Космический маразм - Бушов Сергей - Страница 107

Последние слова потонули в шквале аплодисментов, которые Дудиков внезапно смял рукой и отбросил в сторону, оставшись наедине с Рубелем посреди крохотной плохо оштукатуренной каморки без дверей и без окон.

- Ну что? – спросил он Рубеля. – Сойдёт?

- Весьма вдохновляет, - кивнул Рубель. – Мне даже самому захотелось дать вам денежку.

- За чем же дело стало? – хмыкнул Семён, снимая шапку Мономаха и протягивая демону словно чашу для подаяния. – Ладно, шучу. Ты лучше вот чего… Добудь мне часы такие, типа шахматных, только для одного. Чтобы время отмеряли и звонили каждые десять секунд.

- Эээ, - Рубель ошарашенно поднял брови.

- А, ладно, как хочешь. - Дудиков отмахнулся. – Где тут выход?

Он шагнул в случайную сторону, и в стене образовалась дверь, за ней залитый солнцем зелёный дворик, а в центре его огромный трактор, увешанный спойлерами, дефлекторами и прочими прибамбасами, не говоря уж обо всех последних моделях оружия.

- Ну, здравствуй, - сказал Дудиков, сбрасывая с себя мантию и медленно обходя трактор кругом.

Он коснулся причудливо изогнутого заднего крыла, провёл ладонью по ряду зеркал и потрогал датчик Гейгера внутри выхлопной трубы.

- Только ты меня понимаешь, - произнёс он. – И не предашь никогда. Правда ведь?

Трактор промолчал, словно подтверждая сказанное.

- Куплю тебе ещё пушечку скоро, - продолжил Дудиков. – вон туда повесим, под брюшко. Не бойся, мешать не будет, она складная. Зато если вдруг и вправду найдётся супостат…

Голос Дудикова дрогнул, и на глазах заблестели слёзы.

А в это время персональный пенсионер планеты Земля Илья Владимирович Тюртяев брёл вдоль длинного ряда людей к мрачному сооружению, похожему одновременно на Дом Союзов и мавзолей Петера Второго Петровича-Негоша. Люди смотрели на старика хмуро, словно в чём-то не одобряли.

- И то правда, - пробормотал Илья Владимирович. – Куда уж мне… Какая от меня может быть обществу польза? Убытки одни.

Он грузно лёг в уже привычный гроб, который услужливо выплыл из тумана в центре помещения под зловещее шипение невидимых механизмов, положил усталые руки на грудь и закрыл глаза.

Перед его мысленным взором поплыла вся его никчёмная жизнь, потраченная на службу партии и народу. И, словно припев в песне, повторялась в этих видениях одна и та же мысль, не дающая старику покоя – мысль о том, что не бывает в Ираке белых медведей.

Глава 3. Тамара и демон

Как и большинство девушек, Тамара любила спать. Но немного не так, как все остальные. Она лучше высыпалась, если сон был беспокойным, с несколькими пробуждениями за ночь. Она любила проснуться среди ночи и лежать в полудрёме, разглядывая пятна света, двигающиеся на потолке. Ей представлялись странные образы, будоражащие фантазию и дающие пищу для размышлений. Примерно по той же причине она любила сны. Они, правда, ей снились не часто, зато яркие, трёхмерные, с цветом и звуком. Как правило, наутро она их не помнила, но ощущение чего-то приятного, нереального, оставалось.

Так и в это утро. Она села в пижаме на край кровати и попыталась вспомнить сон. Но память упорно отказывалась ей помогать, так что Тамара могла быть уверена только в том, что сон определённо был, он приносил ей удовольствие, и в нём она летала.

А за окном уже вовсю светило летнее солнце, и пора было начинать новый день, поэтому Тамара отбросила мысли о сновидениях, впрочем, оставив себе то приятное настроение, которое было ей подарено сном.

Она босиком ступила на паркетный пол и прошла в ванную. Тщательно умыла лицо сначала водой, затем лосьоном. Потом с помощью скраба удалила частички ороговевшей кожи и умылась снова, не менее тщательно, чем в первый раз. Затем взяла в руки электрическую зубную щётку и принялась методично чистить зубы. На четвёртой минуте этой процедуры Тамаре показалось, что зубная щётка не просто жужжит, а издаёт некую заунывную мелодию. «В конце концов, ничего удивительного в этом нет, - подумала Тамара. – Это одно из проявлений сарвасаттвы, которая пронизывает все предметы». Прервав песню щётки, она воспользовалась зубной нитью, а затем ирригатором. Немного поразмыслив, сходила в туалет, после чего вернулась и умылась снова, чуть дольше и старательнее, чем в первые два раза.

