Похититель сердец - Томас Пенелопа - Страница 21

Глава десятая

Даморна вбежала в свою спальню и бросилась на кровать. Проклятая Уикершем! Это из-за нее она опоздала домой и получила выволочку от милого сердцу Квентина.

Дверь скрипнула, и в комнату вошел он… Учитель!

— С тобой все в порядке? — спросил он задушевно.

— Со мной все в порядке, — механически ответила Даморна, торопливо вытирая слезы.

Квент подсел на диван к своей воспитаннице, взяв ее руку и сплетя свои пальцы с ее пальцами.

— Прости, я не хотел расстраивать тебя. Если я и был груб, то только из-за того, что…

— Из-за чего же? Квент нахмурился.

— Видишь ли, до того, как я встретил тебя, я все в своей жизни мог контролировать. А теперь, похоже, не могу контролировать даже такую мелочь, как собственное поведение. Чувства взяли верх над разумом.

Даморна не узнавала своего наставника. У нового Квентина глаза были какие-то грустные, смущенные, голос нерешительный, слабый, робкий.

— Если бы ты доверился мне, я смогла бы тебе помочь!

Учитель печально посмотрел на свою воспитанницу.

— Тебе не зачем бередить мои раны. У нас есть более важные вопросы для обсуждения… Скажи, ты любишь Эвертона?

Даморна уставилась на Квента. Так вот в чем все дело!

— Боже мой! — всплеснула она руками. — Конечно же, нет!

— Ты уверена в своих чувствах?

— Совершенно уверена. Я не люблю маркиза. Не нужно путать любовь с простым чувством уважения. Это даже смешно.

— Смешно? Смешно тягаться с тем, кто облечен властью? У кого богатство, титулы? Какую чепуху ты говоришь…

— Ну как мне убедить тебя! — заломила руки Даморна. — Лорд ничего не значит для меня! Я питаю к нему глубокое уважение, но, повторюсь, не стоит смешивать это чувство с настоящей любовью!

Квентин перестал хмуриться. Даморна поймала его взгляд и вдруг поняла, как они близки сейчас. Учитель также быстро оценил ситуацию и запечатлел поцелуй на лбу своей подопечной. К Даморне как будто головней горящей прикоснулись. Сердце ее чуть не выскочило из груди. Девушке стоило огромных усилий скрывать свою внезапно вспыхнувшую страсть.

— Я не могу медлить, — сказал Квентин. — Рассказывай, что там было на приеме у герцогини.

Даморна вкратце пересказала ему события прошедшего вечера.

Квентин долго и напряженно слушал, а потом встал с дивана, чтобы размять ноги. Затем засунув неподвластные руки в карманы, отошел на безопасное от девушки расстояние, и только тогда полностью отдался деловой беседе.

— Значит, говоришь, она звала тебя в карты поиграть? Хорошо. Очень хорошо. Это предложение надо непременно обдумать!

— Я прилично играю в карты, — призналась Даморна, — но, должно быть, ставки у графини очень велики… Не слишком ли мы рискуем?

— Даже если ты будешь проигрывать, относись к этому с полным безразличием. И тем более сохраняй спокойствие в случае выигрыша!

Чехлы с картин в Клейремонт Хаус были сняты, шторы опущены на окна. В каминах пылал огонь. Свечной свет заливал паркет и настенную роспись. Однако пуще всего сияли собравшиеся в зале гости.

— Боже мой, леди Милфилд! Еще один выигрыш! — воскликнула герцогиня, взглянув на выросшую горку монет перед Даморной. — Так приведете мой дом к гибели!

— Чепуха. Вам, герцогиня везет сегодня ничуть не меньше моего. Нам просто повезло, что джентльмены в этом зале настолько воспитаны, что не позволяют нам проигрывать.

К Дармоне в этот вечер, действительно, шла карта. Впрочем, девушку это нимало не волновало. Больше всего хотелось ей домой, и наконец она не сдержала зевка.

— Господи! — послышался откуда-то сверху мужской голос. — Мне казалось, что в этом зале нет места скуке!

Даморна подняла голову и увидела того самого молодого человека, которого Квентин называл в театре Реджинальдом.

— Но ведь это всего лишь игра! — рассмеялась она.

— Зато награды вполне реальны.

Реджинальд не отводил мрачного взгляда от тех денег, что лежали перед Даморной. Какая-то женщина вдруг подбежала к нему и стала промокать платком губы. Этой женщиной была, разумеется, Джейн Пулэ. Тут же находилась и тетка Логхтона.

