Норби (сборник) - Азимов Айзек - Страница 186

– Джефф? – спросила она. Когда он кивнул, девушка недоверчиво покачала головой. Джефф решил, что его неправильно поняли, и попробовал еще раз, но она продолжала отнекиваться. Наконец она прикоснулась к своему лбу и произнесла нечто вроде «Мейла».

– Ага, – Йоно указал на нее. – Мейла?

Она хихикнула, кивнула и выбежала наружу.

– Мое имя почему-то ей не понравилось, – сказал Джефф. – Но мне нравится, как ее зовут.

– Может быть, это слово означает «служанка» или «девушка», – возразил Йоно. – Кстати, я заметил, что сегодня утром она приукрасилась: костяные ожерелья на запястьях и лодыжках, ожерелье из ракушек с янтарным кулоном… Янтарь и морские раковины здесь не водятся – значит, эти люди торгуют с другими племенами.

– Она хорошенькая, – со вздохом прошептал Джефф.

– Следи за тем, чтобы она не влюбилась в тебя. Она вырядилась как на свидание, даже чем-то подкрасила ресницы, чтобы хлопать ими в твой адрес с самым невинным видом.

– Так же, как делает премьер-министр Вина Грачева?

– Довольно, кадет!

– Да, сэр.

– Кроме того, после знакомства с Евтерпой ни одна женщина не может показаться мужчине эталоном красоты.

– Не хотите ли вы стать главным советником предводительницы этого племени? Она еще вполне красива…

– Кадет! У меня достаточно неприятностей со старшими женщинами… Эй!

– В чем дело, адмирал?

– Над твоей головой свисает какая-то статуэтка. Должно быть, ее повесили, пока мы спали.

Джефф поднял голову и увидел свисавшую с крыши маленькую костяную статуэтку в форме беременной женщины.

– Неплохо бы научиться языку этого племени, – произнес Йоно, задумчиво разглядывая статуэтку. – Современные археологи так и не выяснили, какой цели служили подобные талисманы. Может быть, ее повесили для защиты от злых духов или в знак напоминания, что после выздоровления тебе придется выполнять свои мужские обязанности…

– Адмирал, мне всего лишь пятнадцать лет!

– Насколько я могу представить, для их народа это возраст зрелости. Мне также хочется расспросить их насчет этих просверленных кусков оленьего рога, которые наши археологи называют «жезлами». Сегодня утром я уже видел, как их используют в качестве многоцелевых орудий: молотков, размягчителей кожи и выпрямителей копейных древок. Но тот, что носит предводительница, украшен сложной резьбой и разноцветными кожаными ремешками. Не знаю, каково его предназначение, но горячо приветствую то, как эти древние люди находят творческое приложение для всего, что может приложить их среда обитания, не пытаясь единовластно править своим миром. Они просто счастливо живут вместе с природой.

– Вы хотели обрести надежду, адмирал. Может быть, эти люди находят ее в повседневной жизни.

– Мне уже почти хочется, чтобы Норби так и не вернулся и мы остались здесь… но зима уже не за горами. Боюсь, меня ждут неприятности. Единственное преимущество светлой кожи проявляется, когда человек живет в тех местах, где мало солнечного света зимой. Слишком большое количество меланина мешает поглощению ультрафиолетовых лучей и выработке витамина D.

– Раз уж вы не можете принимать витамины, вам придется есть много рыбы и печени животных, как это делают эскимосы…

– Кадет, я не эскимос и не люблю печень. Мне придется перекочевать к северу, и уже довольно скоро. Здесь сейчас конец лета.

– Как только моя нога поправится, я уйду с вами. Если Норби вернется, он сможет настроиться на мое присутствие, где бы я ни находился.

– Нам придется тайком уйти из племени, особенно если они считают меня каким-то экзотическим божком, а тебя – новым воплощением пропавшего ребенка. Великие звезды, лучше бы я никогда не покупал эту дурацкую голографическую камеру и не заражался нелепыми предрассудками насчет нашего родового слона. По моей вине ты оказался ранен, и мы застряли в далеком прошлом.

– Я хочу уйти с вами, адмирал. Не сомневайтесь, Норби отыщет меня. Я верю, что он сейчас где-то во вселенной, в каком-то… времени, – Джефф сглотнул, пытаясь скрыть подступавшие слезы. Чтобы отвлечь Йоно, он указал на кусок кости, прислоненный к ближайшей стене.

