Так велика моя любовь - Вудивисс Кэтлин - Страница 49

— Потрясающе, — вздохнула Илис, наблюдая за этой парой.

Лошадь и всадник казались единым целым. Но когда на жеребце ездил Реланд, все его команды обычно сопровождались резким рывком за повод или болезненным ударом каблуков. Граф часто надевал шпоры и тяжелые латные рукавицы под предлогом, будто бы необходимо смирить буйный нрав Эдди и сломать его сопротивление. Ведь Реланд всегда испытывал удовлетворение и гордился собой, когда ему удавалось вызвать страх у тех, кто слушал его бахвальство. «Нужно обладать смелостью и железной рукой, чтобы управлять такой зверюгой».

И вот сейчас перед «ей был человек, который легким натягиванием повода опроверг утверждение Реланда о необходимости жесткой руки. Он не применял шпоры, однако жеребец был послушен. Казалось, он рад чувствовать на себе вес своего хозяина и счастлив находиться в его обществе.

«Будь он так же ласков с женщиной, она бы, без сомнения, с готовностью ответила ему, — весело подумала Илис. — Только, естественно, не я. — Она даже мысленно не допускала подобной возможности. — С меня достаточно мешков, веревок и сундуков. На меня бы его ухищрения не подействовали».

Она перевела взгляд с Эдди на широкие плечи всадника. «Кажется, перед лицом опасности Максим чувствует себя гораздо свободнее, — сказала себе Илис, — чем когда сталкивается с потребностями самой обычной девушки. Если бы только он мог понять мои…»

Внезапно она одернула себя. «Максим? Уже второй раз за сегодняшний день я назвала его по имени. Как же так? Неужели мои мысли предают меня? Неужели мое сердце смягчилось?»

Илис попыталась представить, как она, одетая в роскошное платье, и он, в костюме с богатой отделкой, входят в огромный, изысканно украшенный зал. Ее рука лежит на его руке. Она почти услышала, как мгновенно стих шум, увидела, как глаза всех присутствующих устремились на них. Дамы взволнованно переговариваются, восхищаясь ее спутником. Илис охватила целая буря эмоций, ее глаза загорелись. Она поняла, каков будет ответ, еще до того, как яркий румянец залил ее щеки. Испугавшись, она выбросила мысль из головы, прежде чем та успела облечься в слова.

Озадаченная девушка отвела взгляд от Максима и устремила глаза на стайку птиц, взлетевшую с куста. Она намеренно воскресила в памяти все оскорбления и принялась смаковать каждый случай, пока не ощутила, как в ней поднимаются теперь уже желанные чувства — злость и негодование. И только слабый голосок, звучавший из глубины ее души, призывал к осторожности. Нет, она будет холить и лелеять эту жгучую ненависть, и если хочет, чтобы он получил по заслугам, то не должна позволять себе увлекаться подобными мыслями.

Они добрались до окраины Гамбурга и вскоре окунулись в присущую любому городу суету. Максим ехал рядом е Илис. Поплутав по узеньким улочкам с покрытыми слякотью мостовыми, они остановились в квартале с множеством небольших магазинчиков. Илис совсем не хотелось спешиваться, потому что она боялась испортить туфли и запачкать подол платья. Вчерашний снегопад и сегодняшнее яркое солнце превратили улицы в сплошное грязное месиво. И сейчас ей бы совсем не помешала пара башмаков на толстой подошве. Однако у нее не оставалось иного выхода, кроме как спешиться, причем сделать это по возможности более грациозно.

Пытаясь оттянуть столь неприятный момент, Илис оглядывалась по сторонам в поисках сухого островка. К пей подошел Максим, и она подняла на него хмурый взгляд.

— Вам нужна помощь? — с озорной улыбкой осведомился он.

Озабоченность, отражавшаяся на лице девушки, моментально сменилась насмешкой.

— А вы предлагаете?

— Да, мадам, предлагаю.

Ее тревога сразу же улетучилась.

— Тогда я с радостью принимаю ее.

Максим сдернул с головы берет и отвесил галантный поклон, шаркнув при этом ногой.

— К вашим услугам, прекрасная дама.

Его губы растянулись в задорной улыбке, обнажив белоснежные зубы. Надев берет, он подхватил Илис на руки и прижал ее к груди. Внезапно он попятился, и под его сапогами зачавкала грязь.

