Вспомнить всё (сборник) - Дик Филип Киндред - Страница 152

– А для роботов они шустро сработали, – удивленно заметил Фальк.

– Что-то есть. – Тинбейн осторожно тронул горячий оплавленный металл, оставшийся от роботов. Какая-то часть тела – судя по всему, туловище – сдвинулась, открывая неизвестную находку.

Автомат для игры в пинбол. Интересно зачем? Есть ли от него хоть какая-то польза?

В полицейской лаборатории на Сансет-авеню в центре Старого Лос-Анджелеса техник – худой высокий парень – вручил Тинбейну папку с отчетом.

– Лучше устно, – раздраженно сказал Тинбейн, протягивая папку технику. За годы службы он достаточно копался в бумагах.

– В общем, конструкция нестандартная. – Техник уткнулся в бумаги, словно успел забыть, о чем писал. Его голос был сухим и невыразительным, как и сам отчет. Техник явно считал задание скучным. Да и сам думал, что от автомата, спасенного роботами, мало толку – по крайней мере, Тинбейну так казалось. – То есть автомат отличается от аналогов, которые они раньше поставляли на Терру. Лучше проверьте сами – возьмите монетку и сыграйте. Двадцать пять центов будут выделены из бюджета лаборатории. Позднее мы заберем их из автомата.

– Да есть у меня монетка, – буркнул Тинбейн и пошел за техником через огромную захламленную лабораторию, мимо замысловатых – и чаще всего устаревших – аналитических приборов и полуразвалившихся установок в рабочий отсек на другом конце зала.

Там, отремонтированный и заботливо протертый, стоял спасенный роботами пинбол-автомат. Тинбейн опустил в щель монетку; пять металлических шариков немедленно упали в стартовую лунку, а на панели в глубине автомата заплясали разноцветные огоньки.

– Прежде чем начать, – техник стоял рядом, глядя на поле, – советую внимательно изучить карту местности, по которой будет проходить шарик. Плоскость под защитным стеклом очень любопытная. Настоящая деревня в миниатюре: дома, уличные фонари, инфраструктура, водосточные системы… Конечно, это не Терра. Типичная Ионийская деревня. Детализация на высшем уровне.

Пригнувшись, Тинбейн заглянул за стекло. Техник был прав: крошечные здания выглядели на редкость реалистичными.

– Мы измерили износ движущихся деталей, – сообщил техник. – Судя по всему, автомат давно в эксплуатации. Соединения заметно разболтаны. По нашим оценкам, конструкция не протянет и тысячи игр без ремонта – конечно, у них на Ио. Как мы поняли, все оборудование такого рода собирают именно там. Я имею в виду игровые автоматы в целом.

– Какова цель игры? – спросил Тинбейн.

– Поле представляет собой так называемое переменное множество. Другими словами, местность, на которую падает стальной шарик, постоянно трансформируется. Различных комбинаций может быть до… – Техник стал пролистывать отчет, но так и не нашел точную цифру, – в общем, очень много. Миллионы. На наш взгляд, такая сложность избыточна. Впрочем, когда начнете играть, увидите.

Тинбейн нажал на кнопку – первый шарик выкатился из резервуара к толкателю, затем дернул за подпружиненный штырек. Шарик пулей взлетел по стартовому желобу и отскочил в произвольном направлении от подушки, сообщающей дополнительную скорость. Наконец он начал постепенно спускаться к верхней границе деревни.

– Первоначальная линия обороны, – сказал техник из-за плеча, – которая защищает саму деревню, – это ряд холмов, по цвету, форме и рельефу напоминающий ионийский пейзаж. Рисунок местности воспроизведен с доскональной точностью – возможно, по снимкам спутников Ио. Сразу верится, что видишь настоящий кусочек той луны с расстояния в десять с лишним миль.

Стальной шарик налетел на край холмистой местности и, изменив траекторию, неуверенно задрожал, как будто не знал, куда падать дальше.

– Отбит. – Про себя Тинбейн отметил, как четко сработал рельеф, нейтрализуя нисходящее движение шарика. – Теперь он полетит в обход деревни.

Почти потерявший скорость шарик вяло покатился по боковому желобу, но вдруг, уже почти опустившись в нижний улавливатель, резко отскочил от подушки-акселератора и вернулся на поле.

На табло загорелся счет – временное преимущество игрока. Шарик снова угрожающе приближался к деревне. Он прокатился по холмам, практически повторяя прежнюю траекторию.

– Сейчас вы увидите кое-что важное, – сказал техник. – Шарик летит к подушке, в которую только что врезался. Не смотрите на него, смотрите на подушку!

Тинбейн пригляделся. Над подушкой вилась крошечная струйка серого дыма. Он вопросительно взглянул на техника.

– Теперь смотрите на шарик! – резко сказал тот.

Шарик снова налетел на подушку-акселератор, расположенную чуть ниже улавливателя. Однако на этот раз она не отреагировала на удар.

Тинбейн моргнул. Шарик беспомощно скатился в улавливатель – раунд был окончен.

– Не сработало, – сказал он через мгновение.

– Видели дым? Это сгорела проводка. Короткое замыкание. От подушки шарик отскакивал в опасном направлении – угрожающем деревне.

– Другими словами, – подхватил Тинбейн, – автомат учел воздействие подушки. Он защищается от шарика.

Тинбейн уже встречал подобное в других игровых автоматах пришельцев: мудреные микросхемы, благодаря которым игровое поле постоянно менялось, как живое, затрудняя победу игрока. В данном конкретном автомате игрок побеждает, если пять стальных шариков пройдут через центр поля – копию ионийского поселения. Значит, его нужно защищать. Следовательно, конкретную стратегически расположенную подушку-акселератор нужно вывести из строя. По крайней мере, временно. Пока не преобразится карта местности.

– Ничего нового, – сказал техник. – Вы видели подобное дюжину раз, а я – сотню. Предположим, на этом автомате сыграно десять тысяч игр, и каждый раз электроника тщательно перестраивалась, чтобы нейтрализовать стальные шарики. Допустим, модификации сохраняются и накапливаются. То есть, сколько бы очков игрок ни набрал сейчас, это будет ничтожный процент от ранних результатов, поскольку у электроники было время отреагировать. Модификации – как и во всех игровых автоматах пришельцев – направлены на достижение минимального, нулевого коэффициента победы. Попытайтесь нанести удар по деревне, Тинбейн. Мы настроили постоянный механический запуск и сыграли сто сорок игр. Шарик ни разу не приблизился к деревне на опасное расстояние. Мы составили таблицу результатов. С каждой новой игрой количество очков незначительно снижается.

Техник усмехнулся.

– И что? – спросил Тинбейн.

– И ничего. Как я и говорил и как показывает отчет. – Техник помолчал. – Кроме одного. Взгляните сюда. – Пригнувшись, он провел тонким пальцем по защитному стеклу к центру миниатюрной деревни. – Судя по серии фотоснимков, с каждой новой игрой становится заметнее одна деталь. Очевидно, за ее сборку отвечает электроника автомата. Собственно, как и за все модификации. Вам ничего не напоминает эта конструкция?

– Похоже на римскую катапульту, – сказал Тинбейн. – Правда, у этой штуки ось вертикальная, а не горизонтальная.

– И нам так показалось. Посмотрите на пращу – на фоне деревни она выглядит несоразмерно большой, просто гигантской. Если быть точным, она не вписывается в масштаб.

– Такое ощущение, что туда почти поместится…

– Не почти, – перебил техник. – Мы ее измерили. Совпадение полное: в пращу идеально входит стальной шарик.

– А дальше? – По спине Тинбейна пробежал неприятный холодок.

– А дальше катапульта запустит шарик в игрока, – невозмутимо сказал техник. – Она нацелена в точку перед автоматом, прямо и вверх. И практически готова.

Лучшая защита, размышлял Тинбейн, изучая нелегальный автомат пришельцев – это нападение. Но при чем тут пинбол?

Ноль, осенило его, не устраивает защитные схемы автомата. Ноль не годится. Значение должно быть меньше. Почему? Потому что электроника стремится не к нулевому коэффициенту победы, а к оптимальной оборонительной стратегии и тактике. Слишком уж разумно она устроена. Хотя…

– Как по-вашему, – спросил Тинбейн долговязого техника, – пришельцы изначально так задумали?