Стальные гробы. Немецкие подводные лодки: секретные операции 1941-1945 - Вернер Герберт А. - Страница 93

00.30. Импульсы «асдика» быстро меняли свою силу от протяжного стона до пронзительного визга. Очевидно, «томми» патрулировали небо на разных дистанциях от нашей процессии. Они, должно быть, полагали, что мы спятили. Иногда я слышал рёв авиационных моторов на довольно близком расстоянии, но обнаружить самолёт не мог. Стрелки часов медленно ползли по циферблату. Англичане, видимо, ждали подкрепления. Наше зрение обострилось, а сердца учащённо бились в предчувствии воздушного налёта.

01.12. Бой начался. Внезапно были атакованы головные подлодки. В разных направлениях полетели трассирующие пули, затем послышался бой зениток. В небо взметнулись фонтаны воды.

01.17. Загорелся один из самолётов противника. Он вспыхнул как комета, пронёсся над головной лодкой, сбросил четыре бомбы и рухнул в океан. От взрывов бомб потеряла управление «У-413» Захсе. Её вертикальный руль левого борта заклинило, лодка выбилась из строя. Она быстро потеряла скорость и скрылась под поверхностью океана.

01.25. Самолёт сделал заход на очередную атаку, вновь нацеливаясь на головные лодки. Три подлодки, ярко освещённые осветительными ракетами, вели плотный огонь и держали самолёты на расстоянии. Разгорелся впечатляющий фейерверк, поглотивший и самолёт и лодки. Неожиданно «томми» улетели. Радиолокационные импульсы показывали, что они кружат вокруг нашего строя, готовя новую атаку. Я поднялся над ограждением мостика, силясь увидеть или хотя бы услышать летящие самолёты.

01.45. Целью новой британской атаки стала подлодка, следовавшая в конце строя за нашей кормой. Четырехмоторный «либерейтор» сделал заход с правого борта и, спикировав на носовую часть «У-256», попытался провести ковровую бомбардировку нашего строя с тыла. Зенитные расчёты лодки Бодденберга открыли огонь. Однако самолёт сделал вираж и ушёл из зоны огня. Тогда наступил наш шанс.

– Огонь! – скомандовал я.

Пять зенитных стволов – все, чем мы располагали, – ударили по «либерейтору», пока он сбрасывал свои бомбы перед «У-256», проносясь мимо нас. Четыре гигантских водяных столба взметнулись в небо вслед за изрешечённым пулями самолётом, пытавшимся укрыться от нашего огня. Однако наша 37-миллиметровая зенитка не промахнулась. Самолёт взорвался и упал в воду.

«У-256», повреждённая сброшенными бомбами, потеряла ход и беспомощно замерла за нашей кормой, медленно выпадая из общего строя. Мы видели её в последний раз. Сознавая, что выход из строя «У-256» сделал нас первоочередной мишенью в случае атаки с хвоста колонны, я приказал поднести к зениткам больше боеприпасов. Импульсы резко возросли. Однако некоторое время англичане не предпринимали атак.

02.20. Теперь импульсы пошли с правого борта. Неожиданно из ночной темноты справа выскочил «сандерлэнд».

– Самолёт с правого борта, высота 40 метров, огонь! – выкрикнул я.

Последовали короткие очереди из наших спаренных 20-миллиметровых пушек. Пилот, однако, умело повёл машину прямо над нами вне пределов досягаемости нашего огня и сбросил четыре бомбы. Одновременно нас атаковал по пеленгу 90 с правого борта «либерейтор», ведя огонь из всех стволов. Через мгновение у середины лодки прогремели четыре взрыва. Они подняли «У-415» из воды и повалили наших моряков на палубные плиты. Затем лодка снова опустилась в воду, и на неё обрушились тонны поднятой взрывами воды, прорвавшейся в рубоч-ный люк. На этом всё закончилось. Оба дизеля вышли из строя. Заклинило правый горизонтальный руль. «У-415» пошла по дуге, постепенно теряя скорость. Над нами с правого борта висела осветительная ракета, предательски высвечивая погибавшую лодку. Она беспомощно качалась на волнах. Из её разорванной цистерны вытекало горючее. «У-415» превратилась в неподвижную цель, которую можно было без труда уничтожить.

В замешательстве я взглянул через рубочный люк в тёмное пространство корпуса. Казалось, что всякая жизнь там остановилась. Меня охватила тревога. Лодка могла потонуть в любой момент, поэтому я скомандовал:

– Все на палубу! Приготовить спасательные шлюпки и круги!

В ответ не прозвучало ни звука. Должно быть, обитатели прочного корпуса были оглушены взрывами. Прошли бесконечно долгие секунды. В отдалении жужжали самолёты, готовившиеся к новой атаке. Она должна была стать роковой. Неожиданно по трапу стали подниматься подводники, очнувшиеся от шока. Они рвались к свежему воздуху, швыряя на мостик резиновые спасательные пояса. Мы начали готовить спасательные шлюпки. Тем временем зенитчики наводили стволы пушек на невидимые самолёты, кружившие над беспомощной добычей. Скоротечность атаки и серьёзные повреждения не позволили нам послать сигнал бедствия. «Это, – подумал я мрачно, – судьба многих моих погибших друзей – безмолвная и негласная смерть».

«У-415» ожидала последнего удара. Поскольку лодка вроде бы не собиралась тонуть, я приказал подводникам, чтобы они укрылись за рубкой и прекратили спуск шлюпок. Я был полон решимости оставаться на борту до тех пор, пока лодка держится на плаву, и отстреливаться до тех пор, пока остаются боеприпасы и артиллеристы способны вести огонь из зениток. Оказалось, однако, что нам не суждено было погибнуть без оповещения. Радисту удалось наладить радиопередатчик и послать в штаб радиограмму о катастрофе.

02.28. Усилившийся рёв авиамоторов возвестил о новой атаке. Ещё один «сандерлэнд» зашёл с правого борта, ведя яростный огонь. Проносясь над нашим мостиком, он сбросил кассету бомб из четырёх боезарядов. Оглушительные взрывы отбросили лодку в сторону. Слева нас атаковал на бреющем полёте «либерейтор». Наши расчёты на спаренных 20-миллиметровых зенитных установках сразу же открыли огонь по кабине, быстро опустошив магазины. Чёрный монстр пронёсся над мостиком, сбросил четыре боезаряда, затем умчался, дыхнув отработанными газами в наши лица. Когда подлодку отбросило влево и четыре водяных столба поднялись высоко в небо рядом со срединными цистернами по правому борту, зенитчик из 38-миллиметровой автоматической пушки всадил серию боевых зарядов в фюзеляж бомбардировщика. I Самолёт, объятый пламенем, рухнул в море. Рёв двигателей «сандерлэнда» замер вдали.