У Илис перехватило дыхание, и она зажмурилась, решив, что сейчас рухнет в эту мерзкую жижу, но мир вновь обрел устойчивость. Она осторожно приоткрыла веки и в опасной близости от своего лица увидела зеленые глаза, которые пристально разглядывали ее. Максим тонул в глубокой синеве ее глаз, и вдруг Илис осознала, что ее руки обвивают его шею, — очевидно, она обняла его в тот момент, когда испугалась, что упадет.

Увидев, что краска заливает ее лицо, Максим едва заметно кивнул и нежным голосом, который, еще сильнее смутил девушку, произнес:

— Счастлив служить вам, мадам.

Илис убрала с его шеи правую руку, но левой продолжала обнимать его. Своим телом она чувствовала, как на груди у него перекатываются упругие мышцы. Совершенно непроизвольно она вновь представила ту картину, что так взволновала ее в начале пути, и стала совсем пунцовой под пристальным взглядом Максима.

Они подошли к магазину, и Максим, не отпуская девушку, откинул щеколду и плечом открыл дверь. Войдя внутрь, он с заботливостью, которая породила в сердце Илис самый настоящий ураган, поставил ее на пол. Она на секунду отвела глаза, но тут же усилием воли овладела собой, по кусочкам собрав разлетевшееся вдребезги самообладание. Теперь Илис была преисполнена решимости устремить на Максима ставший обычным капризный взгляд, однако когда она посмотрела на него, горевшее в ее глазах недовольство погасло, потому что он вложил в ее руку увесистый кошелек.

— Этого должно хватить, чтобы вы купили себе вполне приемлемую одежду на ближайшее время, — пробормотал он.

Илис пристально всматривалась в его лицо, однако оно не выражало ничего, что могло бы вызвать у нее раздражение. Ни сарказма, ни насмешки, которые она ожидала увидеть. Напротив, его радостные глаза светились нежностью и заботой, когда он накрыл ее ручку, державшую кошелек, своими огромными ладонями.

— Я вынужден просить вас ограничиться содержимым этого кошелька и набраться терпения на некоторое время, пока у меня не появится возможность купить вам более богатый гардероб.

— Вам нет надобности тратить на меня свои деньги, милорд, — ответила Илис, вновь скрываясь за привычной отчужденностью. — Будучи вашей пленницей, я не рассчитываю на подарки.

Сложив руки за спиной, Максим слегка наклонился к девушке.

— Если вы не соблазнитесь каким-нибудь заморским нарядом, уверен, ваши покупки не будут пустой тратой денег. Как бы то ни было, выбор остается на вашей совести, а также то, что за этим последует. Любое платье будет лучше, чем те лохмотья, в которых вы ходите по замку. Мне бы хотелось видеть вас в более красивых платьях.

Заслышав тяжелые шаги, Максим повернулся, чтобы поздороваться с крупной женщиной, вошедшей в комнату:

— Guten Tag, фрау Райнхардт. Mein Name ist[25] Максим Сеймур. Ich sei Freund mil Kapitan[26] фон Райан…

— Конечно же! — на хорошем английском ответила женщина и, от души рассмеявшись, добавила: — Рада познакомиться с вами. Мы недавно разговаривали с капитаном фон Райаном, и он предупредил меня, что вы можете заехать.

— Предупредительность фон Райана не имеет границ, — продолжал обмен любезностями Максим. — Он понимает толк в высоком качестве и горячо рекомендовал вас.

Лицо женщины зарделось от удовольствия. Мадам Райнхардт, истинная англичанка в душе, три года назад овдовела, и хотя счет годам постоянно рос, она не состарилась сердцем, которое сохранило способность поддаваться обаянию английского джентльмена, особенно такого, чья красота заставляла немало женщин восторженно смотреть ему вслед.

— Капитан чрезвычайно добр, как и вы, сэр. — Она рукой указала на платье и плащ Илис. — Я помню, когда капитан фон Райан заказал эти вещи. Приятно, что они смогли проявиться во всем своем великолепии.

— Имея такое неоспоримое свидетельство вашего таланта, мадам, мы решили обратиться к вам за помощью в том, чтобы приобрести еще несколько платьев. Вы возьмете на себя труд обеспечить эту даму всем необходимым? — спросил Максим.