Звери в отпуске - Керн Лювиг Ежи - Страница 12

– Три.

– Не три, а четыре,- втолковывал я жене.

– А я тебе говорю: три. Одна камера у нас ость.

– Где?- осведомился я с интересом.

– Да на тебе.

– На мне?

– На тебе, на тебе…

– В самом деле…- подтвердил я, притронувшись к надетой через плечо камере. Я так и не снял её, придя с пляжа.- В самом деле, камера у пае есть, но ещё вопрос, подойдёт ли она к нашим колёсам.

– Сперва проверь, потом говори,- заметила! жена.

Я стянул с себя камеру, включил фары Камилла и стал внимательно рассматривать камеру.

– Вот тебе на,- сказал я минуту спустя.-: Представь себе, это наш размер. И что самой удивительное, на ней красная заплата как раз возле ниппеля.

– Ничего удивительного не вижу,- заявила жена.

– Ты не видишь, а я вижу. У одной из наших камер была точь-в-точь такая заплата.

– Наверняка у многих камер на свете такие заплаты…

– Да ведь я сам её клеил. Готов поклясться, что это моя камера и моя заплата.

– Просто случай, совпадение обстоятельств.

– Как хочешь, так и думай,- сказал я примирительно,- Надо ещё пораскинуть мозгами, как найти три остальные камеры.

– Лучше всего известить округу.

– Как же ты это сделаешь?

– Соберу собрание.

– Собрание? Кто, интересно, явится на собрание летом, в отпускное время?

– Придумала!- воскликнула моя жена.- Догадалась! Мы устроим завлекательное собрание, на которое явятся все!

– Завлекательное… Что это значит?

– Завлекательное собрание – это такое собрание, которое собранием вовсе не называется, а называется как-нибудь иначе.

– Ну например?

– Например, костёр!

– А что, пожалуй, мысль.

– Назовём это «Костёр с автомобильным сигналом». Нравится?

– Нравится. Но почему с автомобильным сигналом?

– Музыки у нас нет, есть только сигнал Камилла. Вот он и будет вместо музыки.

– Знаешь, а это оригинально. Тогда за работу. Я собираю хворост для костра, а ты иди приглашай гостей. Чем больше, тем лучше.

Жена взяла фонарик и углубилась в лес. Проходила она, наверно, с полчаса. А я тем временем выбрал место для костра и собрал веток. Могу по секрету сообщить: я не переутомился. Мне удалось обнаружить поблизости кучу хворосту, собранную, надо полагать, кем-то, кто раздумал разводить костёр, а может, просто спешно уехал.

«Везение – вот что главное в жизни,- рассуждал я сам с собой.- Если везёт, всё идёт как по маслу».

Стоило мне это подумать, как я тут же взвыл от боли. Тютюра, которому всегда хотелось нам помочь, влез в хворост, а я, не заметив этого, наклонился, сунул руку изо всей силы глубже в кучу, чтоб захватить охапку побольше, и напоролся на его иглы.

– Чтоб тебе пусто было!- завопил я в ярости.- Что за дурацкие шутки! Если опять повторится, возьму машинку и остригу тебя наголо! Вот будет видок! Ёж, подстриженный под нулёвку! Такого ещё не бывало! Все ежи умрут со смеху.

Тютюра не на шутку перепугался и потопал к палатке, а я вновь принялся за хворост.

Когда в темноте захрустели шаги моей жены, ветки были уложены как полагается. Только поджечь, и всё.

– Слушай,- сказала взволнованная до крайности жена,- ты не можешь себе представить, как все заинтересовались нашим костром. Все, ну буквально все, придут сюда, чтобы принять участие. Такого сюрприза, говорят, они не ожидали. Какие будут выступления?

– То есть как «выступления»?- спросил я, изумлённый.

– А как же! На костре полагаются выступления. Здесь отдыхает множество всяких знаменитостей из артистического мира, из цирка… Можно воспользоваться…

– Только о выступлениях мне и думать,- пробурчал я.

– А что?- удивилась жена.- Выйдет очень даже мило.

– Возможно. Но у меня в голове не выступления. Это просто глупости.

– А что у тебя в голове?

– Камеры. Три камеры, без которых нам не выбраться отсюда.

– А, верно… О камерах я и забыла…

– Надо так повернуть всё дело, чтоб добиться успеха.

