Прыщ - Бирюк В. - Страница 73

Делают здесь и малые, равноплечные весы с чашками. Применяют для взвешивания пряностей и драг. металлов. Именно на таких, «аптекарских» весах, при закрытых от сквозняка окнах и дверях, взвешивают перец в торговых республиках Северной Италии. На взгляд «попандопулы» — вещь ненужная, много ли мы в 21 веке аптекарскими весами пользуемся? Но здесь — прибор повсеместный, у всякого торгового человека — в кошеле на поясе. «Святая Русь» своего серебра не имеет, монету не чеканит, приходящие дирхемы — обгрызает по краям.

Серебро — основное средство платежа. Но это — весовое серебро. Каждая сделка включает в себя взвешивание. И длинный скандал по поводу качества серебра, его веса, достоверности гирь, правильности весов… Согласие о сумме ещё не означает согласие о её материальном выражении.

Русские князья, понимая важность правильности мер и весов, сами за контроль в этой области не берутся. Не доверяют себе, наверное. Функция поверки измерительных приборов возложена на церковников, вбита в их уставы: «торговыи всячьская мерила, и спуды, и свесы и ставила, блюсти без пакости, ни умалити ни умножити».

Гвездонь и таскает с Верхней Волги разные весы в Елно и по округе. Понятно, что Прокуй у меня таких «измерительных приборов» понаделал без проблем. Что-то взвешивать — в большом хозяйстве постоянно нужно. Но, едва мы начали товары свои на внешний рынок продвигать — встала проблема. Народ верит известным клеймам, такое же коромысло, но с рябиновым листком — не котируется. Начинаются глупые наезды насчёт скидок, уценок… хай стоит… «насыпь с горкой», «отмерь с походом»… Дешевле взять чужое, но покупателям известное, пользующееся их доверием.

В начале зимы Гвездонь расторговался хорошо, поехал за новым товаром. Да и увлёкся. Шёл санями, пока по здешним деревням проехал, товару набрал — пошёл ледоход. Вот он и застрял в Твери. Надо брать лодку, а приличной лодейки нет — «вятшие» разобрали, в лодейный поход собираются.

— Да уж, земеля, попал ты сурово. Малую лодку брать — голову положить. Шиши-то изо всех щелей ныне повылазят. Больших лодей на продажу нету. А ждать… вода уйдёт, на волоках большое корыто таскать — пупок развяжется…

Я этого мужика и видал-то только раз. Но тут, в чужой земле, в Твери, мы, елнинские — земляки, чуть не родственники. Разговор идёт открытый, задушевный.

— И не говори, боярич. Как вывернуться — ума не приложу. Вся прибыль, какую взять мог бы — тут на постой потратим. Да и дома ж дела ждут. Баба ж… она ж дура. Ей же общество такой жребий даст… что на покос, что на выпас… Весну упустить — потом годы из нищеты выскабливаться… Слышь… эта… боярич… про тебя слава идёт… что ты, де… ну… люди, сам знаш… болтают про тя разное…

— Гвездонь! Не жуй, говори внятно.

— Дык… Ну… Сказывали бабы… Что ты… не в обиду тебе сказано… «Зверь Лютый». Вот.

Мужик аж взопрел от напряжения. Снял шапку и лоб рукавом вытер. Пропотел от собственной смелости.

— Слыхал я такое. Правда, болтают. И чего? Куда тут мою лютость да зверство применить? Погрызть тебя, чтобы ты быстрее бежал? По воде аки посуху.

— Не! Не, не дай бог! Но люди бают, что ты… ну… типа вроде… Ловок ты, сказывают. Так это… не по-человечьи. Во всяких хитростях да мудростях… будто тебе… сама Царица Небесная щастит… Не! Это не я придумал! Бабы у нас раз балаболили, чешут мокрохвостки языки про что и не ведают…

Глава 308

Я пристально разглядывал переминающегося передо мною мужичка. Что обо мне какой-то звон идёт — я понимаю: «на чужой роток не накинешь платок». Что дела мои… не дюжинного ряда — знаю. Но что молва вот так вывернет… Ванька-ублюдок — всяких проблем решатель. По мудрости от Пресвятой Девы даденной… Это я-то?! Атеист-материалист-пофигист…

Когда простолюдин идёт к аристократу, он заранее знает — чего хочет: дай вон то, не забирай вот это. Это общее правило: начальство нельзя ставить перед выбором — оно всегда выберет наихудшее для просителя, даже не понимая сути дела. Классический пример: проект гостиницы Москва. Сталину были предложены два варианта на одном листе. Он подписал посередине.

