Отрицание отрицания - Васильев Борис Львович - Страница 90

Агафья Силантьевна Кузнецова по-прежнему тихо жила на пустыре рядом с селом Хлопово вместе с козочкой, в обнимку с которой и спала, греясь ее теплом и отдавая ей тепло собственное. Научилась делать хрен, продавала его отдыхающим, хватало на хлеб и даже на ржавую селедку. И это было ее вымученным счастьем, и ни о чем ином она и не мечтала.

Только однажды к селу подъехали две черных машины. Из них вышел мужчина в кожаном черном плаще. Что-то спросил, вернулся в машину, которые тут же развернулись, выехали на выгон и остановились перед ее сараем. Из первой вылезли двое, подошли к ней.

— Татьяна Сукожникова?

— Я?.. — и сердце остановилось. — Нет, нет, что вы? Я — Агафья Силантьевна Кузнецова. Вот… Вот справка. Я в психбольнице…

— Справочку доктор Трутнев дал? Сам дал, и сам же признался. Прошу в машину.

— В какую машину? Зачем? За что?…

— За то, что вы убили командира чоновского отряда Леонтия Сукожникова. Верного чекиста и нашего товарища. Всадили в него все пули из маузера. В машину.

— Я… Я…

— Силой вас тащить, что ли?

Обняла Танечка свою козочку, поцеловала в холодный черный носик, и пошла во вторую машину.

Машины развернулись, тронулись, и козочка тут же побежала за ними, вопя на всю округу. И тогда из последней машины высунулся человек и выстрелил ей в голову.

У козочки подогнулись передние ноги, и она рухнула на собственные рожки.

Дернула два раза ногами и — замерла навсегда.