Любой ценой - Вебер Дэвид Марк - Страница 157

— Они использовали роботизированные культиваторы, чтобы вырыть канавы для новой ирригационной системы, — пояснил телохранитель. — А Нимиц и Фаррагут похитили из спальни Веры одну из мягких игрушек, изображающую древесного кота в натуральную величину.

— Они же не… — начала Хонор, темные глаза ее смеялись, и Лафолле кивнул.

— Именно, миледи. Они воспользовались своими острыми когтями, чтобы… отсоединить переднюю часть игрушки от задней. Затем закопали их по обе стороны канавы, оставив с одной стороны торчать наружу хвост, а с другой — единственную, жалкую переднюю лапу. Помощника садовника при виде этого чуть было удар не хватил.

— Паршивец, — сказала Хонор настолько сурово, насколько получилось борясь с приступом смеха, — я не буду защищать тебя от толпы, когда они наконец придут за тобой с вилами. Надеюсь, ты это понимаешь.

Нимиц фыркнул, задрав нос. Тимоти Меарс, прибывший на Мантикору тем же рейсовым шаттлом, что и его адмирал, громко расхохотался. Хонор вперила в него взгляд и покачала головой.

— Подобающий флаг-лейтенант не поощряет кота своего адмирала идти по кривой дорожке, лейтенант Меарс!

— Конечно же нет, мэм! — согласился Меарс, глаза его лучились. — Я потрясен тем, что вы считаете меня способным хотя бы замыслить подобное!

— Конечно же, — буркнула Хонор. Затем, пока Теннард пересекал зал по направлению к ним, она улыбнулась лейтенанту. — Как говорит Эндрю, транспорт подан, Тим. Вас куда-нибудь подбросить?

— Спасибо, не надо, мэм. Я возьму такси. Мне еще надо кое-что купить, прежде чем поразить родителей, заявившись домой.

— Хорошо, тогда приступайте, — сказала она. Меарс ей улыбнулся, откозырял и резво направился прочь, как раз тогда, когда Теннард добрался до них.

— Миледи, полковник, — телохранитель поклоном приветствовал Хонор.

— Иеремия, — ответила кивком Хонор. — Рада вас видеть.

— И я вас, миледи. Мы по вам скучали — все мы. Думаю, Вера — особенно.

— Как она? — спросила Хонор.

— Возбуждена от новости, что у неё будет племянник, — с улыбкой ответил Теннард.

— На самом деле?

— На самом деле, миледи. — заверил ее Теннард. — Не забывайте, она видела, с чем приходится мирится Бернарду Раулю, и она — умный ребенок. Вера уже заметила, что её охрана стала меньше, чем у большинства наследников ленов, а мне не кажется, чтобы ей хотелось иметь опеку большего числа охранников, чем это необходимо. В настоящее время для неё избежать лишней опеки куда важнее, чем стать когда-нибудь землевладельцем Харрингтон.

— Хорошо, — вздохнула Хонор и улыбнулась. — Полагаю, вы доставите меня в Дом для встречи с преподобным?

— Для встречи с преподобным — да, миледи. Но не в Доме у Залива. Вы с родителями приглашены на ужин в Белую Гавань, а он присоединится к вам там.

— Он — что? — моргнула Хонор, но Теннард только пожал плечами.

— Именно такие инструкции я получил, миледи. Если вы собираетесь спорить с леди вашей матерью, то пожалуйста. У меня же здравомыслия больше.

— Мама ужасно влияет на вас на всех, — сказала Хонор. — Не припомню, чтобы ты был таким чванливым до того, как попасть в её руки!

— Клянусь, миледи, это исключительно самооборона, — серьезно заявил Теннард и она рассмеялась.

— Этому я могу поверить. Ладно. Белая Гавань, так Белая Гавань. Давайте двигаться.

— Какого?!. — Тимоти Меарс отшатнулся, когда, открыв дверцу аэротакси, получил в лицо струю едкого аэрозоля.

— О, черт! — отозвался голос и когда Тимоти проморгался слезящимися глазами, то обнаружил себя уставившимся на таксиста, открывшую перегородку между кокпитом и пассажирским отсеком. Она была если не красивой, то привлекательной блондинкой и в руке у нее был баллон освежителя воздуха, все еще направленный практически прямо на Меарса. На лице у нее было почти комичное смущение.

— Простите, лейтенант! — быстро заговорила она. — Я не видела, как вы подходили, а мой последний пассажир был курильщиком. — Она помотала головой с выражением негодующего отвращения. — Вот же здоровенный знак, — она кивнула на табличку «В Этой Машине Не Курят» укрепленную на перегородке, — а этот урод садится и закуривает. Сигару, черт бы её побрал. Причем дешевую, судя по вони!

Запах освежителя воздуха перебивал практически всё, но, поскольку он начал рассеиваться, Меарс смог унюхать запах табака, о котором она говорила. Он, следовало признать, действительно был ужасен.

— Так что я просто повернулась, чтобы побрызгать этим, — она взмахнула баллончиком освежителя, — а вы открыли дверь и, вот…

Она умолкла, но на лице у нее была такая смесь смущения и извинения, что Меарс не смог не рассмеяться.

— Ну, со мной случалось и худшее, — сказал он стирая с лица остатки аэрозоля. — И вы правы. Здесь достаточно сильно накурено. Так что я отойду в сторонку и позволю вам от всей души побрызгать освежителем.

— Спасибо! — отозвалась она и несколько секунд трудолюбиво водила струей из баллончика. Затем критически принюхалась.

— Лучше, боюсь, не будет, — сказала она. — Все еще собираетесь ехать? Или подождете такси с запахом получше?

— Сойдёт, — ответил Меарс и забрался в такси.

— Куда? — спросила она.

— Мне нужно сделать кое-какие покупки, так что сперва в Ярдман.

— Легко, — согласилась она и такси устремилось к самому известному торговому центру столицы.

В стороне неприметный человек, пронаблюдавший всю сцену тщательно скрывая свое внимание, повернулся и зашагал прочь.

— Привет, Нико, — сказала Хонор Нико Хевенхёрсту, открывшему ей переднюю дверь. — Похоже, у вас сегодня вечером соберётся изрядная толпа.

— О, ваша милость, здесь видывали толпы и побольше, — ответил Хевенхёрст отступая в сторону с приветственной улыбкой. — Конечно, как вы понимаете, не в последние десятилетия, но…

Он пожал плечами, а Хонор хихикнула. Затем прошла мимо него в холл и замерла на полушаге. Там были Эмили, Хэмиш и её родители. Был и преподобный Салливан, но всех их она увидеть ожидала. Чего она не ожидала, так это присутствия представительного темноволосого человека в пурпурной епископской сутане и с блестящим наперсным крестом. Она узнала его практически моментально, хотя они никогда не встречались, и удивилась, что делает архиепископ Телмахи в Белой Гавани.