Неукротимое томление - Уильямсон Пенелопа - Страница 131

— Нам и незачем убивать всех, — заметил Тай. Хватит и одного залпа. Абенаки не из тех, кто ищут славной смерти на боле боя. Главное — это убить как можно больше врагов, но сохранить себя для будущих битв. Покинуть поле боя они не считают позорным, поэтому, увидев, что понесли потери, они не станут рисковать. Абенаки пойдут туда, где им не смогут дать такого отпора.

Рука полковника Бишопа тяжело легла на плечо Тая.

— Молю Бога, чтобы ты оказался прав. Как ты думаешь, когда они нападут?

— Ночью. По крайней мере, задолго до рассвета.

Тай пошел прочь от пушки. Он не выпускал из рук заряженное ружье, готовый в любую минуту выстрелить. Ему придется это делать, потому что он не хочет ни умереть, ни потерять Делию. Но он знал, что каждый раз, нажимая на курок и видя падающего абенаки, будет вздрагивать от ужаса при мысли, что этот воин — его отец Эссакамбит.

Сейчас Тай был очень подавлен, пожалуй, больше, чем в то давнее время, когда Эссакамбит привез его к деду и оставил там.

Кто он — Тайлер Сэвич? Врач йенги? Или все-таки Бе-даги, сын сахема абенаки? Ему опять предстояло сделать выбор. Он был йенги по крови и по образу жизни, и теперь он должен сражаться за это.

Он прислонился к деревянной стене и посмотрел в небо. В нем сверкали звезды, а луну окружало матовое облачко. Абенаки верят, что Млечный путь — дорога в мир духов. Если людям из Мерримитинга повезет, то много воинов абенаки пойдет завтра по этой дороге.

— Тай?

Он выпрямился и медленно обернулся. К нему подошла она, его любовь. Кожа вокруг ее глаз потемнела, губы дрожали. Он раскрыл объятия, и она прижалась к нему.

Она обняла его, приникла к его груди и глубоко вздохнула.

— Как дети перенесли это? — спросил Тай.

Она еще теснее прижалась к нему и вздохнула еще глубже.

— Не думаю, что Тилди все поняла. Но Мэг... Она рыдала, пока не уснула. Почему мы умираем, Тай?

— Мы не хотели, чтобы он умер, Делия, — сказал он, отвечая на незаданный ею вопрос. Он понимал, что чувство вины неизбежно, ибо смерть Нэта снова открыла им путь друг к другу. Конечно, они всегда принадлежали друг другу, но смерть Нэта вернула им будущее и счастье.

Он обнял ее и молчал, понимая ее чувства и разделяя их.

Делия провела кончиком его пальца по своей губе.

— Я люблю тебя, Тайлер Сэвич.

Он поцеловал ее, но в этом поцелуе не было страсти: он шел из глубины его сердца.

Он поцеловал ее с любовью.

Они показались из леса с первыми лучами солнца, их леденящие душу военные крики взрывали тихий ночной воздух.

Сэм Рандольф поднес огонь к пороху. Полковник Бишоп стоял рядом с ним, подняв руку.

— Подожди, подожди, — мягко говорил он, — дай им подойти поближе, чтобы их можно было сосчитать, Сэм, сосчитать... — Потом он резко опустил руку. — Давай!

Пушка рванула, выбросив мушкетные ядра, гвозди и разный железный хлам в толпу атакующих индейцев. Выстрел прозвучал как гром, и все вокруг окутал дым. Военные кличи сменились воплями и стонами.

Откашлявшись от дыма и обернув руку тряпкой, чтобы не обжечься о горячий металл, Сэм Рандольф приготовился к следующему выстрелу.

Но на его плечо легла рука полковника Бишопа.

— Не надо. Смотри, док был прав. Они бегут!

Сэм вскрикнул от радости.

— Мы очистили поле боя всего одним выстрелом!

На всякий случай он все-таки перезарядил пушку, и все напряженно замерли, глядя, не вернутся ли абенаки.

Но Тай не стал ждать. Он перелез через частокол и поспешил к поляне, на которой лежали тела сраженных индейцев. Их было около дюжины.

Он хотел посмотреть, жив ли кто-то из них и знает ли он кого-нибудь.