Право на рождение. Дилогия (ЛП) - Зевин Габриэль - Страница 96

– Мне нужно увидеть Нетти сегодня, – настаивала я. – Если она у мистера Киплинга – значит там мне и нужно быть.

– Не уверен, что это хорошая идея, Анни. Как я сказал…

Я перебила его.

– Лео погиб, Саймон, и я не хочу, чтобы моя сестра услышала это от кого-то другого.

На мгновение Саймон онемел.

– Сожалею. Я так сожалею, – он откашлялся. – Я правда не знаю, что сказать, – Саймон потряс головой, – ты считаешь, что в это вовлечен Юджи Оно?

– Не знаю. Он сказал, что нет, но… Сейчас это неважно. Мне нужно увидеть Нетти.

– Послушай, Анни, ты испытала огромные потери. Ты устала и возбуждена, по понятным причинам, поэтому, пожалуйста, прими мой совет. Для тебя и Нетти будет лучше, если вечером тебя не заберет полиция. Мы должны согласовать явку с повинной, если сочтем это необходимостью. Давай я заберу тебя в свою квартиру, там тебя никто не станет искать, я обещаю привезти Нетти, как только это станет безопасно. Я не хочу компрометировать тебя.

Я кивнула в знак согласия.

Остаток дороги мы не разговаривали, хотя я поговорила с Саймоном Грином о розыске.

– На тебе кровь, – добавил он на подъезде к Бруклину. Я посмотрела на рукав: кровь принадлежала Тео или человеку в маске. Такой выдался денек.

Квартира Саймона была на шестом этаже без лифта со скрипящей крутой лестницей. После трех пролетов мне захотелось сдаться. Иногда эти маленькие передвижки кажутся самыми невыносимыми.

– Я засну на лестнице, – сказала я ему.

– Идем, Аня, – Саймон толкнул меня вперед.

Наконец, мы добрались. Это было большое по меркам города место, особенно для одиночки, но из одной комнаты. Потолки были сводчатые, с комнатой под крышей. Саймон Грин жил на чердаке. Он сказал мне ложиться на кровать, а сам улегся на диване.

– Анни, я собираюсь обратно к мистеру Киплингу. Тебе что-нибудь нужно?–- он подавил зевок, снял очки и вытер их.

– Нет, Саймон, я в порядке. Я…

(Я сказала вам, что больше не заплачу, и на тот момент искренне поверила в это, что было слишком оптимистично с моей стороны.)

Я упала на колени и ощутила жжение от того, что проехалась по деревянному полу.

– Лео, – всхлипнула я, – Лео, Лео, Лео. Мне жаль. Мне так жаль. Так жаль…

Саймон Грин неуклюже положил руку на мое плечо. Не особо утешительный жест, но я была благодарна за его вес.

Я учащенно задышала и почувствовала, что задохнусь. Саймон помог мне выбраться из окровавленной одежды, одолжил мне футболку и потом уложил в кровать.

Я сказала ему, что хочу умереть.

– Нет, не хочешь.

– Я везде приношу насилие и не могу его избежать. И я не хочу жить в мире, где умер мой брат.

– Есть и другие люди, которые любят и рассчитывают на тебя, Аня. Подумай о Нетти.

– Я думаю о ней. Все время. И все, к чему я пришла – ей будет лучше без меня.

Саймон Грин обнял меня. Я никогда не была к нему так близко, от него пахло мятными леденцами. Он покачал головой.

– Не будет. Поверь мне, не будет. Нетти будет самой собой, пока рядом ты, – Саймон осторожно высвободился. – Иди спать. Когда я вернусь, то привезу Нетти, хорошо?

Я слышала как закрылась двери и щелкнул замок, а затем провалилась в сон.

Когда я проснулась, на меня смотрела белая кошка с черным пятном на боку. Кошка сидела на руках моей сестры.

– Ты знала, что у Саймона есть кошка? – спросила Нетти.

Я была слишком рассеяна, чтобы ее заметить, хотя теперь, когда Нетти упомянула об этом, я ощутила слабый запах помета.

– Она боец, – объявил Саймон Грин. – Любит ночью выходить на улицу.

Я уставилась на Нетти. Ее глаза были красными от слез, выглядела она старше и тоньше, чем раньше. Нетти отпустила кошку на пол и свирепо дернула меня к себе. Ее голова оказалась напротив моей. Она оказалась выше, чем я привыкла.

– Я знала, ты приедешь, – сказала Нетти. – Я знала это.

Чтобы предоставить нам приватности, Саймон Грин сказал, что прогуляется.

