Неукротимое томление - Уильямсон Пенелопа - Страница 130

— Нэт! — закричала Лузифи. Вырвавшись из рук Духовидца, она бросилась к упавшему мужчине. — Нэт!

Вдруг Духовидец повернул голову. Нет, то был не шум, а предчувствие, столь же яркое, как видение. Он увидел духа в человеческом обличий; тот появился из-за деревьев. Он увидел, как дух протянул к нему длинную руку, и вслед за этим вспыхнуло пламя...

Духовидец не слышал выстрела, который убил его. Но если бы он и услышал, то принял бы его за гром небесный.

Тай перезарядил ружье и, убедившись, что Духовидец мертв, поспешил к Делии и оттащил ее от Нэта. Указав на котел с кипящим соком, за которым рыдая прятались девочки, Тай сказал:

— Бери детей и беги в крепость, Делия. Сообщи обо всем полковнику Бишопу. Скажи, что часть племени абенаки собирается напасть на Мерримитинг.

Делия посмотрела на свои руки, залитые кровью и подняла на Тая глаза, в которых застыл ужас.

— Тай... Нэт, он...

Тайлер потряс ее за плечи.

— Делия! Ты должна предупредить Мерримитинг и спрятать детей за стенами крепости. — Он встряхнул ее сильнее. — Ты меня понимаешь?

Она кивнула, прикусив губу.

— Хорошо, — неожиданно он сильно и быстро поцеловал ее в губы, потом повернул и подтолкнул вперед. — Теперь беги, крошка Делия! Беги быстро, как можешь!

Делия побежала. Тай смотрел на нее, пока она не достигла того места, где сидели девочки. Она подхватила Тилди, взяла за руку Мэг, и все трое побежали по колее к поселку.

Тай опустился на колени перед Нэтом.

На него смотрели серые, потемневшие от боли глаза.

— Док? У меня очень болит живот.

— Тебе в живот вонзился нож, Нэт, — сказал Тай. У него не было с собой ничего, что могло бы облегчить боль. — Мне надо вытащить его.

Нэт то ли всхлипнул, то ли вздохнул.

— Делия...

— С ней все в порядке. И с девочками тоже. Теперь держись, Нэт, тебе будет чертовски больно...

Нож вонзился глубоко и выходил с трудом, так что Тай боялся, что это убьет Нэта. Но Нэт все еще дышал, хотя и очень тяжело, и то и дело стонал. Прикрыв его своей курткой, Тай стал прислушиваться, когда зазвонит колокол в крепости. Это означало бы, что Делия с детьми добралась благополучно. Однако он понимал, что даже если они будут бежать очень быстро, то на дорогу у них должно уйти не менее получаса.

Размышляя, как бы соорудить носилки, чтобы перевезти Нэта, Тай вдруг увидел повозку с камнями. Он подвел волов поближе и осторожно положил Нэта в повозку. От этого Нэт снова вскрикнул.

Оказавшись в повозке, Нэт вздохнул, и голова его беспокойно заметалась.

— Мэри...

— Держись, Нэт. Ты должен держаться!

Глаза Нэта на мгновение прояснились и остановились на лице Тая.

— Делия... скажи ей... я все собирался, но... так у меня и не получилось...

Тай сжал его плечо.

— Сам ей все скажешь, когда доберемся до Мерримитинга.

Нэт закрыл глаза. Началась агония. Боль казалась чем-то живым. Он почти видел, как она пожирает его изнутри, словно жадная голодная собака. Боль была непереносимой, и Нэт надеялся, что скоро умрет.

«Мэри...»

Теперь она была совсем рядом с ним. Впервые с того дня, как она умерла, Нэт явственно слышал ее голос, а ее образ, который начал стираться в его памяти, неожидано ярко встал перед ним. Ему почудилось, что ее губы коснулись его лба.

«Я иду, — сказал он ей, — Скоро, скоро...»

На какой-то момент смерть отступила, и тогда он почувствовал себя виноватым в том, что хочет умереть. Он оставлял детей и жену. Но чувство вины было несравнимо с желанием избавиться от этой ужасной боли... и с радостью, немыслимой радостью оттого, что теперь уже скоро он увидит свою Мэри.

Теперь они вновь встретятся и уже навсегда!

Колокола. Где-то далеко он слышал колокола.

«Как стране, — подумал Нэт, — что на небе есть колокола».

Голубое небо над головой стало невыносимо ярким, а колокольный звон приближался. Белый свет, льющийся на него, был холодным, очень холодным... Но он не замечал этого, потому что этот холод унял боль у него в животе.

«Скоро, — подумал он, — скоро, скоро...»

«Мэри».

Услышав шепот Нэта, Тай обернулся, чтобы успокоить его. Но слова замерли у него на устах, когда он увидел открытые безжизненные глаза.

Звон колокола далеко разносился в весеннем воздухе. По дорогам, ведущим к крепости, потянулись окрестные поселенцы — пешком, верхом, в повозках. С собой они взяли лишь самое необходимое. Скоро показался Мерримитинг.

Ворота были распахнуты, но вдоль стен уже стояли посты, ружья были направлены в сторону леса. В крепости суетился народ.

Двери блокгауза распахнулись, и Тай въехал во двор. Выбежав к нему навстречу, Делия застыла на месте; она переводила взгляд с неподвижного тела Нэта на лицо Тая. Он услышал крики Мэг.

— Пустите, меня, пустите!

Тай догнал Делию. Ему очень хотелось прижать ее к себе и утешить, но он не решился, боясь, что она не так поймет его.

— Он умер по дороге, Делия. Я делал что мог, но у него не было ни малейшего шанса.

Она остановилась и прикоснулась к его щеке.

— Спасибо тебе, Тай, — мягко сказала она.

И пошла к Нэту.

Она села возле него, взяла его руку, поднесла к губам и заплакала. Тай повернулся к ней спиной, страдая от ревности. Он не мог понять этого.

Солнце село, и сильно похолодало. Мороз разукрасил окна. Показалась луна, белая и круглая, как плотно сбитый снежок. Лес купался в ее ярких серебряных лучах.

Разведчики вернулись перед закатом. Один из них видел военную группу абенаки — более двухсот человек. Они грабили и сжигали фермы и дома, стоявшие в отдалении, но то, что конечной целью их похода был именно Мерримитинг, не вызывало сомнений.

Тайлер Сэвич, полковник Бишоп и Рандольф стояли возле пушки. Длинный черный нос орудия был устремлен на восток, откуда ждали абенаки.

Полковник с сомнением посмотрел на пушку и погладил ее ствол.

— Ты уверен, Сэм, что она может стрелять?

— Черт возьми, не уверен. — Для Сэма Рандольфа говорить было труднее, чем ворочать жернова; он комкал свою шляпу. — Не думаю, что от нее будет много проку. Но хоть разок выстрелить она должна.

Полковник посмотрел в непроглядную ночную тьму.

— У нас всего два заряда. Абенаки так много, что уложить всех двумя выстрелами мы не сможем.