Бесценная награда - Хауэлл Ханна - Страница 17

– Смотрю, у Нессы развязался язык?

Ариадна ухмыльнулась.

– Она болтала об этом, пока помогала мне одеваться, – фыркнула она и тут же сделалась серьезной. – Смотри не поддайся ему.

– А тебя заставили выйти замуж за Клода?

– Нет. Во всяком случае не так, как вынуждает тебя сэр Джон. Просто моя семья ужасно мечтала об этом браке, а когда я в первый раз увидела Клода, он показался мне красивым и очень, очень обаятельным. Я и вправду думаю, что со временем у нас могла бы получиться очень хорошая семья, даже любящая. Жаль, что никто не знал о его жене и никогда не слышал о том, что она долгие годы была его любовницей. Его семейство все тщательно скрывало. Им требовалось мое приданое.

– Как сэр Джон хочет получить все мои владения, женившись. – Катриона поморщилась. – И как Бойд хотел получить мои деньги. Хоть бы разок оказаться просто желанной, стать женой, потому что мужчина не представляет себе жизни без тебя.

Прежде чем Ариадна успела ответить, в зал вбежал Ангус, споткнулся и остановился перед ними.

– Люди у ворот, миледи.

– Грант? – спросила Катриона, вставая.

– Нет. Сэр Бретт говорит, это ее муж, – показал он на Ариадну. – И не очень-то он радостный на вид.

– О-о-о, вот как? – Ариадна поднялась и подбоченилась. – Ну так можешь ему сказать, что я тоже не особо радуюсь. Нет, не надо, я сама ему скажу.

– Погоди! – Катриона ухватила за локоть кузину, уже направившуюся к дверям. – Думаю, тебе ни к чему встречать его снаружи, где все могут услышать, что вы друг другу наговорите. – Она подождала, пока Ариадна сделает несколько глубоких вдохов и слегка успокоится. – Иди в швейную комнату. Я пришлю его к тебе. Там вам никто не помешает все уладить.

Ариадна кивнула. Они бок о бок вышли из большого зала, Ангус поспешал следом. Увы, надежды Катрионы сохранить в тайне семейные разногласия кузины рухнули сразу за дверями большого зала. Им навстречу быстрыми шагами шел высокий черноволосый мужчина. Он резко остановился, заметив Ариадну, и гневно сверкнул на нее глазами.

Первое, что подумала Катриона – кузина вышла замуж за очень красивого мужчину. Затем она заметила гнев, пылавший в темно-синих глазах. Испугавшись за кузину, она глянула на Ариадну, но обнаружила, что та тоже яростно сверкает на мужа глазами, и в ее лице нет ни намека на страх.

– Ты что, совсем ополоумела, женщина? – требовательно воскликнул он громовым голосом, эхом прокатившимся по залу.

– Женщина? Ты только что назвал меня «женщина»? – вскричала Ариадна ничуть не тише, вырвала у Катрионы руку и подошла вплотную к мужу.

– Почему она так на это рассердилась? – спросил у Катрионы Ангус, наклонившись к ней, чтобы его расслышали сквозь вопли Ариадны и ее мужа. – Она же и вправду женщина!

– Ангус, дело не в самом слове, а в том, как он его произнес, – ответила Катриона и вздохнула, пытаясь придумать, как увести взбешенную пару подальше от любопытных, уже собравшихся в дверях и выходивших из кухни. – Даже самое разумное слово может стать оскорблением, если сказать его грубо, а он так и поступил. – Она слегка удивилась, увидев, что Ангус немного подумал и медленно кивнул.

– О, но все равно странно. – Ангус нахмурился. – Как мужчина может забыть свою жену?

– Очень хороший вопрос, но думаю, им не следует обсуждать это прямо здесь. – Катриона быстро подошла и ухватила кузину за руку. – Ариадна, выясняйте отношения наедине. – И слегка тряхнула кузину, потому что та не обратила на ее слова внимания.

– Что? – рявкнула Ариадна, посмотрев на кузину. – Я должна заставить этого болвана кое-что понять!

– Конечно, должна, но может быть, ты сделаешь это в более уединенном месте? Вы собираете толпу, – чуть тише добавила Катриона.

Ариадна оглянулась, увидела, что за скандалом между ней и Брайаном с интересом наблюдают, и покраснела.

– Где твоя швейная комната?

