой ужас. При взгляде на черного всадника у него на мгновение остановилось сердце.

— Тимми Сиарс! — раздался зловещий голос, и холодная дрожь пробежала по спине Тимми. — Ты должен умереть! Ты убийца, и ад ждет тебя!

— Кто ты? — крикнул Тимми.

— Смерть! — убежденно прошептала его жена. — Она пришла за нами!

— Запри ставни! Мы не впустим ее!

— Тимми Сиарс! — вновь прозвучал страшный голос. — Выйди!

— Не выйду! — крикнул Тимми и захлопнул ставни.

Оглушительный хохот разрезал тишину ночи.

— Тогда оставайся там и сгори! Оставайся и сгори, дьявол!

— Он хочет поджечь дом! — Голос Тимми сорвался на визг.

— Он пришел за тобой, а не за мной! — закричала жена и, прежде чем Тимми успел остановить ее, открыла дверь и выскочила из дома с криком: — Я не хочу сгореть за его грехи!

Тимми схватил топор и бросился к дверям, справедливо полагая, что смерть в огне более мучительна, чем любая другая. Он видел, как в огне погибал человек, и, хотя тогда его это позабавило, себе он не желал такого конца. Пусть он умрет, но не сдастся без боя!

— Слезай на землю, ты, сукин сын! — прохрипел он. — Еще посмотрим, чья очередь сдохнуть!

Громогласный хохот покатился по долине.

— Тимми Сиарс! Я пришел отомстить тебе.

Лязгнул меч, и, сверкнув в лунном свете, его лезвие прорезало воздух. Всадник грациозно, словно ночная тень, спрыгнул с коня на землю.

— За что? — хрипло спросил Тимми. — Я не сделал тебе ничего плохого!

— Нет, сделал, Тимми! Ты убил меня и заплатишь за это.

— Кто ты? Кто ты?

— Вспомни, как ты поджег особняк, Тимми! Вспомни, как смотрел на горящего человека!

— Нет! — Тимми в ужасе затряс головой. — Он умер! Он умер, говорю тебе! Я сам видел, как он умер! Он сгорел! Он кричал, когда упал в огонь. Это все видели!

— Кто все, Тимми? Кто еще видел, как я сгорел? Я бы не стоял сейчас перед тобой, если бы не был уверен, что это сделал ты.

— Только дьявол мог выскользнуть из того пожара.

— Вот ты и узнал меня, Тимми. Я пришел, чтобы забрать тебя с собой в ад.

— Ты не можешь взять меня одного! Я назову тебе дюжину, а то и больше, все они были тогда со мной!

— Говори, пока я буду точить свой меч о твой топор.

Лезвие меча замелькало вокруг него, касаясь то там, то тут, и Тимми лишь вскрикивал от каждого укола, не в силах парировать топором удары.

— Говори, Тимми, пока еще не слишком поздно. У тебя мало времени.

Смерть в черном плаще оставалась недосягаемой. Она наполняла ночь жутким хохотом, и, хотя во дворе было холодно, Тимми уже чувствовал обжигающие языки огня. Он упал на колени, моля сохранить ему жизнь, и стал рассказывать то, о чем никогда не осмеливался вспоминать раньше.

Запах роз наполнял воздух, проникал из ванной в комнату. Теплая вода успокаивала усталое тело Ирены, она положила голову на край ванны и провела мочалкой по покрытому синяками плечу — метами Тимми Сиарса. Она снова вспомнила, как возвратилась домой и застала мужа в тревожном ожидании перед камином. Услышав ее шаги, он повернулся, чтобы поздороваться, но слова застыли у него на губах, когда он увидел ее разорванное платье. Банди рассказал, что случилось, и руки в черных перчатках сжались в кулаки. Лорд Сакстон тихо выругался, поклявшись, что Тимми Сиарсу это дорого обойдется. Ирена приготовилась выслушать упреки мужа. К ее удивлению, упреков не последовало. Вместо этого он заботливо справился о ее самочувствии, предложил сесть рядом и налил немного бренди. Ирена пила, а он наклонился к ней и тихо шептал нежные слова, пока она не почувствовала, что напряжение последних часов уходит прочь. Вечером, когда Ирена собиралась лечь спать, он зашел к ней в спальню, но его визит был коротким. Уходя, он пообещал заглянуть утром.

Дверь в спальню отворилась, и Ирена напряглась, но, услышав быстрые шаги Тэсси, облегченно вздохнула и поблагодарила Бога за то, что визит мужа откладывается. Горничная отдернула занавески, и Ирена вошла в ванную. Тэсси положила на маленький столик стопку чистых, пахнущих свежестью полотенец и налила в ванну душистое масло.