Но Змей родится снова? - Вайнин Валерий - Страница 141

Пантера прыгнула на графиню. Наталья Дмитриевна остановила ее с превеликим трудом: силы старой феи были на исходе. Пантера скалила пасть, точно ухмыляясь. Илья и Вася, сбросив наконец оцепенение, с двух сторон стали подкрадываться к дубине. Однако времени у них уже не было.

Пантера напружинилась для прыжка. Графиня смотрела в ее желтые глаза, готовясь отразить атаку. И тут на помощь вновь прилетел кондор. Он спикировал на пантеру, но неудачно: черная бестия едва не ухватила его клыками. Кондор увернулся, набрал высоту и камнем бросился вниз. Но пантера прыгнула, и… у графини оказалось недостаточно сил, чтобы ее остановить.

Графиня была убита ударом когтистой черной лапы. Наталья Дмитриевна умерла мгновенно. Залитая кровью, она лежала на земле, а неподвижный взор ее был обращен в небеса. Илья опустился перед ней на колени и в исступлении заорал:

— Где ты, чёрт тебя дери?! Плюнь ты на свою Змею!

В этот момент кондор упал пантере на спину и вонзил клюв в ее голову. Пантера взревела и, махнув лапой, зацепила его крыло. И все же вторым ударом клюва кондор ее прикончил. Пантера издохла в судорогах, а кондор попытался взлететь с перебитым крылом. Как ни странно, ему это кое-как удалось, и он стал медленно набирать высоту.

Илья оцепенело склонился над телом графини. Вася топтался за его спиной. Вдруг из дома донесся Дашин крик.

— Слышь, это… — Вася коснулся плеча Ильи. — Там выручать надо, без понтов.

Илья встал и подобрал дубину. “Старик, где тебя носит?!” — пробормотал он себе под нос. И они с Васей побежали к дому.

Стас и Такэру меж тем расправились со всеми своими противниками и порядком притомились. Одиннадцать охранников Митьки Грача лежали на газоне, терпеливо ожидая, пока трава зазеленеет. Стас и Такэру занесли наконец колонки в “фольксваген”, и рыжий, указывая в небо, проговорил:

— Это не Глеб там объявился?

Такэру посмотрел в указанном направлении. Над каркасом змеиной Пирамиды летел кондор с перебитым крылом. Он быстро терял высоту и, похоже, падал на деревья.

— Это Сато! Он ранен! — Такэру бегом припустил к лесу.

— Вот ёлы-палы… Да постой ты! — Стас помчался за ним следом.

Через несколько минут на газон грачевской дачи со стремительностью метеорита с небес опустилась Виктория Бланш. Она тяжело дышала, затравленно озираясь.

— Я здесь, Змея! — раздался рядом голос Глеба, и сам он возник из воздуха в пяти шагах от фотомодели. — Слинять хотела, краса обложек?

Виктория вскрикнула в испуге, взмахнула рукой — и в тот же миг вокруг Глеба вспыхнуло пламя высотой с деревья. Глеб усмехнулся.

— Эй, Плясун! — позвал он. — Можно тебя на минутку?

Пламя тут же свернулось, съежилось и превратилось в огненного мужика, скачущего и дергающегося на месте.

— Ну, чего? — проговорил мужик трескучим голосом. — Наезжают, что ли, на тебя? Эта, что ли? — кивнул он на ошеломленную фотомодель.

— Помогать не надо, Плясун, — сказал Глеб, — просто уйди. Только без обид, ладно?

Огненный мужик почесал огненную лохматую башку.

— А вечеринка когда?

— Скоро, — пообещал Глеб.

— Лады, — кивнул Плясун. И, обернувшись к Виктории, вдруг показал длинный язык, кинулся на нее и растаял.

Отпрянув, фотомодель упала. Юбка ее, и без того короткая, задралась, демонстрируя соблазнительные бедра вплоть до кружевных трусиков. Ветерок шевелил золотистые волосы Виктории, а ее бездонные голубые глаза излучали гипнотическую сексуальность.

— Браво! — проговорила она с кокетливой улыбкой. — Ничего подобного я и представить себе не могла!

Глеб смотрел на нее, чуть склонив голову набок.

— Вы неподражаемы, мадам, — сказал он.

Виктория протянула ему руку.

— Не поможете ли мне подняться? Когда страсти улеглись, можно приступить к переговорам. Условия, разумеется, диктуете вы.

Глеб изобразил удивление:

— Переговоры Мангуста со Змеей?

— Ах, оставьте ярлыки! — отмахнулась Виктория. — Есть только мир и власть над миром! Остальное — шелуха. Так вы поможете мне встать?

— Сколько вам лет, леди? — задумчиво осведомился Глеб. — Конечно, дамам подобные вопросы не задают…

— Мне тысяча пятьсот сорок шесть лет, — отчеканила Виктория Бланш, — и я этим горжусь. Вы подадите мне руку, лорд Грин?

Глеб грустно усмехнулся:

— Вот, значит, как оно произошло со Стивом Пирсом, потом с Неудержимым… Дашка — просто гений.

— Дашка ваша — бабочка-однодневка! Через какие-то сорок — пятьдесят лет она окочурится, сделавшись старухой! Простите, милорд, если я вас огорчила… Что с вами? Что вы там увидели?

Упомянув о Даше, Глеб автоматически стал искать ее глазами и только тут заметил, как вокруг тихо и безлюдно. Зоркий взгляд его скользнул по отдыхающим на газоне охранникам, затем переместился на пантеру и волчицу, околевших бок о бок, затем…

Лицо Глеба побелело.

— Нет! — прошептал он ошеломленно. — Только не…

— Черт побери, лорд Грин! — капризно произнесла Виктория. — Подайте же наконец мне руку!

Но Глеб шагал уже прочь.

— Прощай, Змея, — сказал он, не оборачиваясь. — Не твой нынче день.

И в сей же миг за его спиной голова красавицы фотомодели лопнула, как проколотый воздушный шарик, и разлетелась на мелкие клочки. Змея завалилась на спину, демонстрируя соблазнительные бедра, вовсе бесполезные при отсутствии головы.

А Глеб приближался к телу графини. “Нет! Нет! — продолжал твердить себе он. — Только не это!” Кровь, заливавшая графиню, свернулась и почернела. Пульс можно было не проверять. Тут ничего не мог поделать даже Мангуст. Встав перед графиней на колени, Глеб сдавил свою голову руками. “Гад! — простонал он тихо. — Какой же я гад!” Он стоял на коленях и раскачивался.

На плечо ему легла чья-то рука.

— Проблемы, Француз? — раздался голос Игната Доки.

Глеб резко поднялся. Лицо Папани, окруженного крутыми своими парнями, выражало искреннее сочувствие. И тут на крыльцо особняка выбежал Вася и заорал:

— Француз, там Грач и девушка твоя! Чё ты варежку разинул?!

Глеб пулей понесся к дому. Тело графини за его спиной вспыхнуло синим пламенем и мгновенно сгорело без дыма и пепла. Стоящий рядом с Докой пузан в камуфляже обалдело пробасил: