Пепел на ветру - Вудивисс Кэтлин - Страница 26

— Будь проклята война, будь прокляты сражения и убийства! Когда же это кончится? О, Джейсон, Джейсон! — Она уронила голову на руки и зарыдала еще сильнее.

Доктор вложил в ее руки платок и мягко похлопал по плечу.

— Всему свое время, девочка, — пробормотал он. — Когда мужчинам наскучит резня, войне придет конец, и тогда у нас появится выбор: мы сможем сами распоряжаться своей жизнью, делать то, что пожелаем. — Брукс подошел к Элайне и, бережно взяв ее за руку, отвел к кушетке.

Вскоре рыдания девушки утихли, и она провалилась в беспокойный тяжелый сон.

Когда Элайна вновь открыла глаза, за окном уже потемнело. Доктор Брукс склонился над ней:

— Ты готова отправиться домой, детка?

Потерев опухшие, покрасневшие глаза, Элайна устало кивнула.

— Я велю заложить экипаж и отвезу тебя.

— Спасибо, доктор, я поеду верхом на Тар. И потом, не забывайте, — она грустно улыбнулась, — оборванному мальчишке не место в экипаже.

Брукс тяжело вздохнул:

— Как хочешь… — Он выдержал паузу. — Такие люди, как ты, встречаются редко: мало кто из девушек сумел бы вынести столько горя и не лишиться присутствия духа. Но даже юноше небезопасно появляться в городе в такой поздний час.

— Я буду осторожна, — заверила его Элайна и, уже направляясь к двери, робко спросила: — А капитан Латимер еще здесь?

— Нет, он ушел еще днем. По-моему, майор Магрудер до сих пор злится на Коула за тот случай с Джонсоном и даже упрекнул его за то, что Бобби Джонсон умер.

— Но это же неправда! — воскликнула Элайна. — Во всем виноват сам Магрудер!

— Знаю, знаю. Но ему надо было на кого-нибудь свалить вину. — Брукс устало махнул рукой. — Уж и не знаю, чем все это кончится — когда я в последний раз виделся с капитаном, он собирался предпринять ответные действия.

Взобравшись на спину Тар, Элайна повернула кобылу к реке. Ей не хотелось возвращаться в дом Крэгхью: этим вечером Энгус и Лила собирались на политическое собрание, и у нее не было ни малейшего желания выслушивать ехидные замечания Роберты. В полном одиночестве она ехала вдоль берега; тихий плеск воды успокаивал ее. Сейчас Миссисипи казалась обманчиво-мирной, но Элайна знала: во время дождей река способна за ночь повернуть вспять или проложить новое русло.

Яркая луна, повисшая в небе среди облаков, отбрасывала дрожащие пятна света на поверхность воды. Спешившись, Элайна уселась на берегу, обхватив колени руками и положив на них подбородок. Она вглядывалась в темные громады судов северян, и ярость вновь закипала в ней, слезы жгли глаза.

— Предательница! — выпалила она, обращаясь к реке. — Это ты привела сюда янки! Неужели ты не знаешь, что такое честь и преданность?

Из речных глубин не донеслось ни звука. Неожиданно перед мысленным взором Элайны предстала длинная вереница людей в синих и серых мундирах; у некоторых из них не хватало рук, ног, глаз или даже половины лица. Полулюди, осколки войны!.. И этот кошмар творится в любом госпитале!

На поверхности воды возникла большая тень. Элайна не сразу поняла, что по течению плывет огромное дерево. Вот оно медленно развернулось, наткнулось на отмель и снова выплыло на середину потока. Внезапно в темноте сверкнуло что-то белое. Рука! Элайна вскочила, не сомневаясь, что воображение ее не обмануло — кто-то плыл по реке, с трудом удерживаясь на поверхности скользкого ствола.

Девушка быстро огляделась. Очень скоро неизвестный окажется вне пределов ее досягаемости, и тогда помочь ему будет уже невозможно.

Дерево вновь завертелось, и его «пассажир» рухнул в реку. Вскинув руку, он издал слабый крик и погрузился в воду с головой.

Этот отчаянный призыв побудил Элайну действовать быстрее. Стащив плотную куртку, она разбежалась и прыгнула в воду. Вынырнув на поверхность, девушка поплыла, борясь с мощным течением, раздвигая воду сильными гребками. Увидев бревно, она протянула руку, пытаясь помочь утопающему, и наконец, схватив за волосы, изо всех сил потянула его за собой. Она продолжала поддерживать голову мужчины над водой, пока не приблизилась к берегу. Ее силы были на исходе, и Элайна смогла только дотащить его до кромки воды. Решительным рывком она уложила его на берегу.

Неожиданно неудачливый пловец закашлялся, изо рта у него хлынула вода — это убедило Элайну, что он еще жив. Приподняв его, девушка заглянула ему в лицо и ахнула. Откуда здесь взялся Коул Латимер? По всему выходило, что она спасла ненавистного янки! Внезапно перед ней возникло другое видение: Джейсон, лежа в грязи, уставился невидящими глазами в темное ночное небо. Элайна всхлипнула, чувствуя, как ночная прохлада быстро пробирается под ее мокрую одежду.

— Безмозглый болван, ты выбрал чертовски холодную ночь для купания! — Она помогла капитану сесть.

Неожиданно Коул застонал и запрокинул голову, струйка темной липкой жидкости сбегала у него по лбу. Ощупав его голову, Элайна обнаружила огромную ссадину.

— Кто-то здорово огрел тебя, янки. Или, может, ты напился вдрызг и полез купаться? А еще говорил, что сумеешь позаботиться о себе!

Теперь ей предстояло решить, как поступить дальше. Ключ от дома Латимера был потерян, у него в карманах ключа также не оказалось. В таком виде везти офицера-северянина по площади Джексона было опасно — ее с легкостью могли обвинить в нападении на него. Оставался всего один выход — отвезти его в дом Крэгхью. Обычно дядя задерживался на политических собраниях допоздна, а иной раз и до рассвета. Если так будет и на этот раз, она сумеет незаметно провести капитана в дом. Правда, утром разразится скандал, но тогда уж пусть Энгуса умасливает Роберта.

Элайна бросилась туда, где стояла Тар, и подвела лошадь поближе. Набросив на плечи Коулу свою куртку, она помогла ему подняться. Ей пришлось приложить немало усилий, прежде чем доктор оказался на спине Тар; потом, подхватив поводья, она подвела кобылу к лежавшему на берегу бревну и сама забралась на нее.

— Ну, янки, теперь держись!

Видимо, расслышав сквозь шум в ушах ее голос, Коул попытался выпрямиться, но едва Элайна устроилась в седле перед ним, он тяжело привалился к ее спине и обхватил ее за талию, а она как могла придерживала его, надеясь, что таким образом им все же удастся не свалиться на землю.

Переулками они добрались до дома Крэгхью. Окна особняка были темны, только в конюшне горел фонарь. Элайна решила, что Роберта, соскучившись в обществе слуг, уже легла спать. Заведя Тар в конюшню, она бесцеремонно сдернула капитана на землю. Он что-то забормотал, и девушка поспешно зажала ему рот рукой, а затем прислонила его к стене у двери.

— И надо же было так напиться! Да что там: янки — они и есть янки.

Она отвела Тар в денник и насыпала ей несколько пригоршней овса — в благодарность за службу. Коляска Энгуса по-прежнему отсутствовала, и это Элайну особенно обрадовало.

Вернувшись к двери, она обнаружила, что капитана нет на прежнем месте. Куда, черт побери, он мог подеваться? Стоя у наполненной водой канавы, Элайна тихо позвала его по имени и вдруг почувствовала толчок в спину. Они оба упали в канаву, и девушке едва удалось высвободиться, но прежде она как следует нахлебалась воды.

— Синебрюхий! — в ярости выпалила Элайна, давая волю своему гневу, и тут же погрузила голову капитана в канаву. — В следующий раз, когда захочешь искупать меня, янки, лучше сначала подумай хорошенько! И знай: я не утопила тебя только потому, что ты слишком пьян.

— Х-холодно! — Коул едва шевелил губами. Это признание немного смягчило Элайну, и она помогла капитану выбраться из канавы. То и дело она встревоженно поглядывала на окна Роберты, надеясь, что шум не разбудит кузину. Дульси скорее всего тоже спала.

Осторожно приоткрыв заднюю дверь и обхватив Коула за плечи, девушка провела его внутрь, но, войдя в кухню, вдруг поняла, что за ними тянется мокрый след.

— Подожди здесь, — прошептала она, усаживая пострадавшего на стул. — Я принесу одеяла.

Элайна бросилась в кладовую, где утром видела стопку белья. Проходя мимо очага, она повесила над тлеющими углями чайник и бросила на них пару поленьев, чтобы, уложив капитана в постель, принять горячую ванну.