Герцогиня Клейремонт предложила Логхтонам присоединиться к игре. Реджинальд сделал крупную ставку и проиграл. Разочарование мгновенно отразилось на его несколько одутловатом лице. Он вновь поставил деньги, и вновь их выиграла Даморна.

— Будь я проклят, — вскричал Логхтон, — но в вашей игре, леди, что-то не чисто. Простому смертному не может так везти!

Девушка улыбнулась, пытаясь скрыть раздражение.

— Вы правы, сэр, в карточной игре нужно проявлять недюжинное мастерство!

— Я не это имел ввиду!

— Мы прекрасно поняли, что вы имели ввиду, Реджинальд, — холодно проговорила графиня. — Леди Милфилд превосходит вас не только в игровом мастерстве, но и в смысле хороших манер. Не мешало бы вам извиниться!

— И не подумаю, — набычился Реджинальд. — Не моя вина в том, что неверно истолковали мои слова.

— Надеюсь, вы все-таки простите Реджинальда, — сказала вдруг… Джейн Пулэ, да-да, сама Джейн Пулэ.

Даморна улыбнулась, всем сердцем желая того, чтобы грубиян покинул зал. Но все-таки не следует настраивать против себя эту пару до того момента, как Квентин скажет точно, что делать.

— Забудем все случившееся. А потом он прав: всю жизнь мне везло в подобных играх.

Поздно вечером пожаловал Эвертон. Улыбку Даморны он почему-то встретил холодным кивком и не сел сразу же рядом, как это случалось раньше, а заговорил с какими-то седыми джентльменами. Несколько раз девушка ловила на себе задумчивый взгляд маркиза.

«Что могло произойти? — думала Даморна. — Вряд ли это связано с эпизодом в театре, иначе он давно бы уже высказал свое неудовольствие?..»

Наконец лорд приблизился к ломберному столу.

— Боже мой, маркиз, — сказала Даморна, — это вы! Я уж начала думать что вы не сможете даже поздороваться с нами сегодня, так поглощали вас серьезные разговоры…

— Здравствуйте, леди Милфилд, — ровным голосом проговорил Эвертон. — Выходит, азартные игры вас очень увлекают?..

— Теплая компания нравится мне куда больше, чем сама игра.

— В любом случае я просил бы вас, леди Милфилд, на некоторое время оторваться от игры. Нам нужно перекинуться парой словечек…

— С удовольствием, милорд.

Даморна собрала выигранные деньги в сумку и, извинившись перед игроками, встала из-за стола. Маркиз предложил ей свою руку, и они пошли в уголок зала, поближе к камину.

— Милорд, — робко сказала девушка, — мне, кажется, я чем-то вас обидела…

— Разве я выгляжу обиженным?

— Боюсь, что да.

Маркиз закашлялся, как это делал всегда в неловких ситуациях, и тонко перевел разговор на другую тему:

— Вам нравится здесь сегодня?

— Не совсем.

— Вы предпочитаете что-то другое?

— А не покажется ли вам странным, если я скажу вам, что люблю посещать ярмарки, вроде Ройял-Иксчейндж?

— Значит нас вы находите скучными?

— Ни в коем случае. Однако я большего ожидала от Лондона.

— Вам не следует судить о населении всего города только по тем людям, которых вы встречаете у герцогини Клейремонт. Кузина обожает всяческие увеселения, что, по утверждению многих, далеко не красит ее. В Лондоне есть и серьезные джентльмены, а также леди, но здесь вы их не встретите никогда.

Поздно вечером маркиз и Даморна прогуливались в парке у дома герцогини, а потом Эвертон проводил девушку до кареты. Пока Маргарет вползала в экипаж, Даморна прощалась со своим поклонником. Туман опускался на макушки деревьев. Статуи в парке потерялись в этом тумане.

— Сказочная ночь, — прошептал лорд над самым ухом девушки.

— И вправду сказочная, — подтвердила Даморна, поворачиваясь к Эвертону и собираясь что-то добавить по поводу ночи, но Эвертон не дал ей добавить. Маркиз жадно обнял девушку и поцеловал ее в губы. Поцелуй был приятный, но страсти в Даморне не будил. Чувство сладкой неги не могло сравниться с волнением, которое вызывало простое присутствие Квентина. Она поняла, что в Квентине было что-то дикое, первобытное, вызывавшее в девической груди живейший отклик. Но времени размышлять не было. Эвертон затолкал Даморну в карету и махнул рукой кучеру: поезжай, дескать.