Вспомнить всё (сборник) - Дик Филип Киндред - Страница 146

Агент не сводил ледяного взгляда со Стаффорда.

– Кто-то должен решать. Сейчас. Немедленно. Кто-то должен принять взвешенное, компетентное решение, работает компьютер или глючит.

– Президент и его кабинет, – отозвался Стаффорд через силу. – Окончательное решение такого рода должно быть за ним. Это его моральная ответственность.

– Но ведь решение, – возразил инженер, – совершенно не морального плана. Вопрос, по сути, технический. Работает «Генукс-Б» или сломался?

«Вот зачем вы подняли меня среди ночи, – догадался Стаффорд, снова чувствуя мороз по коже. – Не для того, чтобы я заблокировал компьютер понадежнее. «Генукс-Б» можно уничтожить одним ударом гранатомета, подвезенного поближе к зданию. Да в этом и нет нужды, он и так нейтрализован – просто не вынимать отвертку, и все. Ты же сам участвовал в его создании, тебе ли не знать? Нет, дело в другом. Я здесь не для того, чтобы чинить или ломать, я здесь, чтобы принять решение. Они думают, что раз я общался с «Генуксом» накоротке пятнадцать лет, у меня должна была развиться интуитивная способность распознавать, работает он или барахлит. Я должен чувствовать разницу, как хороший механик, который по слуху определит, стучит двигатель или нет и насколько плохи дела».

Диагноз. Вот что им надо. Это консилиум компьютерных докторов и одного наладчика. И решать придется наладчику, потому что остальные умывают руки.

Сколько, интересно, у него времени? Похоже, мало. Потому что, если компьютер не ошибся…

Автоматы, торгующие жвачкой. Одноцентовой. Для детей. Из-за этого компьютер намерен отправить на покой всю Северную Калифорнию. Что он там увидел? Какую картину нарисовал себе «Генукс-Б»?

Зрелище было поразительное: примитивный инструмент, заблокировавший работу гигантского конгломерата автономных процессов. Но эту отвертку втыкали умеючи.

– Вот что мы сейчас попробуем, – проговорил Стаффорд, усаживаясь за подключенную напрямую к компьютеру пишущую машинку. – Введем вымышленные заведомо ложные данные.

Он начал печатать: «Владелец империи автоматов по продаже жвачки Герб Суза из Сакраменто, штат Калифорния, скоропостижно скончался во сне. Наследников магнат не оставил».

– Вы думаете, «Генукс-Б» поверит? – удивился агент.

– Он всегда верит вводным. У него нет другого источника.

– Да, но при конфликте данных, – вмешался инженер, – он все проанализирует и будет придерживаться наиболее вероятной логической цепочки.

– В нашем случае, – заверил Стаффорд, – никакого конфликта данных не возникнет, потому что больше мы ему ничего не дадим.

Стаффорд скормил «Генуксу-Б» перфокарту и повернулся к инженеру.

– Считывайте исходящий сигнал. И смотрите, не отменит ли он боевую тревогу.

– У нас уже сделана отводная линия, так что без проблем, – откликнулся один из агентов, глядя на инженера. Тот кивнул.

Десять минут спустя инженер, сидящий теперь в наушниках, произнес:

– Без изменений. Боевая готовность транслируется по-прежнему, новости не подействовали.

– Значит, Герб Суза ни при чем, – размышлял вслух Стаффорд. – Или он уже сделал свое неизвестное нам черное дело. Как бы то ни было, «Генукс-Б» его смерть не заинтересовала. Придется искать дальше.

Вновь сев за клавиатуру, он отстучал еще одну фальсификацию. «Из надежных источников в банковских и финансовых кругах Северной Калифорнии стало известно, что автоматы покойного Герба Сузы будут распроданы, чтобы покрыть огромные долги. На вопрос о дальнейшей судьбе жвачки и безделушек из автоматов приставы высказали предположение, что они будут уничтожены сразу по наложению на имущество ареста, которого в данный момент добивается помощник окружного прокурора Сакраменто».

Стаффорд откинулся на стуле. Вот так. Никакого Герба Сузы, никакого товара. Что остается? Ничего. Был человек с продукцией и нету, по крайней мере, для «Генукса-Б».

Время шло, инженер продолжал слушать исходящий сигнал. Наконец он сокрушенно покачал головой.

– Без изменений.

– У меня есть в запасе еще одна обманка, – сказал Стаффорд.

Зарядив в машинку чистую карточку, он отбарабанил: «Выясняется, что человека по имени Герберт Суза никогда не существовало, и этот вымышленный персонаж, соответственно, никогда не занимался продажей жвачки через уличные автоматы».

– Тем самым, – пояснил Стаффорд, поднимаясь на ноги, – мы перечеркиваем все, что «Генукс-Б» знает или когда-либо знал о Сузе и его грошовом бизнесе. Нельзя объявить войну несуществующему владельцу мелкого и тоже несуществующего бизнеса.

Через несколько секунд подал голос инженер, напряженно слушающий исходящие сигналы:

– А вот теперь есть изменения. – Он посмотрел на осциллоскоп, затем принялся изучать поглощаемую компьютером бобину с перфолентой. Какое-то время он молчал, сосредоточенно читая ленту, потом вдруг обвел остальных насмешливым взглядом. – «Генукс-Б» говорит, что последняя вводная – ложь.

– Ложь?! – изумился Стаффорд.

– Он отметает последнюю вводную на том основании, что она не может быть истинной, – пояснил инженер. – Она противоречит имеющимся у него данным. Другими словами, компьютер по-прежнему в курсе, что Герб Суза существует. Не спрашивайте меня, откуда он знает, возможно, из сопоставления огромного массива фактов за продолжительный период времени. – Инженер помолчал. – Очевидно, ему известно больше о Гербе Сузе, чем нам.

– По крайней мере, он знает, что такой человек есть, – согласился Стаффорд уязвленно. «Генуксу-Б» и прежде случалось замечать и устранять противоречия или неточности в данных. Но тогда существенно меньше было поставлено на карту.

Интересно, какие такие неопровержимые факты в ячейках памяти «Генукса-Б» позволяют ему опровергнуть утверждение о том, что Суза не существует?

– Скорее всего, – обратился Стаффорд к инженеру, – он рассуждает так: если предположить, что истинно Х (Сузы никогда не существовало), то истинно должно быть и Y (неизвестного нам содержания). Однако Y остается ложным. Хотел бы я знать, какой из миллиона усвоенных им фактов он принимает за Y…

Они вернулись к тому, с чего начали. Кто такой Герб Суза и что он такого натворил, если «Генукс-Б» вдруг развернул такую суровую карательную операцию?

– Спросите его, – подсказал инженер.

– Что спросить? – не понял Стаффорд.

– Прикажите ему выдать всю имеющуюся информацию по Гербу Сузе. Весь массив, – терпеливо разъяснил инженер. – Одному богу известно, что у него там накопилось. Мы получим, просмотрим и, может быть, заметим то же, что и он.

Стаффорд напечатал запрос и скормил карточку «Генуксу-Б».

– Вспоминается курс философии, который нам читали в Калифорнийском, – протянул задумчиво один из агентов. – Там было про онтологическое доказательство существования бога. Нужно представить, каким он был бы, если бы существовал – всемогущим, вездесущим, всезнающим, бессмертным и еще способным на безграничную справедливость и милосердие.

– И? – не выдержал инженер.

– И вот, вообразив его со всеми этими идеальными качествами, вы замечаете, что кое-чего не хватает. Самой малости, того, чем обладает любой микроб, любой камень, любой мусор на обочине. Существования. И вы делаете вывод: если ему присуще все перечисленные невероятные способности, то уж такая мелочь наверняка должна быть, значит, он существует. Если это под силу камню, то под силу и ему. Теория, конечно, ущербная, ее развенчали еще в Средневековье, но занятная.

– И к чему вы ее вспомнили? – спросил инженер.

– Может быть, – пояснил ФБРовец, – доказательством существования Сузы для «Генукса-Б» служит не один конкретный факт или даже совокупность фактов, а весь массив. Может, их просто слишком много. Компьютер пришел к выводу на основании своего предыдущего опыта, что, когда на одного человека имеется столько данных, этот человек должен существовать. В компьютерах такого калибра, как «Генукс-Б», заложена способность к самообучению, для этого мы его и создавали.