Во тьме - Шаттам Максим - Страница 72

Перегнувшись через стол, она взяла картонный конверт и вытащила из него несколько фотографий и перепечатанных документов.

— Смотрите, — сказала детектив. — Сравнив даты похищений и те, которые стоят на фотоснимках, мы можем сделать вывод, что между теми и другими — несколько недель и даже месяцев. С первого похищения все было именно так. Спенсер Линч был лишь новообращенным; что касается Боба, он держал свои жертвы рядом с собой. Где? Хороший вопрос.

Мердок пожал плечами:

— Сегодня вы мне сказали, что у Шапиро была потайная комната в ангаре. Возможно, там…

— Нет, там слишком холодно, никто не сможет долго выжить в подобных условиях. Мы нашли у него один-единственный труп, если можно так выразиться. В этой комнате Лукас пытал свои жертвы, насиловал и, конечно, убивал их. Но если бы ему нужно было держать их на протяжении недель, он бы подыскал для этого другое место. Наверняка скрытое от посторонних глаз, куда сложно добраться, — я в этом не сомневаюсь.

Сложив руки на груди и поджав губы, Мердок выслушал все это и кивнул. Потом встал:

— Надо заняться ужином. Прошу вас, устраивайтесь, располагайтесь так, как вам будет удобно. — Он указал на стопку бумаг. — Поедим, а потом я присоединюсь к вам, чтобы мы смогли пройти весь путь с самого начала.

Пока ветер беспорядочно разбрасывал снежные хлопья, они поужинали запеченной говядиной с картофелем, который Мердок потушил в подливе с луком. Не будь он копом, из него получился бы отличный повар. За едой они поговорили на отвлеченные темы, не имеющие ничего общего с расследованием, и к концу ужина Аннабель ощутила, как стоявший в груди комок постепенно исчез. Рассказанные филиппсбургским шерифом анекдоты из собственной полной заморочек жизни заставили полицейских из Нью-Йорка от души посмеяться.

Насытившись, Аннабель и Джек согласились попробовать ликер, предложенный им шерифом. Они смаковали его молча, а потом Аннабель снова бросила взгляд на конверты с фотографиями шестидесяти семи жертв. Встав, она взяла некоторые из них. Сначала робко, затем увереннее все трое стали обсуждать, как именно могли быть похищены эти люди, детали их биографий, в очередной раз пытаясь приблизиться к решению головоломки. Основная трудность заключалась в том, что им не хватало некоторых элементов, чтобы свести все воедино; они не могли даже четко определить профиль преступника, подумала Аннабель, вспомнив Бролена. Она разложила на столе фотографии всех жертв, начиная с тех, что были найдены у Линча, и возле каждой — еще по одной фотографии, полученной от близких и сделанной незадолго до исчезновения. А также имена, фамилии, сведения о возрасте. Глядя на все это, женщина пыталась понять логику поступков Боба.

Напротив нее Тэйер и Мердок внимательно изучали отчет о вскрытии тела девушки, обнаруженной в парке Ларчмонта.

Аннабель скользила пальцем по фотографиям.

Почему ты? И ты? Бролен был прав: вначале Боб и его банда похищали людей, соблюдая некоторые принципы: возрастной порог, расовые и половые предпочтения… Вот две сестры, мать с сыном, затем целая семья. А потом вдруг они стали похищать всех подряд, словно не знали, кого выбрать… Почему?

Она поймала взгляды жертв, обращенные к ней.

Подскажите мне…

Искаженные лица; а вот они же — улыбчивые и беззаботные. Радость и боль, беспечность и отчаяние.

Ей казалось, что она почти нащупала решение загадки, оно было тут, совсем рядом. Что-то зародилось в голове Аннабель, но она пока не понимала что именно.

Когда она в очередной раз, все более нервничая, один за другим сравнивала снимки, ее вдруг осенило. А что, если?..

Как она могла не заметить это раньше-.

Неуловимые перемены от снимка к снимку.

Заметив, как она вздрогнула, Джек поднял голову:

— Что такое, Аннабель?

Та продолжала сравнивать пары фотографии, все быстрее и быстрее; ее интересовали даты.

— Аннабель?