– Это было ужасно, Анни. Мы шли домой, а мужчина в маске появился словно из ниоткуда, Имоджен попыталась отдать ему свою сумку. – Забирай ее – только ее. У меня всего двадцать два доллара. – Он схватил сумку, на секунду мы решили, что он уходит, но затем он бросил ее на землю. Все вещи Имоджен вывалились – книги, дневник, все! Помню, я подумала, что будет невозможно положить обратно в сумку. Мужчина начал целиться в мою голову, Имоджен прыгнул передо мной. В нее выстрелили, но я не знаю, откуда. Это было странно, так близко бабахнуло, я не узнала бы, если б в меня попали и я упала на землю. Полагаю, это был свист пули.

– Ты поступила умно, – сказала я ей. – Они решили, что дело сделано и ушли.

– Что значит «дело сделано»?

Она не знала, что были совершены покушения на всех троих. Она не знала о Лео. Я рассказала ей, что произошло в Мексике и о Лео.

Она не заплакала. Она сидела совершенно неподвижно.

– Нетти, – я пыталась коснуться ее руки, но она убрала ее прочь.

Я посмотрела ей в лицо. Она выглядела задумчивой, а не опустошенной.

– Если ты не доверяешь Юджи Оно, как ты можешь быть уверена, что Лео погиб? – спросила она.

– Я знаю, Нетти. У Юджи Оно нет никаких оснований говорить все наоборот.

– Я этому не верю! Пока мы не увидим его тело, я не буду уверена в его смерти!

Тон Нетт поднялся до невозможности. Он звучал скрипуче и истерично.

– Я хочу в Японию. Я хочу увидеть сама!

Саймон Грин вернулся с прогулки. Прошел дождь, его волосы были влажными.

– Подумай же, Нетти, – мягко сказал он. – На тебя и Аня этой ночью напали. Ты и Аня счастливо избежали. Ваш брат нет.

Нетти повернулась ко мне.

– Это ты виновата! Ты отправила его в Японию. Будь он здесь даже в тюрьме, он был бы жив. Был бы жив!

Нетти оттолкнула Саймона Грина и захлопнула за собой дверь в ванную.

– Она не закрывается, – шепнул Саймон Грин.

Я отправилась за ней. Она стояла в ванной спиной ко мне.

– Я чувствую себя глупо, – сказала она со слезами. – Но я не знаю, куда еще пойти.

– Нетти, я отправила Лео в Японию. Это правда. Даже если это и было ошибкой, но самым лучшим вариантом на тот момент. Мы съездим в Японию на похороны Лео, но не сейчас. Это слишком опасно, и у меня здесь есть дела, которые нужно закончить.

Нетти медленно обернулась. Ее глаза были яростными и покрасневшими, но сухими. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но залилась слезами.

– Он умер, Анни. Лео умер. Лео правда умер. – Она вынула из кармана фигурку Лео. – Что с нами происходит? Не стало Имоджен. Нет Лео. Нет бабушки. Нет мамы и папы. У нас никого нет. Мы настоящие сироты.

Я хотела сказать ей, что друг у друга есть мы, но это было слишком банально. Вместо этого я притянула ее поближе и дала выплакаться.

Саймон Грин постучал в дверь.

– Аня, Нетти, пора к мистеру Киплингу. Он не хочет светить мой дом как безопасное место для тебя.

Я взял лицо Нетти в свои руки, поцеловала в лоб и отпустила ее.

Я села на кровать Саймона Грина, кошка запрыгнула ко мне на колени. Я смотрела на кошку, кошка смотрела на меня серыми глазами, напомнившими мне о матери. Она хотела почесаться и я удовлетворила ее желание. У меня было столько проблем, которые я не могла решить, но прогнать зуд у кошки в моих силах.

Я попыталась представить себе, какой совет дал бы папа в ситуации, в которой я очутилась.

Что же сказал бы папа?

Папа, что бы ты делал, если бы твой брат умер из-за твоего решения?

Я ничего не нашла. Папины советы не распространялись так далеко.

В комнате темнело и темнело, но своего брата вернуть к свету я не могла.

***

Поминальная служба по Имоджен должна была состояться через две субботы, я чувствовала, что нам с Нетти необходимо пойти туда выразить наше почтение. Проблема была в том, что я все еще была изгнанницей, поэтому я решила: пришло время изменить ситуацию. Не могла же я провести остаток жизни, отсиживаясь в чердачной студии Саймона Грина. Шесть дней, проведенные там, тянулись довольно долго.