Прелестная северянка - Тернер Элизабет - Страница 83

Он подождал, пока внимание Лили переключилось на блюдо с печеньем, и подмигнул Тесс, заставив ее покраснеть.

Если не обращать внимания на насмешки Зака, то Тесс была горда плодами своих трудов. Она попыталась посмотреть на патио глазами постороннего человека и осталась довольна. Маленький двор был тщательно подметен. С балок над двориком свисали разнообразные корзины, а связки красного перца покачивались на крюках. В глиняных горшках вилась тщательно ухоженная зелень. Дерево юкки в углу двора отбрасывало приятную тень. Все это создавало ощущение уютного жилища.

– М-м, вкусно, – похвалила Лили, с удовольствием отпивая глоток лимонада. – Как приятно после долгого путешествия по пыльной дороге выпить чего-нибудь холодного.

– Что заставило вас приехать в такую даль, Лили? – подозрительно спросил Зак.

Лили одарила его кокетливой улыбкой.

– Ну, золотко, почему ты думаешь, что я не могла просто оказаться рядом?

Зак насмешливо скривил рот.

– Можете отнести это на счет подозрительности моей натуры.

Лили стряхнула крошку со своей шелковой юбки.

– В городе ходят слухи, что вы взяли постояльца. Тесс и Зак тревожно «переглянулись.

– Значит, это правда, – сказала Лили, заметив их реакцию. – Джимми Джеролд и его кореш рассказывают всем, что вы прячете отступника-апачи.

– Отступника? – возмутилась Тесс. Лили встала.

– Не возражаете, если я немного разомнусь, прежде чем отправлюсь обратно в город?

Не дожидаясь ответа, Лили стала расхаживать по патио и заглядывать во все помещения, выходящие во двор.

Тесс взглянула на Зака, умоляя его что-то предпринять, но тот только пожал плечами. Не мог же он схватить Лили за руку и не пускать в дом.

Лили остановилась на пороге комнаты, где спал Джаирмо.

– Бедный малыш, – тихо сказала она. – Спит, как будто снотворного выпил. Он, должно быть, дошел до ручки.

Тесс прошла в открытую дверь и встала между Лили и спящим мальчиком.

– Да, ему пришлось перенести много страданий. Лили покачала головой и с дружелюбной улыбкой сказала:

– Он просто ребенок.

– Да, это так, – согласилась с ней Тесс, беря Лили за руку и отводя ее от мальчика. – Мы считаем, что ему лет одиннадцать или двенадцать.

– Для своего возраста он очень маленького роста. Уведя женщину в противоположный угол патио, Тесс налила еще лимонада и протянула стакан Лили.

– Он не только голодал – совершенно очевидно, что над ним издевались.

– Что вы собираетесь с ним делать?

Зак, с интересом наблюдавший за маневрами Тесс, решил, что пришло время подключиться и ему.

– Мы думаем, что он из тех детей, которых похитили во время резни в Кэмп-Гранте. Хотели бы вернуть его родным.

Лили удобно уселась на скамью с подушками.

– Это было ужасное время. В газетах месяцами не писали ни о чем другом.

– Не возражаете, Лили, если я вас кое о чем спрошу? – обратился к ней Зак.

– Вы можете спрашивать о чем хотите, милый, – ответила Лили, игриво взглянув на Зака. – За исключением возраста леди.

– Вы жили в Тусоне в семьдесят первом году?

Тесс села на скамью рядом с Лили и, сложив руки на коленях, с любопытством наклонилась вперед.

– Как тут все выглядело? Расскажите нам, что вы помните.

Лили обвела край своего стакана наманикюренным пальчиком. Она уже не казалась такой бойкой и дерзкой на язык, когда стала серьезно, со знанием дела рассказывать:

– Газеты месяцами писали только об этом. Джон Уоссон, редактор газеты «Аризона ситизен», опубликовал ряд статей о зверствах индейцев-апачей. Вскоре уже трудно было отличить факты от его личного мнения.

– И какое же мнение у него было? – спросила Тесс.

– Уоссон ненавидел апачей. Он был сторонником их полного уничтожения. Его статьи подстрекали людей к резне. Позже он заявил, что это было предпринято в целях самозащиты. Из-за его статей лейтенанта Уитмена военный суд судил не один, а целых три раза и признал виновным в должностном преступлении.

– Полное уничтожение? Самозащита? – ужаснулась Тесс. – И здесь все так относились к апачам?

– Многие, но не все, – пожала плечами Лили, и ее пышная грудь поднялась и опустилась. – Некоторые, в основном люди с востока, считали, что правительство должно поместить апачей в резервации, обеспечивать едой и одеждой и защищать их. Заставить принять образ жизни белых людей.

– А вы, Лили? – вмешался Зак. – Какова ваша точка зрения?

Лили подняла голову, ее синие фарфоровые глаза смотрели прямо и искренне.

– Я против убийства невинных женщин и детей независимо от цвета их кожи.

Зак молча кивнул, соглашаясь с ней.

– Но могли бы вы подсказать, где нам искать родственников мальчика?

– На вашем месте я начала бы с индейской резервации у Уайт-Маунтинс. Несколько месяцев назад, в феврале, я слышала, там отвели землю под поселения для людей из Кэмп-Гранта. Думаю, вам нужно расспросить индейцев – может быть, кто-нибудь вспомнит этого мальчика.

Тесс порывисто пожала руку Лили.

– Спасибо, Лили. Вы настоящий друг. Мы с Заком благодарим вас за помощь.

Лили отставила свой пустой стакан.

– Есть еще кое-что, о чем вам нужно знать.

Зак, до этого стоявший в непринужденной позе, резко повернулся и посмотрел на нее.

– А я-то все гадал, какова настоящая причина того, что вы оказались в наших краях.

– Джимми Джеролд и Моу Блэк пытаются заварить кашу. Они рассказывают всем встречным, что вы приютили апачи. Апачи, который настроен против белых. Они настаивают на том, что мальчика нужно насильно убрать с территории Аризоны, несмотря на вашу или еще чью-нибудь защиту. – Тесс хотела возразить, но Лили остановила ее движением руки. – И это еще не все. Маленький индеец, как они уверяют, состоит в родстве с вождем племени. А это значит, что вождь может собрать своих воинов, чтобы отомстить.

Тесс и Зак выслушали это в полном молчании. Потом Тесс озабоченно посмотрела на Лили и сказала:

– Но ведь наверняка никто не осуждает мальчика за то, что он хочет вернуться к своим родственникам?

– Да, но когда людям заморочат голову, они перестают соображать, тем более что апачей все боятся и ненавидят. В наших краях немало людей, которые пострадали от апачей – лишились имущества или своих близких.