Экстремальная зона - Зверев Сергей Иванович - Страница 50

Джеймс Дингли, в отличие от вышеупомянутых личностей, остался в живых и на свободе. Британский гость, с самого начала увидев что к чему, повел себя так, как подсказали ему адвокаты и свое собственное видение проблемы. Он не стал юлить и изворачиваться, сознавая, что данный способ защиты принесет ему еще большие проблемы. Дингли пошел другим путем — он просто сразу же сдал всех и все, что знал, чем, конечно же, очень помог следствию. А как известно, чистосердечное раскаяние смягчает вину. Тем более что за британца вступились высокопоставленные политики из-за рубежа. Короче говоря, Дингли дали возможность отбыть за границу. Теперь он живет в благодатном климате Лазурного Берега, восстанавливая физическое и душевное здоровье. Однако деловая репутация британца оказалась подмочена основательно.

Отработанное ядерное топливо, вопреки расчетам заинтересованных сторон, не осталось навечно на бескрайних российских просторах. Тот самый контейнер, с которым произошло немало интересного, был извлечен из земли и отправлен «на родину». Именно эта немаловажная составляющая всего дела осталась закрытой для широкой публики. Ее официально не раскручивали, не желая отпугивать инвесторов и портить имидж страны.

Естественно, проект будущей игровой зоны не испарился из-за отсутствия тех, кто принимал в нем живейшее участие. Свято место пусто не бывает, и такое дело никто не собирался оставлять. Инвестициями теперь занимаются другие люди: с не меньшими финансовыми и властными возможностями. Ходят слухи, что вокруг этого проекта вновь ох как нечисто…

Глава 41

В военном городке проходили плановые занятия. Учитывая специфику части, понятно, что и сегодня они были напрямую связаны с дальнейшим совершенствованием ранее полученных навыков. Очередные прыжки должны были вот-вот начаться, о чем свидетельствовал кружащий в голубом небе небесный тихоход «Ан-2». Этому заслуженному самолету уже исполнилось шесть десятков лет. Исправно несущий службу во многих странах мира, в каких только сферах он не был задействован: спортивной, военной, почтовой, сельскохозяйственной…

С самолета со «сдвоенными крыльями» вскоре должны были спрыгнуть парашютисты — подопечные майора Лаврова, как обычно, не знали устали. День сегодня был безветренным, солнечным, то есть как нельзя лучше подходящим для прыжков, а суровый, но справедливый майор ожидал результатов от своих подчиненных.

Несмотря на небольшое дельце, которым некоторое время пришлось заниматься Батяне, учебу десантников никто не отменял, и, как это всегда бывало, вернувшись к исполнению своих прямых обязанностей, Лавров с присущей ему энергией взялся за работу. Он стоял с биноклем в руках, то и дело прикладывая оптику к глазам и всматриваясь в небо. Рядом переминался комполка.

— Так что, Лавров, все что ни делается — к лучшему, — говорил командир. — Дела пошли в гору, одним словом.

Вид довольного подполковника прекрасно говорил о том, что дела в части действительно улучшились.

— Да я уже кое-что слышал, — кивнул майор, не вдаваясь, впрочем, в подробности.

— Я, конечно, рассчитывал, что в случае успеха некоторые подвижки в нашу сторону будут, но все оказалось как нельзя лучше, — энергично продолжил Мозжухин, — сам посуди: разве можно было мечтать о новом доме? Да никогда! Во всяком случае, в ближайшее время. А так — новый губернатор построил дом для наших офицеров.

— Сам построил? — хмыкнул Батяня. — Своими руками?

Воображение нарисовало ему образ нового руководителя, в свободное от основной работы время лично возводившего дом для офицеров части. Как положено, в замызганном рабочем комбинезоне, строительной каске и с прочими соответствующими славной профессии строителя атрибутами. Это вызвало вполне оправданный смешок.

— Все ерничаешь, — по-отечески покачал головой комполка, — ну, да тебе теперь можно позволить многое. А вот тем, кто годами ждал этого дня, — для них это одна из главных дат в жизни. Ты вспомни того же Павленкова! Вот ведь трагедия у человека была: и жена от него уходила, и сам думал на гражданку податься. Бедствовал человек, маялся. А теперь — все в ажуре. В общем, через неделю губернатор приедет лично вручать ключи офицерам. Понимаешь, какое событие. Телевидение снимать будет! Так что уж ты не подкачай, а то знаю я тебя…

— Положим, не он построил, а государство, которому мы служим, построило, — не сдавался Батяня, — а на торжественное вручение ключей я не пойду.

— Почему? — удивился Мозжухин.

Этот ответ явно застал его врасплох. Лавров, офицер в целом дисциплинированный и исполнительный, иногда огорошивал комполка своими неожиданными заявлениями.

— Служба, товарищ подполковник. Я обещал своим десантникам провести с ними занятия по рукопашному бою, — невозмутимо ответил Батяня, — у меня ведь рабочий день, сами знаете, ненормированный.

— Да успеешь ты провести все занятия! Что еще за…

— А если честно, то лицо нового губернатора мне не нравится, — подошел ближе к истине Лавров.

— Да ты же не знаешь его! — повысил голос полковник. — Как ты можешь о человеке судить, если он только занял свой пост?

Комполка прекрасно знал характер Батяни и то, что отношение последнего к властям предержащим никогда особо не менялось.

— Да мне и не надо ничего знать, — пожал плечами Лавров, — стоит на этого… Колывано-ва разок по телевизору глянуть — и так понятно. У него же глаза бегают, словно что-то украл и боится, что его вот-вот разоблачат. Насмотрелся я на таких — во! — Майор провел ребром ладони по шее.

Саркастическая ухмылка офицера ясно свидетельствовала о том, что мнение по поводу господина Колыванова, не так уж давно занявшего скромную должность, сложилось исчерпывающее. Комполка поморщился, понимая, что дальнейшее продолжение разговора в этом ключе бесполезно. Тем более что Батяня сам переключился на другую тему.

— Ну, вот и пошли наши, — усмехнулся Батяня, — сейчас увидим, кто на сегодня окажется лидером.

Небо вокруг самолета быстро покрывалось расцветавшими белыми куполами парашютов.

Один за другим бойцы его подразделения приземлялись в расстеленную на земле мишень. Результаты были неплохие. Лидером в этот день оказался Ломакин, сумевший приземлиться точнее всех.

— Хорошо, сержант! — похвалил его комполка. — Сразу видна рука командира.

— Стараемся, товарищ полковник, — сдержанно ответил майор, улыбаясь краешками губ.

Отличный летний день только начинался. Безоблачное небо, теплое солнце свидетельствовали, что он будет хорошим. Батяня осмотрелся. На сегодня еще предстояло немало работы.