Пепел на ветру - Вудивисс Кэтлин - Страница 74

Женщина коротко кивнула и обратилась к новой хозяйке:

— Прошу вас следовать за мной.

Поднявшись по лестнице, экономка повела Элайну по коридору.

— Сперва мы посмотрим спальню покойной хозяйки, — объявила она. — Оттуда открывается прекрасный вид на реку. Мадам предпочитала эту комнату всем остальным.

— А хозяин? — не удержалась Элайна. — Где спит он? Миссис Гарт не выказала и тени удивления.

— Доктор Латимер спит где пожелает, за исключением тех ночей, когда его беспокоит нога. Тогда он совсем не спит.

Открыв дверь, экономка первой вошла в комнату и зажгла лампу. Элайна принялась разглядывать стены, обитые темно-красным бархатом, высокий потолок, задрапированный алым шелком, позолоченную люстру с хрустальными подвесками. Все это создавало впечатление роскоши и довольства. Комната изобиловала сочными оттенками красного и золотистого цветов, полы устилали пестрые восточные ковры. Перед огромным резным мраморным камином были разбросаны мягкие подушки, а рядом стояла кушетка. Тяжелые драпировки на окнах с толстыми золотыми кистями были тщательно задернуты. Посреди всего этого великолепия возвышалась кровать под золотистым атласным покрывалом.

Пройдя через всю комнату, миссис Гарт открыла массивный шкаф, набитый новыми платьями, которые ревностно коллекционировала Роберта. От одного вида этих роскошных нарядов Элайну чуть не затошнило. Не говоря ни слова, она повернулась и вышла, однако не пошла в холл, а, пройдя по коридору, заглянула в еще одну приоткрытую дверь. По сравнению со спальней Роберты эта комната выглядела почти убогой и пустой: в кирпичном камине не было следов пепла, от стен веяло холодом. Кровать с четырьмя столбиками была застелена простым стеганым одеялом, рядом стояли тумбочка, шкаф и большое кресло. На полу лежали два тряпичных коврика. Комната была угловой, и из двух ее окон открывался изумительный вид на реку и холмы. Хотя льняные шторы были раздвинуты, в комнате царил полумрак, однако Элайна решила, что днем здесь ей хватит света.

— Эта комната свободна? — обернувшись, спросила она.

— Да, мадам.

— В таком случае пусть Питер перенесет мои вещи сюда.

— Слушаюсь, мадам. — Экономка прошла мимо Элайны и открыла дверь, за которой оказалась маленькая ванная комната. Здесь едва хватало места для железной ванны, умывальника с белым фарфоровым тазом и других необходимых предметов, обеспечивающих минимальный комфорт.

За дверью послышались неровные шаги. Войдя в комнату, Коул огляделся, выжидая, пока миссис Гарт удалится.

— Итак, красная комната тебе не понравилась.

Элайна напряглась, не понимая, что странного муж находит в ее выборе.

— А вот Роберта просто обожала бывать здесь.

Элайна в досаде стиснула кулаки.

— Кажется, вы снова нас перепутали…

Коул пожал плечами.

— Энни скоро подаст ужин, — сообщил он. — Я жду тебя внизу, в гостиной.

Элайна кивнула. Теперь она поняла, что от нее требуется — за ужином она должна выглядеть не хуже, чем любая другая добропорядочная жена.

Гроза обрушилась на дом со свирепостью взбесившегося зверя: дождь хлестал в окна сплошным потоком, молнии рассекали небо, издавая оглушительный треск. Спускаясь в гостиную, Элайна старалась не обращать внимания на разбушевавшуюся стихию и сохранять видимость спокойствия. Она привела себя в порядок и теперь, сменив черное платье на шелковое серое, выглядела вполне благопристойно.

При ее появлении Бреггар, вернувшийся с полдороги, как и предсказал Коул, замер на полуслове и поспешно вскочил.

— Вы бесподобны, мадам! — воскликнул здоровяк, подводя Элайну к креслу, которое он только что освободил. — Вашу красоту можно уподобить разве что прелести распускающегося бутона магнолии.

— А вы когда-нибудь видели магнолию, доктор Дарви? — поинтересовалась Элайна.

Ее легкий смех прозвенел в комнате, точно серебряный бубенчик в тихую зимнюю ночь, — он манил, завораживал, опьянял. Коул не сводил восхищенных глаз с жены, но в отличие от Бреггара воздержался от восхваления ее внешности.

— До войны я несколько раз бывал в Луизиане, мадам. — Бреггар картинно распрямил плечи. — Если бы в то время я был знаком с вами, то обязательно пробрался бы через самое опасное болото, лишь бы нанести вам визит.

Коул желчно рассмеялся:

— Должно быть, от такой участи ее уберег ангел-хранитель.

Глаза Дарви азартно блеснули:

— Само собой, раз она вышла замуж за тебя. — Он снова обернулся к Элайне: — Откровенно говоря, я уже жалею о том, что отказался от службы в армии. Похоже, все страдания капитана, а ныне майора Латимера теперь вознаграждены, и мне осталось лишь завидовать ему.

— Я начинаю думать, что вы отъявленный ловелас, доктор Дарви. — Элайна усмехнулась. — Вас, похоже, ничуть не смущает то, что я замужем.

— Ухлестывать за замужними дамами гораздо безопаснее, — саркастически заметил Коул. — Никто не знает, сколько мужей стали рогоносцами по его вине.

Бреггар с притворным смирением развел руками:

— Я никому не причиняю вреда!

— Да неужели? — Коул в упор посмотрел на гостя.

На этот раз Элайна промолчала, а когда Майлс объявил, что ужин подан, у нее невольно вырвался вздох облегчения.

Подобно всем парадным комнатам дома столовая поразила ее кричащей роскошью. Стол казался ей слишком длинным, кресла — чересчур огромными. Всю мебель покрывала алуповая резьба, придававшая ей вычурный вид. Однако новая хозяйка дома изо всех сил старалась не показать своего раздражения.

Уже после того, как все уселись на заранее отведенные им места, дверь столовой неожиданно открылась и в нее решительной походкой вошла пухленькая седовласая женщина. Поставив на стол большое блюдо дымящегося жареного картофеля, она отступила на шаг и, подбоченившись, поприветствовала Бреггара, а затем пристально оглядела Элайну.

— Да, хороша, что и говорить, — наконец произнесла она и только тут вспомнила, что еще не представилась: — Меня зовут Энни, детка. Энни Мерфи. Я готовлю еду хозяину, а теперь буду готовить и для вас тоже. — Она указала на Коула большим пальцем. — Как видите, здесь меня никто не ценит, иначе мне не пришлось бы представляться самой. — Проговорив это, женщина обиженно умолкла.

— Вы неисправимы, Энни, — добродушно отозвался Коул.

— Премного благодарна, сэр, но не могли бы вы впредь держать свое мнение при себе? Вы ведь не хотите, чтобы я тоже сообщила всем, что думаю о вас?

— Боже упаси!

— То-то. Поучились бы лучше хорошим манерам у доктора! — Энни кивнула в сторону Бреггара. — Если он когда и смеется, так только над собой, и никогда ни о ком не говорит дурного слова. — Она помедлила, словно определяя на глаз расстояние между хозяйкой и хозяином, а затем задумчиво поджала губы.

Покидая столовую, Энни громко прошептала, проходя мимо Элайны:

— По крайней мере мистер Бреггар гораздо приветливее!

Ирландец так и покатился со смеху. Элайна же, переглянувшись с Коулом, только снисходительно покачала головой.

— Энни всегда говорит и делает то, что ей вздумается. Поскольку она уже давно служит в этом доме, то считает, что я все равно не выгоню ее, и временами становится невыносимой. — Не выдержав, Коул усмехнулся.

— А по-моему, она прелестна! — Элайна пожала плечами и занялась жареным картофелем.

На протяжении всего ужина Бреггар болтал не переставая, в то время как Коул упорно хранил молчание и почти не притронулся к еде. Прислуживавший за столом Майлс оказывал всевозможные знаки внимания хозяину. Когда кухарка ткнула Майлса в бок, заставляя положить Элайне еще картофеля, дворецкий только улыбнулся.

— Здесь есть тот, кто лучше знает, что пойдет ей на пользу, — заметил он, кивая в сторону Коула.

Обиженная Энни удалилась на кухню.

Поскольку дождь не прекращался, Бреггару предложили переночевать в комнате для гостей. Гроза утихла лишь после полуночи, сменившись пугающей тишиной. Землю окутал белый туман, в прорехи облаков выглядывала бледная луна.