– Пока мы ждем, можно заняться этнографическими исследованиями. Например, я видел, как предводительница племени сегодня утром сделала зарубку на этой кости. Там целая линия зарубок; наверное, это календарь.

Большая рука Йоно тяжело опустилась на плечо Джеффа.

– Ты самый храбрый кадет, которого я знаю, – тихо сказал адмирал.

На этот раз Джеффу удалось справиться со слезами, поскольку в хижину вошла Мейла, о чем-то яростно спорившая с рыжим молодым человеком. Решительно выставив подбородок, она уселась рядом с Джеффом, а молодой человек погрозил кулаком им обоим.

– Адмирал, это ее брат, убеждающий меня жениться на ней, или же бывший приятель, раздосадованный такой возможностью?

– Интересно, Джефф, – глубокомысленно заметил адмирал. – Смотри, к его поясу прикреплен костяной копьеметатель. Он усиливает мощность и дальность броска…

– У нас нет времени вдаваться в научные подробности, адмирал! Думаю, он не ее брат.

– Мейла! – предводительница племени стояла в дверном проеме.

Мейла сразу же встала и выбежала, не оглянувшись на молодого человека, который с сердитой миной последовал за ней. Предводительница села на пол у входа, вынула обломок бивня мамонта и начала обрабатывать его.

– Поразительно, – прошептал Йоно. – Она уже разрезала его надвое и начала покрывать резьбой эту половину. Это и есть моя реликвия – видишь, как изгибается кость?

– Адмирал, меня беспокоит тот человек, который пришел вместе с Мейлой. А если он настолько рассержен, что попробует избавиться от меня?

– Думаю, тебе лучше сосредоточить свои помыслы на Норби. Мы оба будем думать о нем, благословляя его маленькую шляпу и перепутанные внутренности.

– Но мне казалось, что его оплошности раздражают вас, адмирал.

– Я пытаюсь быть милосердным и думать только о хорошем, чтобы привлечь этого маленького металлического монстра.

К вечеру Норби так и не явился, и адмирал вынес Джеффа к центральному костру. Луна еще не взошла, и Джефф мог восторгаться мерцающей выставкой звезд и планет в ясном небе.

– Что это? – внезапно воскликнул он. В небе промелькнул какой-то огонек, и воины племени затянули странный, монотонный напев.

– Сперва мне показалось, что я вижу космический корабль, – сказал Йоно. – Но это всего лишь метеор. Должно быть, наступило время метеорных дождей, повторяющихся из года в год в высоких широтах. На Марсе их нет, поэтому мне ни разу не приходилось видеть то, что люди называют «падающими звездами». Полагаю, это племя считает, что звезды в самом деле падают с неба.

Джефф не мог спокойно наслаждаться зрелищем метеорного дождя. Его беспокоило присутствие двух человек, враждебно относившихся к нему. Рыжий парнишка, стоявший возле соседней хижины, мрачно поглядывал на него и что-то втолковывал темноволосой женщине, которую Йоно считал матерью пропавшего ребенка.

– Похоже, эти двое сговариваются, как лучше прикончить меня, – заметил он.

– Им это не удастся, пока я буду поблизости, – отозвался Йоно, разминая мускулы. – А я всегда буду поблизости.

Остальные члены племени сидели неподалеку от костра, теперь превратившегося в кучу мерцающих углей. Предводительница поднесла к губам полую кость от оленьей ноги, и Джефф увидел проделанные в кости маленькие дырочки. Когда она дунула в обрубленный конец кости, из инструмента вырвался зловещий воющий звук.

– Это концерт! – прошептал Йоно, прикоснувшись к звукозаписывающему устройству Евтерпы, по-прежнему прикрепленному к тунике, которую он носил поверх кожаной одежды времен палеолита. – Надеюсь, оно записывает.

Какой-то старик принялся постукивать костяными молоточками по барабану из мамонтового черепа, раскрашенному в яркие цвета соком ягод и лиственными отварами. Глубокий, резонирующий ритм аккомпанировал игре предводительницы. Другой мужчина начал тихо постукивать по огромной берцовой кости мамонта.