А вот тут Гвездонь просит у меня не денег или вещей, не «милости» или «облегчения», а — подумать. Не фига себе! «Озаботься, господине нуждишкой моей…». Придумай решение его проблемы.

Мда… А не ново! В первой жизни почти все мои проекты были из серии: «этого не может быть». Задачи, от которых уже отказались другие. Не всегда из-за сложности — и другие критерии бывали. Кого инструментальная база не устраивала: «ничего приличного на этом дерьме не сделаешь», кому денег и людей не хватало, кому мозгов и понимания сущности процессов. Работать в разработке «пожарником», «аварийной командой»… это было забавно. Хотя, конечно, когда показываешь результат — «то, чего не может быть» — люди обижаются.

А с Гвездоньской заботой… чистой воды пазл: покрути в голове попадающиеся на глаза кубики и получаешь решение.

— Лады, как не помочь земляку. Дело-то простое. Тебе нужна нормальная лодия. А у меня такая есть.

— Ой, благодетель, спаситель ты мой! Милостивец! Век Богородице за тебя молиться буду!

— Да погоди ты! Здешние цены на лодии ты видал. Забудь. Лодию даю даром. Но у меня лодия не пустая, а верхом гружёная. Меха, ткани, вещи, одежда, инструмент, оружие… Цены… берем здешние, посчитаем сумму, тебе отдам за половину. Серебра у тебя столько нет. Поэтому отдаю тебе мой товар в продажу. Хочешь — здесь расторгуешь, хочешь — вверх по реке повезёшь. До Пасхи отдашь в Елно моему приказчику. И лодию, и мою долю.

Гвездонь пытался облобызать ручку, обслюнявить полу кафтана. Не получив от меня дозволения на такой способ получения удовольствия, перешёл к более привычному: как бы боярича-благодетеля малость… объегорить. Ничего враждебного. Не дай бог! Просто торг пошёл, дело знакомое, привычное, каждый свою выгоду отстаивает.

— Спаситель! Всего моего семейства от бедствий и разорений избавитель! Щедрость твоя, господине…! Так расходы ж будут. И немалые. Надоть же ж гребцов нанимать, припасы, мытарям на торгу… Как «нет»? Как это из моей доли? А ты? Мы ж доход-то пополам делим, оба в деле вровень, товарищи… А. Ну да. Эт точно: купец да боярич — что гусь да свинья…

Гвездонь был толковым купцом — въедливым и мелочным до противности: а давно ль лодка смолена? А чего тута вода внутри? А чего пары вёсел нету? А…?

Достал. Но самый крик пошёл, когда мы по списку привезённого мною барахла начали цены согласовывать. Цены на Тверском торгу я посмотрел. Но динамику их не представляю. Разброс по местности… Гвоздень весы вот везёт. В Смоленске он их продаст втрое. А в Елно — вчетверо. Потому что Новгородский товар обычно идёт в Смоленск и дальше по пути вниз. В Новгороде и свои весы такие делают. А Елно — в другую сторону, там рынок уравновешивается при чуть другой цене. Рынок купеческих весов для серебра… Застрелиться! Чтоб я в этом понимал… Нет, так-то… транспортные расходы, попутные товары, основной трафик… Факеншит! Слова знаю, а вот конкретно в эту весну, в кунах-ногатах… У меня для этого Николай был. Но его нет, и я как без рук. И без мозгов.

Забавно: обычно попаданец учит туземцев тому, что знает сам. Практически — распараллеливает применение собственных знаний. Просто много дополнительных «умелых ручек».

У меня ещё хватает временами ума — туземным знаниям научиться. Но что попаданец без знаний аборигенов — нормально жить принципиально не может, что спец из местных умеет то, без чего прогрессировать нельзя, чего попандопуло не понимает и понимать не хочет…

Попаданец — информационно ущербен. Не используя максимально знания аборигенов, а не только их рабочую силу — прогресса не получишь.

На наш с Гвездонем крик в домушке, куда меня жить в усадьбе определили, заглядывал кто-то из местной челяди. Мне не до того было — мы белку обсуждали. В трофеях полтора сорока беличьих шкурок. Но часть — осенняя белка. Не зимняя. На хрена её бить было?! И на фига я её сюда тащил?! Ну, как у покойного боярина увязано было — так в лодку и вкинул. Потом шкурки моих битых зайцев сильно озаботили. В Пердуновке этим Фанговые да Могуткины ребятки занимались. Я-то видел, участие принимал, но здесь… зайцев свежевал, как умел. А с них, оказывается, не только мездру счистить надо, но и «консервировать пресно-сухим способом»… При определённом диапазоне температур. А они у меня на распялках в сарае висели… Э-эх… «голова — два уха, в одно влетает — из другого…».