– Да, да,- поддакнула жена.

– Лучше всего, если вопрос с камерами выскочит сам собой.

– Ты рассчитываешь на внезапный манёвр?

– Вот именно. Внезапность – это испытанный способ.

– А если не получится?

– Тогда придумаем что-то другое.

– А что?

– Понятия не имею.

– Может, какой-нибудь конкурс?

– Конкурс?- подхватил я.- Правильно! Прекрасная мысль. Конечно, конкурс! Гип-гип-ура, мы устраиваем конкурс!

– Тогда скажи, что это будет за конкурс?

– И скажу. Это будет гениальный конкурс. Конкурс, который даст нам возможность осмотреть все камеры, какие только найдутся в округе. Это будет конкурс «надуй камеру».

– «Надуй камеру»?

– «Надуй камеру». Надо их известить, пока не пришли… Надо дать объявление: пусть каждый явится на костёр с автомобильной камерой. Сбегай ещё разок. Там у них в посёлке наверняка радиоузел или хотя бы мегафон… Пусть объявят конкурс и пусть повторяют объявление каждые пять минут. Мы охватим массы.

Костёр был великолепен. Хворост ярко пылал, озаряя пёструю компанию вокруг. Мне кажется, никогда, ни на какой поляне мира не было и наверняка не будет такого костра, как наш. Пришли, как я думаю, все отдыхающие, во всяком случае все, кто был поблизости. Со многими мы были уже знакомы по пляжу и по утренним встречам. Однако в большинстве это были незнакомые звери. Чтоб долго не распространяться, скажу только: мне всё время казалось, что это обитатели знаменитого Ноева ковчега расселись на корточках вокруг нашего костра. Впрочем, какой там ковчег, там было добрых три ковчега!

– Не затеяли б только они между собой драки,- шепнула мне жена, напуганная пестротой этого сборища.

– Не беспокойся,- ответил я тоже шёпотом.- Не забывай: все они тут в отпуске. А теперь пожелай мне удачи, я начинаю!

Я вышел на средину, откашлялся и самым непринуждённым тоном сказал:

– Рад приветствовать вас на нашем скромном костре. Извините, встреча у нас импровизированная.

Гул одобрения прокатился по рядам.

– У нас, то есть у меня и у моей жены, появилась мысль,- продолжал я,- отметить сегодняшний вечер, увенчавший столь очаровательный день, который мы имели честь провести, причём совершенно неожиданно, в этом прекрасном уголке нашей планеты. Скажу откровенно: даже в самых смелых мечтах не мог я себе представить, что может существовать нечто подобное.

Очередная волна одобрения утвердила меня в мысли, что тон избран правильный и я нахожусь на верном пути.

– Пора нашего отдыха,- продолжал я,- это время безоблачного, абсолютного счастья, пора внутренней просветлённости. Но и у этой поры есть один серьёзный недостаток…

И тут я заметил: все навострили уши, ловя каждое слово. Даже уши моей жены стали как бы длиннее.

– А недостаток заключается в том, что она быстро пролетает.

Все одобрительно заурчали и закивали головами. Значит, попал в десятку.

– Месяц отдыха – это ничтожно мало. Мне думается, ситуацию следует коренным образом изменить и поменять вещи местами. Нужен одиннадцатимесячный отпуск!

Послышался рык одобрения. Я уже успокоился, почувствовав: да, я совладал с аудиторией.

Я покосился на жену и увидел у нее в глазах изумление.

– Высокий класс,- пробурчала она,- высокий. Жми дальше.

Используя настроение, я решил втянуть немедленно всех в игру, чтоб потом никто не заприметил, что конкурс придуман нами для достижения личной цели – найти, похищенные, быть может ради* шутки, и спрятанные в неизвестном месте камеры.

– Для начала мне хочется предложить вам два-три конкурса. Пусть каждый примет участие. Первый конкурс – хождение на двух ногах. В этом конкурсе имеют право участвовать только те, кто ходит на четвереньках. Согласны?

– Согласны!- рявкнули все в один голос

– Следующий конкурс – это будет конкурс хождения на четвереньках, причём к участию допускаются только те, кто передвигается на двух ногах. Все одобряют?

– Не все!- послышался чей-то незнакомый голос.