Не сомневаясь, что сердитый мужчина, сверкавший глазами на жену, пойдет за ними следом, Катриона повела Ариадну в швейную комнату, открыла дверь и втолкнула кузину внутрь. Сэр Брайан, разумеется, вошел следом. Интересно, подумала Катриона, вот то, что он буркнул себе под нос, прежде чем захлопнуть дверь – это была его благодарность за то, что она отвела их в более уединенное место? Но тут за дверью снова послышались крики, и она вздохнула. Хоть они сейчас и за закрытыми дверями, но ни о какой секретности и речи быть не может, по крайней мере до тех пор, пока они не начнут орать потише.

– В жизни не видел Брайана в таком бешенстве, – заметил подошедший к ней сэр Бретт.

Катриона посмотрела на него, перевела взгляд на дверь и нахмурилась, внезапно испугавшись за кузину.

– Но ведь он не ударит ее, нет?

– Нет. Иначе я бы ни за что не позволил вам увести их сюда и оставить одних. Он никогда не поднимет на нее руку. – Брайан проорал что-то о глупых женщинах, не дающих мужчине возможности защититься, и Бретт поморщился. – Хотя, похоже, голос повышает запросто. – Тут он услышал грубый ответ Ариадны, и глаза его расширились. – Впрочем, она ему не уступает, тоже горазда покричать. Брак с Макфингалом определенно прибавил моей кузине характера, которого ей раньше так недоставало.

– Насколько я понимаю, страсти накаляются.

– О да, еще как.

Катриона повернулась и обнаружила, что у двери столпились ее люди, люди Бретта и шестеро новоприбывших воинов.

– Может, им и не хватает ума понизить голос, но все-таки это дело личное, только между мужем и женой. Наверное, нам лучше оставить их одних, вам не кажется?

Каллум ухмыльнулся.

– Не кажется, но ради вас мы готовы.

Катриона убедилась, что все разошлись, и только тогда повернулась к Бретту.

– Каллум ваш кузен?

– Не кровный. Мы с ним родня по отцу. Тот воспитывался в приемной семье, а Каллума нашел и подобрал мой кузен, когда тот был еще мальчишкой. Долгая, отвратительная история, но для мальчишки все обернулось очень хорошо.

– Он замечательно относится к детям. Давненько мне не доводилось видеть, чтобы дети были так очарованы мужчиной, который им вовсе и не родня, и чтобы мужчина отвечал им такой же любовью и вниманием.

– О да, Каллум их просто обожает. Еще мальчишкой он дал клятву, что всегда будет защищать детей. Его замок, который ему оставил дед, просто кишит ими. Когда мы проезжаем через какую-нибудь деревню или город, редко бывает, чтобы он не подобрал очередного беспризорного оборвыша. И да поможет Бог мужчине или женщине, кто жесток с детьми.

Катриона только начала восхищаться добротой Каллума, как дверь внезапно распахнулась и из швейной комнаты вылетела ее кузина. Ариадна выглядела взбешенной до предела, пылала от ярости, глаза сверкали, изящные руки были сжаты в кулаки. Только теперь до Катрионы дошло, что за гневом кузины стоит нечто большее, чем простая обида на мужа, не все рассказавшего ей о своем прошлом. Ариадна была достаточно умна, чтобы понимать – мало кто из мужчин расскажет своей жене обо всем, что делал до встречи с ней, и пусть забыть упомянуть о первой жене – это слегка чересчур, вряд ли это так взвинтило бы Ариадну, как сейчас. И приписать такой взрыв чувств исключительно беременности Катриона тоже не могла.

– Мы еще не договорили! – заявил сэр Брайан, встав в дверях.

– Договорили! – рявкнула в ответ Ариадна. – Я просто не могу больше с тобой разговаривать!

Сэр Брайан взглядом проводил удалявшуюся жену, и в глазах его мелькнуло что-то, весьма напоминавшее страх. У Катрионы возникло странное желание похлопать его по руке и пробормотать что-нибудь утешительное. Тут сэр Брайан нахмурился, повернувшись к Бретту, и пожаловался:

– Она не слушает доводов рассудка.

– Думаю, вам обоим не помешает передышка, – ответил Бретт. – Сейчас вы слишком возбуждены. Ты давай осторожнее, Брайан. Девочка носит твоего ребенка, и вопить друг на друга – не лучшее, что можно придумать. Ей это вредно.

Брайан ужасно побледнел, и Катриона поспешила его успокоить: