Ночной мир - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 48

Кэрол погладила его по плечу, провела рукой по седеющим волосам, стараясь представить себе Хэнка голодным, непуганым мальчиком. Только теперь она поняла, как мало знала о человеке, за которого вышла замуж.

– Ты никогда не рассказывал мне об этом.

– Честно говоря, не хотел вспоминать, хотел вычеркнуть эти годы из памяти. Худшие годы в моей жизни. Не помню, когда последний раз думал об этом.

– Может быть, ты упрятал эти воспоминания не так глубоко, как тебе казалось? Оглянись вокруг, Хэнк.

Он посмотрел на стеллажи, заставленные продуктами. Затем поднялся.

– Это совсем другое дело, Кэрол. Я сделал это просто для того, чтобы выжить. Мы вкладываем деньги в наше будущее.

– Хэнк...

– Знаешь, что я должен сделать? Провести инвентаризацию. Да. Составить список того, что у нас есть. А завтра восполним пробелы.

– Хэнк, а разве мы не будем обедать?

Он посмотрел на нее:

– Хорошая мысль. Я, пожалуй, проголодался. Только возьми скоропортящиеся продукты. Мы их прикончим в первую очередь. Консервы пока не трогай.

Кэрол в растерянности смотрела, как Хэнк с карандашом и блокнотом в руках расхаживает по квартире, составляя список продуктов. Что случилось с ее надежным, разумным Хэнком. Она вдруг почувствовала себя одинокой, хотя муж был каких-то нескольких футах от нее. Одинокой в обществе незнакомого ей маньяка.

– Вот они!

Билл Райан навел бинокль на трещину на Овечьем Пастбище. Великолепный полевой бинокль. Люди внизу казались в пределах досягаемости. Но, сейчас они мало интересовали его.

– Как раз вовремя, – сказал Глэкен, стоявший у него за спиной.

Билл видел, как, трепеща крыльями, насекомые скапливаются под стальной решеткой, закрывающей трещину, и напирают на нее. Им противостояла команда ликвидаторов, облаченных в тяжелые защитные костюмы и маски. В руках они держали шланги, подведенные к цистернам с насосами высокого давления. По какому-то невидимому сигналу все шланги пришли в действие, разбрызгивая жидкость золотистого цвета.

– Что они распыляют? – спросил Глэкен.

– Похоже, какой-то инсектицид.

Глэкен что-то сердито пробормотал и отвернулся.

– Никакие яды не причинят вреда этим существам. Было бы намного лучше, если бы они попробовали бензин и спички. – Он включил телевизор. – Все это показывают. Отсюда даже лучше видно.

Билл подвинулся поближе к телевизору и стал смотреть прямой телерепортаж. Глэкен оказался прав. При показе с близкого расстояния было видно, что инсектициды не оказывают ни малейшего воздействия на насекомых, которых становится все больше под стальной решеткой. Они намокали – и этим дело ограничивалось. Он обернулся, чтобы посмотреть на Ника. Тот сидел на кровати, уставившись в стену.

– Как вы считаете, решетка выдержит всю ночь? – спросил Билл.

– Это не важно, – сказал Глэкен с мрачной уверенностью.

Билл покачал головой. Возможно, в таком пессимистическом подходе было больше реализма, но он не мог погасить в себе проблеск надежды, появившийся, когда увидел, что эти чудовища из трещины оказались в ловушке, попав за стальную решетку.

– Почему не важно? Мы ведь их поймали.

– Все равно остаются еще трещины в Куинсе, Стейтон-Айленде и на Лонг-Айленде. Они извергнут тех же самых насекомых.

– Потом мы справимся и с ними.

– А на смену им придут твари покрупнее, – сказал Глэкен. – Эти маленькие насекомые вылетели первыми, потому что они самые быстрые. За ними появятся более медлительные. Потом наступит время ползающих гадов.

Ползающие... От одного этого слова у Билла по телу забегали мурашки.

– Значит, они лишь выиграют время, – уныло произнес Билл, снова теряя надежду.

– Ничего они не выиграют. Сейчас готовится кое-что. Левиафаны уже на подходе.

Билл хотел расспросить про это поподробнее, как вдруг услышал доносившийся из парка вой, настолько громкий, что его было слышно через закрытые окна. На экране ой увидел, как ликвидаторы и все, кто наблюдал за ними, попятились назад. Струи из шлангов теперь хлестали им прямо в лица.

– Что-то случилось.

Он снова повернулся к окну с биноклем. Внизу, на Овечьем Пастбище, свирепствовал ветер ураганной силы, вырывавшийся из трещины. Он швырял насекомых на решетку, заставляя ее выгибаться кверху.

– Такое впечатление, будто трещина хочет сдуть с себя эту решетку.

Глэкен подошел к нему сзади.

– Нет, – сказал он мягко, – кто-то идет. Кто-то очень большой.

Билл снова прильнул к биноклю, а между тем ветер выл все громче. Ликвидаторы снова развернули свои шланги, но продолжали пятиться назад. Он разглядел, что часть стальных опор, на которых держалась решетка, уже вырвана из земли. Край решетки стал раскачиваться, и целая туча насекомых вылетела на поверхность. На Овечьем Пастбище началась страшная паника.

– Большой? – переспросил Билл. – Кто?

И тут это случилось. Что-то вырвалось наружу из трещины. Что-то не просто большое. Что-то чудовищно большое, заполнившее собой всю трещину диаметром в двести футов, что-то темное, настолько темное, как дно Марианской впадины. Оно прошло сквозь стальную решетку, словно скорый поезд через паутину, и продолжало подниматься вверх – чудовищное нагромождение чего-то продолжало разворачиваться в ночном небе во всю свою чудовищную длину.

Билл опустил бинокль и наблюдал, как чудовище вылезло из трещины и стало подниматься вверх. Онемевший от ужаса, он следил за его движениями, прижавшись лицом к оконному стеклу, пытаясь представить, в какой момент оно потеряет равновесие и опрокинется на землю, с ужасом думая, что случится с городом, если на него упадет нечто размером с небольшой небоскреб.

Постепенно оно замедлило свое движение вверх и наконец остановилось. На какой-то момент застыло неподвижно – гигантская колонна, вертикально зависшая в воздухе. Потом накренилось и начало падать на землю, все время изменяясь. Огромные крылья, похожие на полотнища флагов, развернулись в небе, загораживая звезды, занимая собой большую часть неба. Расположившись горизонтально, чудовище плавно поплыло в воздухе. Пролетев над парком, оно взяло восточное направление и исчезло из виду.