Трон из костей дракона - Уильямс Тэд - Страница 173

— Я уверен, что о многом из случившегося вы уже знаете, поскольку Джошуа и некоторые другие из здесь присутствующих были тому свидетелями. Я сказал Элиасу, что не могу больше оставаться в Хейхолте, когда снежные бури убивают моих людей и погребают наши города, а мой юный сын вынужден разбираться со всем этим вместо меня. Король препятствовал моему возвращению и препятствовал месяцами, но наконец вынужден был согласиться. Я забрал своих людей и двинулся на север.

Первым происшествием на нашем пути была засада в аббатстве Святого Ходерунда; прежде чем напасть на нас, негодяи перебили всех обитателей этого святого места. — Изгримнур коснулся деревянного древа, висевшего у него на груди. — Мы сражались и обратили их в бегство; они скрылись, когда нас остановил чудовищный ливень.

— Я не слыхал об этом, — сказал Дивисаллис из Наббана, задумчиво глядя на герцога. — Кто устроил засаду в аббатстве?

— Не знаю, — с отвращением ответил риммерсман. — Нам не удалось захватить ни единого пленника, хотя изрядное количество мерзавцев отправилось по холодной дороге в ад. Некоторые из них были похожи на риммеров. Тогда я был уверен, что это наемники — теперь я не тороплюсь с выводами. Один из моих родственников погиб в схватке с ними.

Во-вторых, когда мы стояли лагерем недалеко от Нока, на нас напали мерзкие буккены, целый рой буккенов, да еще на открытом месте, хотите верьте, хотите нет. Они напали на большой, хорошо вооруженный лагерь! Их мы тоже разбили, но понесли при этом большие потери… Хани, Тринин, Уте из Сигарда…

— Буккены? — Барон Дивисаллис поднял брови, и невозможно сказать, чего в этом было больше — изумления или презрения. — Вы хотите сказать, что ваших людей атаковали маленькие человечки из северных легенд, герцог Изгримнур?

— Может быть, на юге это и считают легендами, — фыркнул со своего места Айнскалдир. — Все может быть в изнеженных дворцах Наббана, но у себя на севере мы не сомневаемся в них и держим топоры наготове.

Барон Дивисаллис явно разозлился, но прежде чем он успел бросить сердитую реплику, Саймон ощутил рядом с собой быстрое движение, и зазвенел голос.

— Неправильное понимание и невежество мы имеем как на севере, так и на юге, — сказал вставший на стул Бинабик, положив руку на плечо Саймона. — Буккены, землекопы, не распространяются в своих норах за северные границы Эркинланда, но то, что приносит большую удачу южанам, не должно оказаться принимаемым за веселую сказку.

От изумления Дивисаллис откровенно разинул рот, да и не он один.

— Это что, сам буккен явился эмиссаром в Эркинланд? Теперь я видел все сущее под солнцем и могу умереть счастливым.

— Если я представляюсь собой самое странное существо, которое вы видели в прохождении этого года… — начал Бинабик, но его прервал рев Айнскалдира, вскочившего со своего места подле остолбеневшего Изгримнура.

— Это хуже всякого букки! — прорычал он. — Это тролль, гнусная тварь! — Он рванулся вперед, отбросив сдерживающую руку герцога. — Что здесь делает этот похититель младенцев?

— Тебе не понять, громадный бородатый идиот! — огрызнулся Бинабик. Собрание обрушилось во всеобщий крик и неразбериху. Саймон схватил тролля за запястье, потому что маленький человек так далеко наклонился вперед, что мог вот-вот рухнуть на залитый вином стол.

Наконец над всем этим бедламом разнесся голос Джошуа, сердито призывающий к порядку.

— Кровь Эйдона, я не потерплю подобного безобразия! Вы мужчины или дети?! Изгримнур, Бинабик из Йиканука мой гость. Если твой человек не желает уважать правила моего замка, он может испробовать на себе гостеприимство моих подвалов. Я требую извинений! — Принц подался вперед, как пикирующий ястреб, и вцепившийся в куртку Бинабика Саймон был поражен его сходством с покойным Верховным королем. Перед ним был Джошуа, каким ему следовало бы быть.

Изгримнур склонил голову:

— Я приношу извинения за моего вассала, Джошуа. У него горячая голова, и он не привык к приличному обществу. — Риммер бросил свирепый взгляд на Айнскалдира, который, бормоча что-то себе в бороду, уселся на место, упорно глядя в пол. — Между нашим народом и народом троллей — многолетняя вражда, — объяснил герцог.

— Тролли Йиканука не враждуют ни с кем, — более чем высокомерно ответил Бинабик. — Это риммеры питают такой страх к нашему огромному росту и ужасной силе, что предпринимают нападение везде, где видят нас, даже в замке Джошуа.

— Довольно, — принц раздраженно махнул рукой. — Это не место для откупоривания старых бутылок. Бинабик, вы еще получите слово. Изгримнур, ты не закончил свой рассказ.

Дивисаллис откашлялся.

— Позвольте мне сказать только еще одно, принц, — он обернулся к Изгримнуру. — Теперь, когда я увидел маленького человека из… Киванука? — мне легче поверить вашему рассказу о буккенах. Прошу простить мои слова сомнения, добрый герцог.

Нахмуренное лицо герцога смягчилось.

— Не стоит об этом, барон, — проворчал он. — Я уже позабыл ваши слова, так же, как вы, уверен, позабыли глупую речь Айнскалдира.

Герцог немного помолчал, чтобы собраться с мыслями.

— Итак, как я уже говорил, в этом-то и была странность всего происходящего. Буккены редки даже во Фростмарше и в пустынных северных горах, и мы благодарим Бога за это. Никто никогда не слыхал, чтобы они нападали на такие вооруженные отряды, как наш. — Его взгляд скользнул по Бинабику и остановился на Саймоне. Всматриваясь в его лицо, он снова нахмурился. — Маленькие… они маленькие… но свирепы и очень опасны, когда нападают в большом количестве. — Тряхнув головой, как бы освобождаясь от смутных воспоминаний, рожденных видом Саймона, герцог перевел взгляд на остальных присутствующих. — Мы избавились от обитателей нор и направились к Наглимунду. Здесь мы быстро пополнили запасы и двинулись дальше на север. Мне не терпелось поскорее увидеть родные места, обнять жену и сына.

Верхняя Вальдхельмская дорога и Фростмарш стали сейчас нехорошими местами. Те из вас, чьи замки находятся на севере, поймут, о чем я говорю, без лишних слов. Мы были счастливы на седьмую ночь пути увидеть впереди огни Вественби.