Ливонская хроника - Вартберг Герман - Страница 20

Было сказано выше, что, по убийстве Войшелка, литовцы выбрали себе князя из своего народа. При Тройдене и его преемниках продолжалось и закончилось начатое прежде, со времен еще Миндовга, утверждение литовскаго господства в русских княжествах – полоцком, туровском и отчасти волынском. В 1315 году знаменитый Гедемин произвел перемену в династии князей литовских. Одни говорят, что Гедимин был конюшим князя Витенеса, убил его и овладел престолом; другие утверждают, что Гедимин был сыном Витенеса и получил престол литовский по смерти отца, пораженнаго громом. Как бы то ни было, но Гедемин в 1320 году овладел владимирским княжеством, потом овладел луцким княжеством, а в 1321 г. овладел и Киевом, который сдался ему после двух-месячной осады. Другие города русские последовали примеру Киева. Гедимин собрал таким образом под свою власть западную половину России, в то время, когда восточная половина ея собиралась под власть московских князей, потомков св. Владимира. Россия разделилась на две половины: восточную (рюриковичи) и западную (гедеминовичи). Явилось литовскорусское княжество, и важнейшую часть литовскаго войска стали с этого времени составлять русские – полочане, жители Новогрудска, Гродна и пр.

Тевтонскому ордену приходилось с этого времени бороться уже не с отдельными, мелкими племенами, но с целым княжеством, приобретавшим все больше и больше сил и значения.

V

В 1323 году Гедимин действительно послал письмо к папе и между прочим выражался так (см. 278 прим. к 4 тому истории России Карамзина): «Одолевая христиан в битвам, я не хочу истреблять их, а только защищать от врагов, подобно всем другим государям. Монахи доминиканские и францисканские окружают меня: даю им волю учить и крестить людей в моем государстве, сам верю Святой Троице, желаю повиноваться тебе, главе церкви и пастырю царей, ручаюсь и за моих вельмож: только усмири злобу немцев».

Папа немедленно отправил в Литву Варфоломея, епископа алетскаго, и Бернарда, игумена пюйскаго.

Посольство это не имело никакого успеха, потому что тевтонский орден в 1324 году из за Немана снова открыл военныя действия против литовцев.

Раздраженный этим Гедимин сказал послам: «Папу вашего не знаю и знать не хочу; исповедую веру моих предков и остаюсь в ней до смерти».

VI

Разсказ о взятии Риги рыцарями требует некотораго пояснсния.

Епископ Альберт учредил орден меченосцев в предположении создать военную силу, которая, находясь в подчинении ему, способствовала бы упрочить немецкое и католическое господство в Ливонии. Рыцари действительно помогли епископу утвердиться в Ливонии, но оставаться в постоянном подчинении ему не желали.Мир между двумя властями – светскою и духовною, между двумя учреждениями – епископствами и орденом, не мог сохраняться и соперничество между ними скоро превратилось в явную вражду. Эта вражда в особенности обнаружилась при магистре Бруно и архиепископе Иоанне фон-дер-Фохте. Рига поддерживала архиепископа, но как военныя силы города и архиепископа были незначительны для борьбы с рыцарями, то для этой борьбы были призваны литовцы-язычники. С 1297 года началась опустошительная война между орденом и архиепископом. В течении 18 месяцев было дано 9 сражений, в которых рыцари почти всегда одерживали победы, но в 1298 году литовский князь Витенес, предшественник, если не отец Гедимина, вторгся в Ливонию и на реке Аа нанес рыцарям жестокое поражение: магистр Бруно, 60 рыцарей и множество простых ратников легло в этой битве. Рижане с литовцами осадили орденскую крепость Неймюль, но тут на помощь ливонским братьям подошли орденские братья из Пруссии и разбили рижское и литовское войско.

Ливонские епископы, видя совершенную невозможность бороться открытою силою с тевтонским орденом, решились сделать попытку действовать другим путем. В это время шел процесс над храмовниками, закочившийся, как известно, упразднением этого ордена и сожжением его магистра. Ливонские епископы, в надежде, что и тевтонский орден может подвергнуться участи храмовников, в 1308 г. подали папе обвинительный акт, в коем приписывали ордену неуспех в обращении литовцев, обвиняли рыцарей в истреблении жителей Семигалии, когда они уже были христианами, наконец – и это было, повидимому, для ордена очень опасно, – доносили, что когда рыцарь получал в сражении раны, то другие рыцари добивали раненаго и труп его сжигали по обычаю язычников.

Папа Климент V-й нарядил особую коммисию для разследования жалобы епископов, но дело кончилось ничем.

Епископы ливонские, конечно, не могли довольствоваться таким результатом и потому чуть лишь против ордена возстали архиепископ гнезненский и епископы куявский, плоцкий и познанский, и когда король польский завел спор с орденом о Померании, архиепископ рижский и рижане немедленно пристали к ним, утверждая не без некоторых оснований, что литовцы давно бы приняли католичество, если бы тому не препятствовали им рыцари.

Возникло новое дело, перенесенное к папе, имевшему в те времена свою резиденцию в Авиньоне. Великий магистр выиграл дело: оправдался во всех обвинениях и представил папе подлинное письмо архиепископа рижскаго и рижан, в котором они просили литовскаго князя напасть на орденския владения.

Обманувшись в надежде повредить ордену у папы, рижане завели новыя сношения с литовскими язычниками против рыцарей. Тогда ливонский магистр решился покончить дело оружием. Он осадил Ригу, целый год держал ее в осаде и голодом довел рижан до того, что они запросили мира. Магистр принудил их явиться в стан рыцарей и у ног магистра сложить все свои привилегии. Рижане были принуждены засыпать часть своих крепостных рвов, понизить валы, а магистр построил новый замок, который господствовал над городом и сдерживал рижан.

VII

Нармант – это Наримант-Глеб, князь туровский и пинский; Альгард и Кейнстут – это знаменитые литовские князья Ольгерд и Кейстут.

С 1315 года Гедимин является первенствующим литовским князем и к концу своей жизни имел некоторое право титуловаться великим князем литовскими и русским, так как юго-западная Россия (называвшаяся Русью по преимуществу) признавала уже власть его над собою. Безспорно, что Гедимин был замечательный воин и правитель, умевший сообразоваться с обстоятельствами времени. В подчинившихся ему землях, он везде оставил старый порядок, посажал только своих наместников и гарнизоны по городам. Проживая в Вильне, городе, им же основанном, он старался о привлечении ганзейских купцов в Литву, о привлечении ремесленников и мастеровых в свои города, вообще заботился о наряде в своих землях, которыя он так или иначе собрал в нечто целое, след., произвел в Западной России то же самое, начало чему в Восточной России положили князья московские одновременно с ним.

Он умер в 1339 г., оставив семерых сыновей, именно: от первой жены: Монтвида князя карачевскаго и слонимскаго, скоро умершаго после отца, Нариманта – Глеба (князя туровскаго и пинскаго, убитаго в деле, на реке Страве, как пишеть Вартберг); от второй жены Ольги, русской княжны, Гедимин оставил Ольгерда, который, женившись на дочери князя витебскаго, получил Витебск и княжество витебское в приданное за женою, и Кейстута, князя троцкаго. От третьей жены, Еввы, также княжны русской, Гедимин оставил Любарта – Владимира (князя волынскаго), Кориата-Михаила (князя новогрудскаго) и, наконец, Евнутия (князя виленскаго).