Трон из костей дракона - Уильямс Тэд - Страница 160

— Но я думал, что принц Джошуа не хочет быть королем, — сказал Саймон.

— А он и не хочет. Но Элиас не такой человек, чтобы это понять. Властолюбивые люди никогда не верят, что другие хоть чем-то от них отличаются. А кроме того, Прейратс нашептывает ему свои змеиные советы.

— По-моему, Джошуа и король враждовали задолго до того, как появился Прейратс.

Сангфугол кивнул:

— Да, между ними всегда были трения. Когда-то они любили друг друга и были ближе, чем большинство братьев, по крайней мере так мне говорили старые слуги Джошуа, но потом они поссорились и… умерла Илисса.

— Илисса? — спросил Саймон.

— Жена Элиаса из наббанаи. Джошуа вез ее к Элиасу, когда тот был еще принцем и воевал за своего отца в Тритингах. Кавалькаду подстерегли рейдеры тритингов. Джошуа потерял правую руку, пытаясь защитить Илиссу, но рейдеров было слишком много.

Саймон тяжело вздохнул:

— Так вот как это случилось.

— Тогда умерли все братские чувства, которые еще оставались между ними… так говорят люди.

Немного поразмыслив над словами Сангфугола, Саймон встал и потянулся. Еще не зажившая рана на ребрах немедленно дала о себе знать резкой болью.

— И что же теперь собирается делать принц Джошуа?

Арфист почесал руку и посмотрел вниз, на двор.

— Не приходится даже гадать, — сказал Сангфугол. — Принц Джошуа осторожен и нерешителен; да и как бы то ни было, они обычно не зовут меня обсудить с ними дальнейшую стратегию. — Он улыбнулся. — Ходят слухи, что к нам съезжаются важные эмиссары и что в течение этой недели Джошуа созовет официальный рэнд.

— Что?

— Рэнд. Это старое эркинландское название чего-то типа совета. В этих краях люди вечно цепляются за старые традиции. В селах, подальше от замка, крестьяне говорят на древнем языке, так что человеку из Хейхолта вроде тебя, наверное понадобился бы переводчик.

Саймон не желал отвлекаться на разговор о недостатках местного населения.

— Совет, ты сказал? Э-э… Рэнд? Это будет… военный совет?

— В эти дни, — ответил музыкант, и лицо его снова стало сумрачным, — любой совет в Наглимунде будет военным советом.

Они шли рядом вдоль стены.

— Я удивлен, — говорил Сангфугол, — что, учитывая все те услуги, которые ты оказал моему господину, он до сих пор не дал тебе аудиенции.

— Я вылез из постели только этим утром, — сказал Саймон. — Кроме того, он мог просто не понять, что я — это я; на темной поляне в чаще леса, в обществе умирающего великана… и вообще.

— Да, наверное, ты прав, — сказал арфист, хватаясь за шляпу, которая делала все что могла, чтобы улететь с очередным порывом ветра.

Все-таки, думал Саймон, если Мария передала ему послание от принцессы, она наверное упомянула своих спутников. Я никогда бы не подумал, что она девочка такого сорта, что легко забывает друзей.

Хотя, справедливости ради, следовало заметить, что любая девчонка, чудом спасенная из сырого, полного опасностей леса, предпочла бы проводить время с благородными обитателями замка, а не с нищим судомоем.

— Ты случайно не видел эту девчонку, Марию, про которую я тебе говорил, — спросил он Сангфугола.

Арфист покачал головой:

— Люди каждый день входят в эти ворота, и не только те, которые бегут из окрестных деревень и ферм. Прошлой ночью на лошадях с попонами из кожи прибыли из Эрнистира первые всадники принца Гвитина. Основной отряд принца будет здесь сегодня вечером. Лорд Этельферт из Тинсетта с двумя сотнями людей уже две недели как прибыл. Барон Ордмайер приехал вслед за ним и привел еще сотню из Итерселла. И другие лорды съезжаются отовсюду со своими войсками. Готовится большая охота, Саймон, — хотя один Бог знает, кто за кем охотится.

Они дошли до северо-восточной башни, где Сангфугол приветственно помахал молодому солдату, стоявшему в карауле. За его плечами поднимался Вальдхельм. Горы, казалось, были так близко, что протяни руку — и дотронешься.

— Как он ни занят, — внезапно сказал арфист, — все-таки как-то нехорошо, что он до сих пор тебя не видел. Не возражаешь, если я замолвлю за тебя словечко? Я буду при нем сегодня вечером за обедом.

— Конечно, я хотел бы его увидеть. Я… очень тревожился за его безопасность. И мой господин очень много отдал за то, чтобы Джошуа смог вернуться домой.

Саймон и сам был удивлен, услышав нотку горечи в своих словах. Он не хотел, чтобы она звучала, но все же ему пришлось многое перенести, чтобы добраться сюда, и не кто иной как он нашел Джошуа связанным и подвешенным, словно фазан на двери охотника.

Тон замечания не ускользнул и от Сангфугола, он взглянул на Саймона со смесью сочувствия и восхищения.

— Я понимаю. Но не советую тебе излагать это моему хозяину именно таким образом. Он гордый и непростой человек, Саймон, но я уверен, что он не забыл тебя. Видишь ли, в этих краях в последнее время тоже было тяжело и даже почти так же мучительно, как и твое путешествие.

Саймон вздернул подбородок и уставился на горы и далекие кроны взъерошенных ветром деревьев.

— Я знаю, — сказал он. — Если принц примет меня, это будет большой честью, если нет — что ж, так оно и будет. Арфист лениво улыбнулся, веселые глаза блеснули:

— Гордая и справедливая речь. Позволь мне теперь показать тебе Гвозди Наглимунда.

При полном свете дня это и в самом деле оказалось потрясающим зрелищем. Поле сверкающих кольев начиналось в нескольких эллях от рва под восточной стеной замка и поднималось по склону и вдоль него примерно на четверть лиги к подножиям гор. Они стояли ровными радами, как будто легион часовых был похоронен здесь, оставив свое оружие торчать над тесной землей в доказательство, что они добросовестно несли свою службу.

— И что же, этот, как-его-там-звали, устроил все это только потому, что очень боялся ситхи? — спросил Саймон, сбитый с толку полем серебристо-серого сияния, расстилавшимся перед ними. — Почему бы ему просто не поставить их на стены?

— Герцог Эсвайдес его звали. Он был наббанайским наместником и нарушил обычаи, построив дворец на землях ситхи. А почему не на стенах — что ж, я думаю, он боялся, что они смогут найти способ перебраться через единственную стену или под ней. А так им пришлось бы пройти сквозь этот строй. Здесь ведь нет и половины, Саймон, раньше они торчали со всех сторон. — Сангфугол взмахнул рукой, обводя склоны холмов.