Положив те, что были у нее в руках, она окинула взглядом все снимки одновременно. Потом невероятно медленно закрыла и вновь открыла глаза.

— Джек, — с трудом выдохнула Аннабель, — мне кажется, я начинаю понимать. Ответ с самого начала был у нас перед глазами. Посмотри на фотографии, Джек… Это невероятно…

59

Сложив за спиной руки и глядя в огромное стекло, Брэтт Кахилл присутствовал при возрождении одной записи. Позади него, листая научный журнал, сидел специальный агент Кил.

С противоположной стороны стекла в одной из нью-йоркских лабораторий ФБР Дайан Бардолино тщательно отделяла от остальных последнюю страничку дневника, найденного в доме Лукаса Шапиро. Под шум воздушных обогревателей скальпель сделал окончательный надрез. Дайан была в плохом настроении: она дожидалась конца рабочего дня, чтобы принять ванну, когда ее телефон зазвонил. Она ненавидела подобные моменты. Срочно! Только она имела необходимые знания и оказалась поблизости. Ей ipso facto[39] пришлось надеть лабораторный халат и поспешить на вызов.

Взяв девственно-белую страничку, на которой отсутствовали какие бы то ни было следы чернил, она положила ее на бронзовую пористую пластину. Дайан нажала на кнопку, и улика окрасилась в красный цвет. Настал черед вакуумного бокса: насос заставил листок плотно прижаться к пластине.

Брэтт Кахилл, наблюдая за ее манипуляциями, проделал сотню шагов взад-вперед.

— Нервничаете? — спросил Нейл Кил.

Кахилл вздрогнул:

— Я просто напряжен. Глядя на этот клочок бумаги, сомневаюсь, что он собирается поведать нам имя одного из наиболее опасных преступников в стране, ведь он был совершенно гладкий, как поверхность тарелки.

Неоновый свет отражался от лысой головы агента Кила.

— Наслаждайтесь подобными минутами, инспектор Кахилл, — произнес он с апломбом. — Великолепные минуты сомнения. Может быть, через четверть часа мы будем знать не больше, чем сейчас, а может статься, дело будет раскрыто. Истинная радость жизни не в счастливых улыбках, а именно в этих мгновениях сомнений, когда маятник нашей повседневной жизни уже раскачивается, но мы еще даже не представляем, в какую сторону.

Кахилл провел рукой по коротким волосам и вздохнул.

— Что она делает? — уточнил он.

Кил встал рядом с Кахиллом, в нескольких сантиметрах от стекла, и от каждого его выдоха на стекле, напротив его умных маленьких глаз, появлялось небольшое запотевшее пятно.

— Дайан использует ЭАД, электростатический анализатор документов. Она только что запустила пневматический насос, а та пленка, которую она собирается наложить на бумагу — полиэстер, с ним непросто работать, его толщина составляет всего 5 микрон. Вот. Через листок Дайан пропустит ток напряжением 5000 вольт. При этом она распылит с помощью пульверизатора специальный фиксирующий гель, который проникнет в бороздки, которые меньше сопротивляются току. Эти бороздки и есть ничтожно малые, невидимые невооруженным глазом следы, оставленные ручкой Лукаса Шапиро, когда он делал записи на предыдущей странице.

— Почти как если бы кто-то, взяв простой карандаш, стал водить им по бумаге, прорисовывая отпечаток предмета, лежащего снизу. Так?

— Верно. Кроме одного: используемый Дайан метод более точен и позволяет фиксировать любые деформации поверхности, которые вы не смогли бы увидеть без специального оборудования. Этим же методом мы пользуемся, чтобы определять некоторые типы отпечатков пальцев. Смотрите-ка, у Дайан что-то есть — что-то отпечаталось на полиэстеровой пленке. Сейчас она покроет ее прозрачным закрепителем, чтобы с получившимся отпечатком можно было работать дальше. Впрочем, я в этом деле не эксперт, но знаю, что этот метод мы используем часто.

Кил дважды стукнул по стеклу. Дайан Бардолино сделала ему знак: еще мгновение. Она отошла в дальний угол лаборатории и положила пленку под огромную линзу. Потом сделала головой знак мужчинам. Они вошли внутрь.