Темная комната - Уолтерс Майнет - Страница 30

— У нас появились проблемы, — заявил Гэрет, как только на первые заданные Франклину вопросы последовали стандартные ответы «Никаких, мать твою, комментариев». — Я буду говорить прямо, Бобби, чтобы ты сразу уяснил, кто я и откуда. Может быть, ты решишь отвечать на мои вопросы нормально. Меня не интересуют подделка подписи и вся авантюра с кредитками. Меня волнует совершенно другое: у тебя оказались чужие карточки на имя Лео Уолладера и М.С.Харрис, а у меня имеются два неопознанных трупа, найденные вчера в лесах Ардингли. Мы с детективом Фрейзером подозреваем, что эти карточки принадлежат им. Ты мог бы сэкономить нам время, подробно рассказав о том, как они к тебе попали. Мне кажется, что примерно с неделю назад ты наткнулся на мертвые тела и, как любой нормальный мужчина, поживился их добром. — Он дружелюбно улыбнулся. — А что здесь такого? Они мертвы, ты их не убивал, все равно кредитки им больше не понадобятся. Можешь ты все это повторить для нас, чтобы мы смогли, наконец, разобраться с этим делом?

— Да пошел ты, — фыркнул Бобби. — Никаких, мать твою, комментариев.

Мэддокс бросил выразительный взгляд на молодую женщину-адвоката:

— Может, нам с сержантом выйти минут на пять, а вы тем временем объясните своему клиенту, какой у него есть выбор? Не исключена возможность, что мы предъявим вашему подзащитному и другие обвинения, если он не подтвердит, что взял карточки уже у трупов. Стоит добавить, что эти обвинения повлекут за собой самые серьезные меры.

Фрейзер с отвращением наблюдал за непроизвольной мастурбацией Бобби:

— А если уж мы действительно столкнемся стенка на стенку, то нам придется выяснить, что за юная леди сопровождала Бобби в его прогулке по лесу.

— Не было со мной никого! — встрепенулся юнец, не обращая внимания на предостерегающий жест адвоката. Вот дерьмо! Не дай Бог они выяснят, что ей едва исполнилось двенадцать лет!

— Черт с вами! Хорошо, ну, нашел я эти два трупешника. Они уже изрядно воняли. Морды разбиты, кругом копошатся черви, а я что… Неужели я забрал бы эти поганые карточки, если бы рядом кто-то был? Пошевели мозгами, мать твою! Тогда бы мне пришлось делиться. А все было так, как и говорил этот тип. Лежат два трупа, которым кредитки на фиг не нужны, вот я и взял, чтобы попользоваться… Подумаешь, делов-то!

— Твоим долгом было сообщить об этом, Бобби, — почти ласково произнес Мэддокс, словно заключая в кокон свою обычную агрессивность. — Ну, ладно, парень, ты особо не волнуйся. Все мы тут люди, и все понимаем, что правила иногда нарушаются.

— Да пошел ты! Это не мое дело. Вы когда-нибудь старались ради меня? Так почему я должен был суетиться? Да и какая разница: тогда бы вы их нашли или сегодня? Все равно мертвые и есть мертвые.

С этим Гэрет поспорить не мог.

— Ты уверен, Бобби, что был там один? Если с тобой была девчонка, нам это важно знать. — Сейчас ему вспомнились скользящие следы женских каблуков, отпечатавшиеся на склоне.

— Ну да, конечно. — Франклин пару секунд что-то судорожно обдумывал, а потом просиял: — Да если бы девчонка увидела то, что пришлось мне, она бы, наверное, прямо там и сдохла. А если нет, то блевала бы до сих пор. Я и сам-то еле вытерпел. — Его кожа внезапно побледнела. — Я даже не дышал, когда по карманам у них шарил. Прикиньте, там тысячи этих червей ползают… Так вы будете меня обвинять? Я их не убивал. Я такими вещами не занимаюсь.

Мэддокс взглянул на Фрейзера, но тот только пожал плечами. В общем, рассказ парнишки звучал правдоподобно.

— Нет, — наконец, вздохнул, вставая, Гэрет. — Никаких дополнительных обвинений, кроме уже имеющихся, выдвинуто не будет. Но нам, возможно, придется еще раз с тобой побеседовать, поэтому сделай так, чтобы нам не пришлось тебя искать. У двери он остановился и оглянулся на мальчишку. — И еще вот что. Вспомни, не хотел ли кто-то до тебя спрятать эти тела?

— Закопать? Вы имеете в виду, не было ли там могилы?

— Нет, я хочу знать, были ли они прикрыты чем-нибудь.

— Только листьями.

— Хорошо прикрыты?

— Да. Достаточно.

— Как же ты их обнаружил?

Маленькие глазки Франклина снова беспомощно забегали, будто ища невидимой поддержки:

— А кто-то там уже побывал до меня, — наконец, нашелся он. — Лиса, наверное. Она разворошила листья там, где у мужика голова лежала. Я и не знал, что их двое. Начал раскапывать дальше, смотрю, а возле его ног еще одна голова. А если честно, — поморщился Бобби, — лучше б мне было их вообще не находить. — Он брезгливо вытер ладони о брюки. — Столько теперь неприятностей. Я не совсем уверен, что еще в тот раз хорошо вымылся после такой находочки…

Клиника Найтингейл, Солсбери.

6 часов 30 минут вечера.

В тот же день вечером Алан Протероу заглянул в палату Джинкс и увидел, что женщина со странной решительностью расхаживает по комнате взад и вперед.

— Я больше не поеду на прогулку в инвалидном кресле, — сердито буркнула она. — Я и не подозревала, что настолько чувствительна и не могу выносить на себе посторонние взгляды. Это было просто унизительно. — Она указала пальцем на свою забинтованную голову. — Когда снимут это идиотство?

— Наверное, завтра утром, — отозвался доктор, удивляясь тому, только ли унижение смогло вызвать в женщине такой гнев. Должно пройти немало времени, прежде чем она признается, что начала вспоминать какие-то события. — Вас отвезут в Одстокскую больницу к половине десятого. И, если доктор посчитает, что с вами все в порядке, он снимет бинты.

Возле тумбочки Джинкс остановилась:

— Ну, спасибо хоть на этом. Сейчас я чувствую себя, как чудовище Франкенштейна.

Его дружелюбное лицо тут же осветилось улыбкой:

— Вы на него совершенно не похожи.

Наступила короткая пауза.

— А вы женаты, доктор Протероу?

— Был когда-то. Моя жена умерла четыре года назад от рака груди.

— Мне очень жаль. Простите, я не знала.

— А почему это вас заинтересовало?

Честное и откровенное любопытство. Просто приятно смотреть на милого и свободного доктора, заботящегося о своих пациентах, в то время как у самого на всех рубашках не хватает пуговиц.