Пламя и цветок - Вудивисс Кэтлин - Страница 27

А лицо — как у феи из сказки,

Руки нежны, как шелк, и прозрачны глаза,

Поступь лани и сладкие ласки.

Трава мне мила, где она ступает,

Я люблю ее, и она это знает,

И если любимая сгинет во мгле,

Мне незачем больше жить на земле…

Хэзер взглянула на мужа и заметила, что пение матроса рассердило его. Он продолжал есть, прикрыв глаза, но на щеке его подергивался мускул. Сердце Хэзер наполнилось страхом.

После ужина хозяин постоялого двора отвел их в комнату. Джордж принес вещи и тут же удалился. Несколько минут Хэзер ждала, что Брэндон тоже уйдет и больше не вернется, но тот устроился в кресле и, по-видимому, никуда не спешил. Хэзер пришлось попросить его расстегнуть ей платье, и она стала раздеваться. Распустив волосы, Хэзер распутала их пальцами, поскольку у нее не было ни гребня, ни щетки. Всей кожей ощущая пристальный взгляд мужа, она спустила с плеч платье, повесила его на спинку стула и вытащила из узла ночную рубашку, подаренную ей леди Хэмптон.

Эта рубашка была сшита из тонкого белого батиста с кружевной отделкой на груди, с круглым глубоким вырезом. Пониже груди через кружева были продернуты ленты. Длинные и широкие рукава, отделанные кружевом, закрывали Хэзер ладони. Несмотря на то, что ткань рубашки была непрозрачной, она выглядела изумительно, и когда Хэзер прошлась по комнате в таком наряде, с губ Брэндона сорвалось приглушенное ругательство. Хэзер с испугом оглянулась и увидела, что Брэндон направился к двери.

— Я вернусь через час-другой, — бросил Брэндон через плечо, открывая дверь. Он вышел, а Хэзер упала на пол, содрогаясь в рыданиях.

«Он даже не сказал мне правду, — думала она. — Он никогда не вернется».

С каждой минутой время тянулось все медленнее. Хэзер вышагивала по комнате, не зная, что ей теперь делать и куда идти. Она не могла вернуться к тетке и вручить этой мстительной женщине судьбу своего ребенка, не могла обратиться за помощью к лорду Хэмптону. Вероятно, если ей повезет, она сможет найти работу горничной на этом постоялом дворе. Завтра она разузнает об этом, а пока должна выспаться.

Наступила ночь. Несмотря на то что Хэзер всеми силами старалась забыть о своих опасениях и прогнать сомнения, сон не шел к ней. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем пробило час ночи. Хэзер вскочила с постели и подбежала к окну, чтобы закрыть его. Прижавшись головой к стеклу, она затряслась в рыданиях. За дверью послышался мужской голос, ему ответил второй. Страх Хэзер усилился, и когда дверь открылась, у нее от лица отхлынула кровь. Но свет из коридора озарил лицо Джорджа и высокую широкоплечую фигуру Брэндона.

— Вы вернулись! — воскликнула Хэзер.

Брэндон обернулся к ней, закрывая дверь, и комната вновь погрузилась в темноту.

— Почему ты не спишь? — спросил он, ощупью продвигаясь к постели. Послышался стук и скрежет стали. Скрипнула половица. Брэндон зажег свечу и повернулся к Хэзер. — Ты больна?

Хэзер шагнула к нему, капли слез блестели у нее на щеках.

— Я думала, вы меня бросили, — пробормотала она, — что больше никогда вас не увижу…

На мгновение Брэндон удивленно приподнял бровь, затем улыбнулся и привлек Хэзер к себе.

— И ты испугалась?

Хэзер слабо кивнула и попыталась подавить всхлипы. Брэндон бережно отвел волосы с ее лба и прикоснулся губами к дрожащей щеке.

— Ты была не одна, детка. Джордж все время оставался у двери, охраняя тебя. Только сейчас он ушел спать. Но неужели ты считаешь меня негодяем, способным бросить тебя на произвол судьбы?

— Я не знала, чему верить, — прошептала она. — Я боялась, что вы уже никогда не вернетесь…

— Бог мой, ты не слишком высокого мнения обо мне, да и о себе. Я ни за что не оставил бы женщину одну в таком месте, а тем более будущую мать моего ребенка. Но если ты боишься, больше я никогда не оставлю тебя здесь одну.

Хэзер подняла голову и заметила сочувствие в его глазах.

— Нет, это ни к чему, — возразила она. — Больше я не буду бояться.

Брэндон взял ее за подбородок.

— Тогда давай спать. День выдался трудным, я устал.

Торопливо смахнув слезы, Хэзер забралась в постель и наблюдала за тем, как Брэндон открыл принесенную Джорджем шкатулку. У Хэзер расширились глаза, едва она увидела кремневые пистолеты, которыми когда-то угрожала Джорджу. Брэндон перенес шкатулку на постель, уселся рядом с Хэзер и стал заряжать пистолеты.

— Вы ждете неприятностей? — тихо спросила Хэзер. Брэндон взглянул на нее и улыбнулся.

— Это просто мера предосторожности. Я предпринимаю ее, когда не хочу, чтобы меня застали врасплох. Тебе незачем тревожиться, дорогая.

Хэзер с любопытством следила, как Брэндон заряжает пистолет, и вспоминала, что сама даже не могла представить, как это делается. Заметив ее любопытство, Брэндон рассмеялся.

— Ты хочешь научиться заряжать их? — с улыбкой спросил он. — Но даже с незаряженным пистолетом ты обошлась очень ловко. Джордж смутился, обнаружив обман. Его самолюбие было уязвлено, когда до него дошло, что он испугался напрасно. Он с трудом пришел в себя, впрочем, как и я, — с усмешкой добавил Брэндон, припоминая, как выругал слугу в тот день, вернувшись на «Флитвуд» и поняв, что девушка бесследно исчезла.

Брэндон взял Хэзер за руку и усадил ее рядом.

— Но теперь все это не важно. Если ты хочешь научиться заряжать пистолеты, я покажу тебе, как это делается. Но не думай, что это поможет тебе запугать меня, — взглянув в глаза Хэзер, предупредил он. — Я не Джордж, тебе придется пристрелить меня, прежде чем ты сумеешь сбежать. — Он вновь рассмеялся. — Сомневаюсь, что ты способна убить человека, но все-таки будет лучше держать оружие подальше от тебя.

Хэзер с трудом глотнула и молча уставилась на Брэндона округлившимися глазами. Она верила каждому слову этого человека — он был не из тех, кто способен на пустые угрозы.

Они сидели совсем рядом на кровати — так близко, что их тела соприкасались, бедро Хэзер прижималось к ноге Брэндона. Его рука оказалась рядом с ее ягодицами. Хэзер напряглась. В тревоге она отвела взгляд, робко натянула подол рубашки на колени, заметив, что она слишком задралась.

— Можно, я попробую зарядить пистолет? — попросила она, осторожно протягивая руку.

— Как хочешь, — ответил Брэндон, подавая ей оружие.

Пистолет был тяжелым, явно предназначенным для мужской руки. Хэзер было неудобно держать его. Положив оружие на колени, она взяла пороховой рожок и собралась засыпать в ствол пистолета порох.

— Держи его подальше от лица, — предупредил Брэндон. Хэзер послушалась и высыпала немного серого порошка.

Вспоминая, как действовал Брэндон, она вложила в ствол клочок бумаги и протолкнула его внутрь шомполом, затем обернула свинцовый шарик промасленной тканью и вложила его в дуло.

— Быстро ты все запомнила, — пробормотал Брэндон, беря из ее рук пистолет и откладывая его на столик у кровати. — Может, из тебя получится еще одна Молли Питчер.

Хэзер нахмурилась.

— Кто она такая, Брэндон? — спросила она, не замечая, что в первый раз назвала мужа по имени.

Брэндон улыбнулся и пригладил блестящий локон у нее на лбу.

— Такое прозвище давали женщинам, которые подносили воду американским солдатам в бою, когда они воевали против англичан в Монмуте.

— Но ведь вы тоже англичанин, Брэндон, разве нет? — с любопытством спросила Хэзер.

— Конечно, нет, — со смехом отозвался Брэндон. — Я американец. Мои родители прибыли из Англии, но вскоре стали настоящими американцами. Мой отец участвовал в боях против англичан, как и я, когда был еще мальчишкой. Тебе придется свыкнуться с мыслью, что в Америке англичан не любят.

— Но вы торгуете с нами, — удивленно напомнила Хэзер. — Вы привозите сюда товары, общаетесь с людьми, против которых воевали.

Брэндон пожал плечами:

— Дело прежде всего. Я продаю хлопок и другие товары англичанам и получаю прибыль. Они продают мне то, что я могу с выгодой перепродать в Америке. Мои убеждения не имеют ничего общего с делами. И потом, я служу моей стране, привозя туда вещи, в которых нуждается мой народ.