Закончив с умыванием, Тамара вышла в комнату, встала точно в геометрическом центре пола и начала гимнастику. Сначала неторопливая разминка. Затем перевёрнутая поза, бумеранг, плуг, павлин. Усевшись в тугой лотос, Тамара ощутила небольшое покалывание в горле и совместила лотос с симхасаной, что не возбранялось.

В планах Тамары сегодня значились чтение книг по экономике и знакомство с оригиналами английских поэтов девятнадцатого века. Сидя с полузакрытыми глазами, она попыталась подготовить свой разум к предстоящему поглощению знаний, расслабив его, а затем сосредоточившись на воображаемой красной точке впереди. Однако что-то не давало ей полностью погрузиться в медитацию. Она проанализировала ощущения и поняла, что на лоб её падает горячий солнечный зайчик.

«Середина лета, - подумала Тамара. – А я всё сижу за книжками и вдыхаю пыль. Даже не загорала ещё ни разу».

Открыв глаза, она попыталась принять взвешенное решение о том, стоит ли продолжать медитировать или сначала разобраться со своими потребностями в летних удовольствиях. Разбрасываться своим временем, чтобы тащиться на пляж, казалось Тамаре несусветной глупостью. В то же время она знала, насколько навязчивыми могут быть внезапно возникшие желания, и понимала, что проще их как минимум отчасти удовлетворить, чтобы затем полностью посвятить себя важным делам.

Итак, она поднялась с пола и в задумчивости подошла к окну. Внизу, покачивая рогами, проехал нелепый плюшевый троллейбус, а затем в сторону кинотеатра «Иллюзион» проследовало несколько гуманоидов с огромными лысыми зелёными головами и раскосыми глазами без век. Тамара не придала этому большого значения, поскольку придерживалась широких взглядов и считала, что каждое существо имеет право на жизнь и свободу самовыражения.

Тут её взгляд упал на широкий мраморный карниз, опоясывавший здание между четвертым и пятым этажами, прямо под её окном. «Да ведь это как раз подходит для того, чтобы позагорать! - воскликнула Тамара мысленно. – И как я раньше этого не замечала?»

Карниз был залит солнечным светом и выглядел достаточно широким, чтобы улечься на нём с комфортом. Высоты Тамара не боялась - точно так же, как не боялась собак, воды и смерти. Поэтому через несколько минут она уже переоделась в купальник, прихватила полотенце и принялась возиться с рамой, пытаясь ее открыть. Наконец ей это удалось, и Тамара в воодушевлении забралась на подоконник, собираясь спуститься на заветный карниз.

В то же мгновение с одного из верхних этажей на карниз низвергнулся поток помоев, и Тамара еле успела отшатнуться, чтобы увернуться от брызг. Её душевное равновесие было нарушено, а лучшие чувства поруганы.

- Мусоропровод же есть! – возмущённо произнесла она, не стремясь, впрочем, чтобы её кто-нибудь услышал.

Она уже хотела было закрыть раму, как вдруг снаружи послышался непривычный звук: словно невидимый великан быстро-быстро листал несколько огромных книг сразу. Тамара озадаченно выглянула в окно и посмотрела вверх, откуда, похоже, доносился шум.

Её взору предстал атлетично сложенный брюнет с кожей синеватого цвета, который, энергично махая крыльями, спускался с небес в сторону Тамары, при этом глядя ей прямо в лицо своими бездонными голубыми глазами.

В голове Тамары пронеслось несколько мыслей сразу. Во-первых, синие мужики не летают. Во-вторых, она вообще никогда прежде не видела синих мужиков, поэтому утверждать, что они не летают, с её стороны было самонадеянно и некорректно. В-третьих, синий мужик с крыльями, одетый в одни только плавки – это явная сублимация сексуальной неудовлетворённости, так что ей, пожалуй, стоило снова наведаться к психоаналитику Неверову. В-четвёртых, а мужчина-то был чрезвычайно симпатичным…